диакон Андрей Кураев (diak_kuraev) wrote,
диакон Андрей Кураев
diak_kuraev

В августе 44-го

Мемуары маршала Баграмяна:

"Радовало завершение сосредоточения в районе Шяуляя 5-й гвардейской танковой армии, командующего которой я ожидал 17 августа, чтобы поставить ему боевую задачу. Танковая армия — это ведь 500—600 машин, думал я, прикидывая количество боевых машин, которые вступят в сражение против танковых дивизий противника в районе Шяуляя... Каково же было мое огорчение, когда выяснилось, что в армии имеется всего лишь 17 исправных танков, десятка два других боевых машин, мотопехота и штатная артиллерия".
http://militera.lib.ru/memo/russian/bagramyan2/07.html

Это каково же было информационное обеспечение штабов РККА, что командующий фронтом не знает, сколько боевых единиц в армии, которая передается в его распоряжение и в расчете на которую он планирует свои действия?

Или это просто художественный свист т. Баграмяна, оправдывающий его неудачу на берегу Рижского залива?

5-я танковая армия только что вышла из боев за Вильнюс.

На 22 июня (начало операции "Багратион") в 5 гв.ТА 627 танков и САУ (350 Т34, 64 М4А2, 39 МК3, 29 ИС2, 23 ИСУ152, 42 СУ85, 22 СУ76, 21 М10, 37 СУ57). Половина потеряна еще до Вильнюсской операции.

Потери за два дня боёв, которые по вине Ротмистрова понесла 5-я гвардейская танковая армия, стали причиной того, что по требованию командующего фронтом Черняховского маршал был снят с должности командующего армией. Учитывая разгром этой же армии под Прохоровкой, Сталин Ротмистрова на фронт больше не пускал.

Не верю я, что Баграмяну не сообщили о плачевном состоянии пятой танковой. Тем более это странно, что рядом с ним был маршал Василевский.

("Вскоре я доложил наши выводы и предложения А. М. Василевскому, на которого к тому времени Ставка возложила не только координацию действий 3-го Белорусского, 1-го в 2-го Прибалтийских фронтов, но и общее руководство их действиями. Маршал снова вернулся к вопросу о передаче нам 5-й гвардейской танковой армии от генерала Н, Д. Черняховского. Словом, мы были очень рады, что рядом есть человек, облеченный большими полномочиями и в то же время вместе с нами непосредственно ощущающий биение фронтового пульса. Александр Михайлович Василевский с большим тактом руководил действиями командующих фронтами. Постоянная связь с представителем Ставки (нередко он в течение многих дней находился при штабе фронта, особенно в решающие моменты боевых действий) облегчала командующему принятие важных решений в обстановке, когда для получения одобрения Верховного уже не было времени").

Скорее всего, он оправдывается за то, что за почти месяц он не создал прочной обороны своих частей, прорвавшихся к морю и отрезавших группу армий Север от Восточной Пруссии.

"Командир гвардейской мехбригады полковник С. Д. Кремер, выполняя приказ, с утра 30 июля устремился на Тукумс. Уничтожая мелкие фашистские подразделения и полицейские формирования, бригада прошла 60 километров и с ходу ворвалась в Тукумс. В результате короткого, но ожесточенного боя город был освобожден. Кремер выслал передовой отряд, который в районе рыбацкого поселка Клапкалн вышел на побережье Рижского залива, перерезав последнюю сухопутную коммуникацию группы армий "Север". Семен Давыдович Кремер был удостоен звания Героя Советского Союза".

Кстати, и сам Баграмян за этот этап операции "Багратион" получил звание Героя.

Но спустя 20 дней:

"Утром 20 августа позвонил Крейзер:

— Товарищ командующий! Противник перешел в наступление на Тукумс. Около трехсот танков окружает город с севера и юга. Оборона рухнула. Частям, обороняющимся в районе Тукумса, грозит окружение.

— Пусть части дивизии, обороняющиеся в районе Тукумса, организуют круговую оборону и ожидают помощь,— приказал я,— а мы будем готовить контрудар.

А во второй половине дня командарм 51-й сообщил, что на побережье Рижского залива, к северо-востоку от Тукумса, противник высадил морской десант с 35 кораблей и нанес удар навстречу танковым частям, наступавшим в направлении Тукумс, Рига против 417-й стрелковой дивизии; с востока же, из района Юрмалы, против частей 346-й стрелковой дивизии перешли в атаку значительные силы пехоты и танков. Генерал Крейзер попросил разрешить отвести 346-ю и 417-го стрелковые дивизии на рубеж Елгава, Добеле.

У меня не оставалось сомнения в том, что без немедленной помощи этим дивизиям угрожает гибель. Но помочь мы им пока ничем не могли. Поэтому я дал разрешение на отвод частей 346-й и 417-й стрелковых дивизий. Крейзер отдал им приказ пробиваться на рубеж Елтава, северо-западнее Добеле, Ауце.

Горечь неудачи, постигшей наши войска на побережье Рижского залива, была смягчена докладом генерала Крейзера о стабилизации положения наших войск на подступах к Жагаре.

... Несокрушимая стойкость соединений 2-й гвардейской и 51-й армий на подступах к Шяуляю и в районе Жагаре сорвала осуществление этих намерений, и фашистскому командованию пришлось довольствоваться узким коридором, который совместными усилиями соединений 3-й танковой армии немцев, сосредоточенных у Риги войск группы армий "Север" и морского десанта удалось проделать по берегу Рижского залива. Гитлеровцам там пришлось заново прокладывать железнодорожную линию.

Словом, грандиозно задуманная фашистским командованием операция не принесла желаемых результатов

...К началу сентября в тылу противника к северо-западу от Елгавы оставалась лишь часть сил 346-й стрелковой дивизии (800—900 человек), так как ее главные силы пробились через вражеское кольцо. ".

Повторить прорыв удалось только в середине октября. Интересно, что Баграмян перенял опыт немцев в летней кампании 42 года: снабжение наступающих танков самолетами:

"Во второй половине дня узнал я наконец истинную причину задержки танковой армии. Из письменного объяснения генерала В. Т. Вольского я понял, что эта задержка явилась следствием просчета при подготовке тылового обеспечения наступления. Начальник тыла и штаб армии, планируя подвоз горючего и боеприпасов в корпуса, не предусмотрели, что в результате ежедневных дождей дороги так развезет, что колесные машины будут продвигаться вперед черепашьим темпом. В результате танковые корпуса, ушедшие далеко вперед, оказались без горючего.Я все же решил силами авиаторов помочь танковой армии. Генерал Н. Ф. Папивин немедленно мобилизовал все свои транспортные самолеты на подвоз горючего и боеприпасов. В конце дня генерал Вольский после продолжительного молчания появился на проводе. Он доложил что все необходимое доставлено в бригады и с утра 10 октября армия возобновит движение к морю"
http://militera.lib.ru/memo/russian/bagramyan2/08.html

"... Первым, как мы и ожидали, о прорыве к морю доложил генерал В. Т. Вольский. Во второй половине дня 10 октября между мною и командармом состоялся любопытный разговор.

— Товарищ командующий! Бригады Долганова и Поколова и гвардейцы мотоциклетного полка первыми прорвались к морю и овладели Палангой и Каркельбеком! — радостно сообщил Василий Тимофеевич. — Посылаем вам фляжку балтийской воды в подарок.

— Спасибо! Но фляжки нам маловато, — ответил я. — Подавай все море!

— Приезжайте, товарищ командующий! — подхватил шутку Вольский. — Море будет в вашем распоряжении...

— А как Шернер на это посмотрит?

— Это от него уже не зависит: что с воза упало, то пропало, — уже серьезно заверил командарм. — Дорога на юг ему закрыта...".


***
Интересно, в сентябре как немцы использовали приморский коридор и новую железную дорогу - чтобы накачать войсками группу Шернера, или чтобы вывести их из обозначившегося котла для обороны Пруссии?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 30 comments