диакон Андрей Кураев (diak_kuraev) wrote,
диакон Андрей Кураев
diak_kuraev

Солидарное общество, говорите?

Патриарх Кирилл вслед за Чаплиным любит говорить, что главная характерная черта советского периода истории -это "солидарность".

Ну да, если считать "Программу построения коммунизма" реализованной.

Но в реальном обществе доносы писались в промышленных количествах. Зона отчуждения вокруг "помеченного" возникала мгновенно и тотально.

Вот вполне бытовые зарисовки:

"«Пусть говорят» Малахова в прошлую субботу был посвящен Татьяне Васильевой. Я люблю эту прекрасную актрису. Но речь здесь не о ней. Занятно было проследить, как даже на такого рода «сиропных», принципиально неконфликтных передачах, цель которых - буквально – погрузить обывателя в сон золотой, все-таки порой прорывается Реальность. Вероятность, естественно, тем выше, чем более крупную личность являет собой юбиляр.

Так вот с Татьяной Васильевой все в этом смысле оказалось в порядке. Фигура она оказалась что надо, «с перцем». Поэтому там со вторым дном оказалась добрая половина рассказанных баек. Начну с самой вопиющей - ее поведал Сергей Никоненко, ее однокурсник во ВГИКе.

А училась Т.Васильева, по его словам, на курсе Льва Свердлина, народного артиста СССР (я смутно помню, что он играл в очень старом фильме про Ходжу Насреддина самого Ходжу Насреддина). Свердлин, будучи «руководителем курса», руководством себя не утруждал и появлялся в институте исключительно по 20-м числам – в день зарплаты. Приходил, заглядывал в аудиторию со «своим курсом», говорил «привет» и исчезал еще на месяц.

Так оно продолжалось довольно долго, пока (в этом месте Т.Васильева немного истерично засмеялась) юная Татьяна в момент очередного явления Свердлина курсу не встала и не задала громко вопрос – «А когда вы нас учить уже наконец будете?! Или так и собираетесь раз в месяц здесь появляться за зарплатой?» Все в духе «Голого короля» Андерсена – встал малец и испортил все представление!

Однако Свердлин не устыдился, а рассвирепел. До такой степени, что буквально на следующий день… был издан приказ об отчислении студентки Васильевой из ВГИКа! Типа «за хамство».

Все это Никоненко рассказывал с улыбкой, под смех аудитории. И, конечно, не укрыл и счастливый финал: студентка Васильева оставалась отчисленной всего пару месяцев – потому что потом во ВГИК вернулся из очередной длинной загранкомандировки его ректор С.Герасимов, и ему доложили (!) об отчислении «одной студентки». Герасимов в деле стал разбираться – и принял решение ее восстановить. Лев Свердлин и тут стал упираться и пугать, что в случае восстановления Васильевой он сам уйдет, на что ему, по легенде, с удовольствием озвученной Никоненко, Герасимов ответил что-то типа «скатертью дорога!» Так справедливость восторжествовала.

Неплохо? Рождественская история? Аудитория ее так и восприняла. А я слегка прибалдел. Вдумаемся – о чем на самом деле рассказал Никоненко. История в самом деле типовая, даже архетипическая – для нашего социума. По сути – хорошую студентку вконец оборзевший самодур (а как помягче обозначить Свердлина?) выкинул из института – у всех на глазах и абсолютно ни за что. А если точнее – за правду, в самом прямом смысле.

Важно, что все произошло максимально публично –весь курс и, пожалуй, весь институт сразу узнали, за что «поплатилась» правдолюбивая Васильева. То есть у всех на глазах было принято решение откровенно несправедливое и даже порочное. Русский народ у нас якобы очень любит справедливость, а самые якобы чувствительные к несправедливости – это молодые люди, студенты… А что на деле?

А ничего. Ни слова о каком бы то ни было возмущении, о том, что за Васильеву кто-то пытался вступиться, что у нее образовалась поддержка «снизу» - ничего. То есть, похоже, ничего и не было. И если бы не внезапное, в духе «бога из машины», вмешательство Герасимова, в буквальном смысле сошедшего с небес и принявшего участие в жизни несчастной студентки – судя по всему, Татьяна Васильева так бы и вылетела в никуда, и мы бы такой актрисы никогда бы и не узнали. Каково?

Мне тут вспомнилась другая история на ту же тему, которую рассказывала мне моя мама про свой родной МИФИ. Время действия – примерно то же, что и у Никоненко, тоже примерно начало 60-х. Мама рассказывала, что был на курсе старше ее один хороший, несомненно талантливый паренек, поступивший откуда-то из глубинки. И вот этот наивный, приехавший откуда-то из глубинки «ботан», пришел как-то в институтскую библиотеку и попросил выдать ему в читальном зале… роман Пастернака «Доктор Живаго». Тогда как раз была в разгаре травля Нобелевского лауреата во всех СМИ (именно по поводу «Живаго» впервые был произнесен знаменитый сегодня мем «Не читал, но осуждаю») – и вот наш провинциал на свою беду заинтересовался: что это такое, типа, все обсуждают?

Тот парень, по легенде, не был каким-то там диссидентом или антисоветчиком, он вообще читал в основном учебники; погубила его атмосфера «оттепели» - пробудила любопытство. И он тоже поплатился: бдительная библиотекарша сообщила «куда следует», парня стали «прорабатывать» на «бюро комсомола», вынесли его «вопрос» на «собрание факультета» - ну и там как водится единогласно исключили из комсомола, а, значит, «автоматом» и из МИФИ. В этой истории многое похоже, только хеппи-энда нет: парня выгнали из одного из лучших ВУЗов, а исключение из комсомола было натуральным «волчьим билетом», то есть высшего образования он, скорее всего, более вообще нигде не получил.

Созвучно тут и точно такое же всеобщее молчание студентов.

И это все-таки поразительно, конечно. Давно ведь замечено – никакого там студенческого свободолюбия или там «чувствительности к несправедливости», не говоря уж про «готовность к бунту» - у наших студентов нет и в помине. «Вступиться за товарища» - это пустое слово. Курс, по сути, продал и предал тогда Татьяну Васильеву, трусливо промолчав.

Но что интересно – все-таки в нашей стране есть своеобразная стабильность. Потому что, думается, если бы такая история произошла сейчас в каком-нибудь ВУЗе – да хотя бы даже в МГУ! – и у нынешнего «студенчества» была бы точно такая же реакция. То есть никакая. Годы идут, Татьяна Васильева уже старушка – но, в общем, все по-старому, и это, конечно, вселяет в нас уверенность в завтрашнем дне. Как говорилось умными людьми, «В России за год меняется все, а за двести лет – ничего».

Еще эпизод из того же ток-шоу – рассказывает подруга, которую представляют как самую близкую у юбилярши. Та восторженно вспоминает, с чего вообще возникла их дружба: с того, что Васильева пришла в их театр и покорила молодую актрису раз и навсегда тем, что однажды защитила ее: зрители на одном из спектаклей начали шикать на нее и требовать говорить «погромче, ничего не слышно» - а Васильева, произнося свой текст, вышла на край сцены, добавила громкости по максимуму и в конце грозно спросила зал – «Ну что, теперь слышно??»

Подруга, такое ощущение, до сих пор под впечатлением – как это, ее, тогда совсем незнакомую, Васильева зачем-то ПОЖАЛЕЛА и вступилась за нее публично, на глазах у всех! Объясняет этим свою преданность и 40-летнюю дружбу, «она такой человек, такой друг, я после этого сразу поняла, что буду с ней дружить…!!»

Опять же: этак со стороны глядя, врубаешься с трудом. А что тут такого-то, а? Но это мы, из своего прекрасного далека… А тогда, значит, ДАЖЕ такого рода публичное действие в поддержку выглядело чем-то из ряда вон выходящим! Мда, «вот так они и жили».

Реальность проступила, пусть даже против воли устроителей благостной передачи. Вместо сказки.

Непростой у нас был социум. Противный довольно-таки, если честно. Запьешь тут".

http://sapojnik.livejournal.com/2377546.html
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 174 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →