диакон Андрей Кураев (diak_kuraev) wrote,
диакон Андрей Кураев
diak_kuraev

Category:

Прости, Господи. Это - о Тебе...

Радио "Комсомольская правда"
А. Джума:
- Это программа «Восток – дело тонкое» и я – ее автор и ведущий Аббас Джума . Сегодня у меня в гостях дьякон Андрей Кураев . Отец Андрей, я рад приветствовать вас.
- В одной из прошлых передач мы обсуждали исламского пророка Мухаммеда, то, как он жил, как пришел к вере. Сегодня мы обсудим другого пророка, который был задолго до Мухаммеда, это Иисус Христос. Собственно, для мусульман он имеет такое же значение. Это человек, которого называют Аиса по-арабски или Аиса бин Марьям – Иисус сын Марии. Или даже Абдулла – то есть раб божий. Но начнем мы, пожалуй, с истории вопроса. Где, при каких условиях и когда родился Иисус Христос и как пришел к вере?
А. Кураев:
- Если говорить о рождении, то, во-первых, напомним, что практически во всем мире летоисчисление ведется от события, именуемого Рождеством Христовым. И сейчас у нас на календарях 2016 год именно от этого события. Нет нулевого года. Вот, мол, года до нашей эры, потом нулевой год Рождества. А потом года после Рождества. Такого не может быть, поскольку роды длились одну ночь, а не целый год. И сразу после этого начинается первый год жизни человека.
Второе. Дата во многом условная. Сегодня, пожалуй, историки согласны в том, что Рождество произошло не в первом году нашей эры, а или в 7-м, или в 4-м году до нашей эры. Скорее всего – в 7-м. И надо сказать, что старый церковный календарь тоже на это указывает. Летоисчисление, которое было принято в допетровские времена на Руси, от так называемого сотворения мира, оно как раз указывало на эту дату. И поэтому, скажем, для православных фундаменталистов 2000 год от Рождества Христова – это был 1992 год, за восемь лет до официального миллениума.
Почему такая дата? Во-первых. Потому что Ирод, тот, который приказал убивать младенцев скончался в 4-м году. Плюс к этому еще Кеплер подметил, что так называемая Вифлеемская звезда могла быть констелляцией, соединением в одной точке Юпитера, Марса и Сатурна. В этом случае для земного наблюдателя возникает ощущение, что вспыхнула новая звезда. И это тоже относится к 7-му году до нашей эры. Место рождения более-менее понятно. Это то, что сегодня называется Святой землей или Палестиной, Израилем, в тех краях.
Ну, а дальше сразу скажу, что мы о детстве Иисуса практически ничего не знаем. И не потому, что это большой секрет, а просто потому, что традиционное мышление не интересуется дитями. Возьмем «Сравнительные биографии» Плутарха и увидим, что, скажем, рассказ о Юлии Цезаре начинается не с того, где он вырос, с кем он игрался, а с того, что «Когда Сулла захватил власть, он не смог побудить Цезаря к разводу с Корнелией». Как будто он сразу таким завидным женихом вышел из утробы матери.
А. Джума:
- В отличие от Мухаммеда. Там-то все известно. И как рос, и где, и что с ним происходило.
А. Кураев:
- Ну вот, античная литература не испытывала интереса к детству своих персонажей. По этой причине и евангелисты тоже не обращали на это внимания, но говорили о том, что произошло дальше. Причем, что еще важно отметить, для таких эпических текстов характерен принцип, который можно назвать «принцип шахматных часов». То есть хронист – автор такого эпического традиционного повествования – не имеет абсолютной шкалы времени, как у нас сегодня, скажем, в Википедии для каждого года есть своя статья, что в этом году в какой стране происходило.
А. Джума:
- Да, очень удобно.
А. Кураев:
- Древние хронисты или былины говорят: «А пошел князь Игорь туда-то на половцев, а потом он пошел на греков». Вот сколько это «потом» длилось – полгода или двадцать лет прошло? Это неважно. Даже о том же князе Владимире, чей юбилей так пышно отмечали в прошлом году, мы практически ничего не знаем, что он делал двадцать лет доживания своей жизни после крещения Руси. Летописи об этом, в общем, молчат. И опять, не потому, что это секретно. Ну, принято так. Просто шахматные часы идут лишь когда моя очередь делать ход. Когда я ничего значимого не предпринимаю, стрелка стоит, ничего не показывает. Вот так же и для повествователя. Иисус – это некий актор, это некий деятель, который совершает некое очень важное действо. И поэтому, пока это действо еще зреет где-то в глубине его детства, то мы туда и не подглядываем. В конце XIX века стали на эту тему фантазировать: а где же Он был в детские годы? Не то в Египте, не то в Индии… Дальше уже каждый из таких новых толкователей добавляет по своему вкусу. Но это уже из мира альтернативной истории и фантастики.
А. Джума:
- В Евангелии же написано, что бежала Дева Мария с Иисусом Христом в Египет.
А. Кураев:
- Да, но там же и написано, что он вернулся оттуда, как только получил известие о смерти Ирода. Так что младенцу там некогда было брать уроки египетских магов.
А. Джума:
- Кстати, в этом похожи с пророком Мухаммедом, который тоже в определенный момент жизни бежал из Мекки в Медину.
А. Кураев:
- Некоторые исследователи полагают, что и в Коране есть намек на это, когда рассказывается в одном из аятов, что под пальмою Марьям кормила Ису. Некоторые полагают, что под пальмами – имеются в виду египетские пальмы.
А. Джума:
- Итак, что же потом произошло? Как он дальше развивался?
А. Кураев:
- А вот тут мы дошли до самого интересного пункта, который, наверное, вызовет разногласия среди наших слушателей. А может быть, даже присутствующих в этой студии. Сначала скажу очень банальный тезис. Любой серьезный канонический текст существует в общине, в умме мусульман или в церкви христиан. У текста есть история понимания, есть определенная традиция понимания этого текста. И в любом случае община первичнее этого текста. То есть сначала появляются группы единоверцев, потом они фиксируют нечто, что они считают для себя очень важным. И поэтому я сразу поясню, что, когда я говорю о Христе, то я говорю именно о Христе как предмете верования христиан и как о том образе, который начертан нам пером евангелистов. То есть поиски какого-то другого Иисуса – «исторического» – это довольно безнадежный вид спорта. Насколько я понимаю, серьезные религиоведы давно оставили попытку реконструировать «исторический образ Будды» или «исторический образ Моисея», «исторический образ Иисуса», потому что это все некие очень вкусовые вещи, когда человек особенности своей эпохи проецирует на далекие тысячелетия. А фактом является то, что миллионы людей в каждой из этих общин ориентируются на тот образ, который традиция им дает.
Теперь дальше. Если мы посмотрим на различные образы Христа в истории, то увидим два направления восприятия Христа. Условно скажу так: есть «христология снизу» и есть «христология сверху». Христология снизу звучит в вашем вопросе о развитии Христа. Предполагается, что был некий мальчик, который рос, духовно совершенствовался и в конце концов стал духовно просвещенным, Посвященным, пророком и, в общем, даже Богом. То есть путь Иисуса – это путь снизу вверх, путь духовного возрастания и инициации. Очень любят об этом говорить всевозможные теософы типа Блаватской, Рерихов и так далее. А христианская позиция – это христология сверху.
А. Джума:
- Давайте еще раз повторим, что же такое христология снизу?
А. Кураев:
- Это модный сегодня во внецерковных кругах образ восприятия Евангелия. То есть Иисус – это некий человек, который развивался, проходил какие-то духовные инициации и в итоге стал таким Великим Посвященным, просвещенным, чудотворцем, пророком, а в общем даже, может, в каком-то смысле и Богом. Такова теософская модель. А традиционная христианская евангельская модель христологии – это христология сверху. То есть путь Христа идет сверху вниз, и это путь кеносиса. Такой греческий богословский термин: кенонсис – самоумаление, самоуничижение. Слово стало плотью (Евангелие от Иоанна). То есть Тот, Кто был Богом до создания веков, Он умалил себя, облек Себя одеждой человеческого тела и стал подобным нам, «зрак раба приим». Или как в IV веке скажет Григорий Богослов – «не переставая быть тем, чем Он был, Он стал тем, чем не был». Не переставая быть Богом, Он стал еще и человеком. Формула Боговоплощения предполагает, что Божественная Личность, которая независима от времени, пространства, законов космоса и так далее, по Своей любви, никем не понуждаемая, восприняла еще и человеческую биографию в Себя. То есть путь сверху вниз.
С другой стороны, поскольку в христианском представлении это Богочеловечество, то поэтому, конечно же, есть и человеческие процессы в жизни Иисуса. В том числе физиологическое возрастание от грудничка до взрослого мужчины. Есть и психологическое, психическое становление и рост. И в Евангелии прямо говорится, что он «возрастал в премудрости и в разуме». Это было. Так что вот в этом смысле, да, можно говорить о возрастном развитии Христа как человека обычного, но все-таки для христиан очень важно, что путь Христа – это путь, скорее, отказа от полноты, которая была изначала, от Божественной власти, ради служения людям. «Он отказался без противоборства, как от вещей, полученных взаймы, от всемогущества и чудотворства, и был теперь как смертные, как мы». Борис Пастернак это так резюмирует.
А. Джума:
- И все же, если говорить об Иисусе как о смертном, как о человеке, который ничем не отличался от нас, кем он был? Авторитетным ли богословом? Мы помним все из Евангелия изгнание торговцев из храма. Очевидно, что простой человек изгнать никого не может. По морде дадут, грубо говоря. Можно ли говорить о нем не как о каком-то скитальце, отшельнике, как Иоанн Креститель, а как о человеке, имеющем вес в то время?
А. Кураев:
- Нет, вообще Он был бомж все-таки. «Лисицы имеют норы, а Сын Человеческий не имеет где главы преклонити». С точки зрения социальной Он был никем. То есть у Него не было статуса священника, Он не член какой-то корпорации. Он сын плотника. Вообще это немало. Потому что в еврейской традиции того времени считалось, что плотники – это умные мужики, головастые. То есть они рассчитывают свою работу, владеют математикой и так далее. Быть плотником или сыном плотника – это неплохо, это знак принадлежности к такой хорошей рабочей элите. Но – рабочей, не властной.
А. Джума:
- Но при этом в хлеву родился.
А. Кураев:
- Это потому что они были странниками, и для них не было места в городе. У Христа не было официального статуса никакого. Но знаете, вот бывают такие, я скажу – женщины, в присутствии которых даже самый забулдыжный пролетарий не будет ругаться матом. И не потому, что у этой женщины телохранители вокруг нее или еще что-то, а просто вот какое-то благородство исходит от этого лица, от ее взгляда, так что любой человек старается стать культурнее рядом с нею. Бывают такие женщины. Я таких видел несколько в своей жизни. И бывают, наверное, такие же и мужчины тоже, от которых чувствуется веяние внутреннего благородства и внутренней власти. И вот это в Иисусе, несомненно, люди чувствовали. Он говорит как власть имеющий. То есть у Него не было мандатов, кем-то выписанных, а вот было ощущение Правды - когда Он ворвался в храм и выгнал оттуда торговцев. Удивительно, что никто не позвал стражников. Даже у изгнанных было ощущение, что вообще-то по правде, правде, признаваемой самими евреями в их же писании, действует изгоняющий их провинциальный плотник Иисус. И он спокойно проходил не раз через толпу, которая собиралась, чтобы его побить, но Он просто проходил через нее. Люди расступались.
В истории мы знаем несколько таких случаев. Ну, например, буквально на днях слышал историю, … это было в Италии в 20-е годы, один из генералов, ветеран первой мировой войны, отказался выполнять приказ, который он счел преступным, отказался стрелять в толпу. Против него послали войска арестовать его. Он скинул с себя шинель, под ней ордена, и говорит: ну, давайте, стреляйте в эти мои кресты. И солдаты отказались в него стрелять. Как в Наполеона отказались стрелять французские императорские солдаты во время Ста дней. То есть бывают случаи, когда человек своим видом, глазами, именем, а не властью, обезоруживает толпу и целую армию. Вот с Христом такое явно тоже было.
А. Джума:
- Еще какая-то энергетика, видимо. Недаром все-таки это Иисус Христос, а не кто-то там еще.
А. Кураев:
- Это слово не из моего лексикона, но у нас есть слово «благодать». У него другой смысл, но мы его употребляем.
А. Джума:
- Энергетика – это…
А. Кураев:
- Это к Кашпировскому.
А. Джума:
- И все же, если возвращаться к теме Христа, на каком этапе жизни он стал пророком – Иисусом Христом, который Сын Божий.
А. Кураев:
- Никогда. С точки зрения христологии сверху, христианской модели, в жизни Христа нет переломного момента, в отличие от жизни Гаутамы Будды, который был царевич, а потом пережил прозрение, и оставил дворец ради своих философских прозрений. В жизни Христа такого покаянного поворота нет. Нет психической травмы, которая всегда напоминала бы о таком переломе своей судьбы. Этого нет. Единственный перелом в судьбе Христа – это перелом от сокровенности к публичности. Когда после пребывания в пустыне, после крещения Он выходит к людям. Но и до этого мы видим единственный эпизод из детства, когда Он учит богословов-старцев в храме Соломоновом в Иерусалиме. Единственный эпизод учительства приводится из его детства для того, чтобы подчеркнуть именно вот это, что в каком-то смысле вся Его жизнь изоморфна, то есть даже ребенком Он уже был Учителем. Тем более это будет подчеркиваться в Коране, который будет опираться на Протоевангелие Иакова, и там еще будут младенцу Иисусу чудеса приписываться. То есть в Коране это еще более четко подчеркнуто.
А. Джума:
- Говорят же, он воскрешал людей.
А. Кураев:
- Да, в апокрифах речь идет о воскрешении детей во времена Его детства. В Евангелиях канонических этого нет, в Коране это есть. Но с опорой на предшествующие гностические евангелия. Так что вот, действительно, здесь поворота нет. Нет инициации. Не случайно даже когда Крещение Господне происходит, то по крайней мере у Матфея вопрос неочевидный - на кого Дух то сошел? На крестившего или крещаемого? Потому что «сей есть сын мой возлюбленный» - кому был голос? «Ему был глас». Кому – ему? Древние тексты не знают заглавных букв, как сегодня пишется «Он» с большой буквы, значит это Господь. А в евангельских текстах соответственно Христос тоже. Поэтому здесь вопрос: была ли манифестация божественного особого статуса Христа для Иоанна Крестителя и его учеников, потому что у них были сомнения, кто Сей. Или это же была перемена в самом Христе? Нет, в Христе не было перемены.
Есть очень важное слово в богословии христианском, которое радикально изменило свой смысл – слово «преображение». Сегодня если русскоязычный человек, писатель, журналист, говорит «такой-то преобразился» - скорее всего, это будет звучать как рассказ об очень глубоком изменении. Он был таким, сяким, нехорошим, но в результате каких-то событий он преобразился и стал вот чем-то совсем иным, добрым и светлым. А в греческом евангельском языке смысла этого нет. Преображение – Μεταμόρφωσις. Это форма, это внешнее. То есть изменилась внешность Христа. То, что обычная человеческая внешность стала светоносна. А внутренняя суть Его при этом не менялась. Светоносен Он был изначально. «Аз есть свет миру» - слова Христа. Просто здесь они стали видны в том числе и во внешности для, опять же, внешних наблюдателей.
А. Джума:
- Мы говорим об Иисусе Христе – христианском пророке. Отец Андрей, вот мы говорили о божественности, о крещении Иисуса Христа. И снизошел Святой Дух в виде голубя. Вообще сам Иисус Христос ощущал себя неким мессией, человеком, которому волхвы при рождении пришли поклоняться и несли дорогие дары, человеком, который был способен делать чудеса? Он сам себя таковым ощущал?
А. Кураев:
- Да, это очень чувствуется. Дело в том, что, если мы проведем математический анализ евангельских текстов, то есть уберем то, что говорят евангелисты, рассказы в третьем лице: «Он пошел», «Он сделал» и так далее, - а возьмем только слова Христа, кристаллизуем, а дальше разложим эти тексты по тематическим файликам. Скажем, сюда – призывы Христа к любви, к покаянию, призывы к прощению, обличение фарисейства, то в итоге самым объемным файликом окажется файлик под названием «Христос о Себе Самом». 90 процентов Его речей – это Его слова о Его статусе. «Я есть свет миру», «Я – лоза, вы – ветви», «Я – источник воды живой», «придите ко Мне все труждающиеся и обремененные», «Я и Отец едины есмы», «кто подаст хотя бы чашу воды холодной во имя Мое, тот не лишится награды в Царстве Небесном», «по тому знают все, что вы Мои ученики, что будете иметь любовь между собою». Огромное количество таких текстов.
И вот здесь возникает вопрос: с чем связан этот удивительный эгоцентризм проповеди Христовой? Я вижу только две основных альтернативы. Первая – это некий самовлюбленный эгоцентрик. Такой тихий городской сумасшедший. А иногда и не очень тихий. Это один вариант. А второй вариант – традиционно христианский.
Представляете, была переправа в каком-нибудь городе на двух берегах реки, а потом построили новый мост. И вот последнее, что делают после построения этого моста, когда уже и мусор вывезли, когда уже перила покрасили, асфальт положили, все проверили, приемную комиссию из Москвы споили, - вот после этого последнее, что делают, это меняют дорожные знаки по всей округе. Переправа теперь вот там, напрямую езжайте. И вот в этом смысле сам Христос понимается в Евангелии как эта переправа. «Я Путь Истина и Жизнь». Понт, понтификс - до сих пор титул Римского Папы «мостостроитель». Христос как Богочеловек это мост от земли до неба. Христианство предполагает, что Сам Иисус в Своей личности есть этот мост, и поэтому так значимы Его слова «придите ко мне, Я этот мост, идите этим путем».
И плюс к этом очень важно, что сам Христос понимается в раннехристианской общине не как учитель. То есть не как тот, кто нечто сказал, и это надо вызубрить, поскольку эти слова приведут к спасению. Нет, очень важно для апостольского круга и времени, что Христос – это спаситель. То есть важнее то, что Он сделал, чем то, что Он сказал. А то, Кем он был, важнее даже чем то, что Он сделал. То есть то, кем Он был, важнее того, что Он сделал. А то, что Он сделал, важнее того, что Он сказал.
В любой религии есть ее сердцевина – сотериология, учение о спасении. Все религии согласны в том, что человек находится в угрожаемом положении. И источник этой угрозы тоже понятен – разрыв отношений со Всевышним. И вот надо спастись, выйти из этой ситуации разрыва. А дальше в этой сотериологии есть две части. Первая – это что Бог делает ради нас. И вторая – что мы должны сделать ради Бога: какие дела праведности и прочее.
А. Джума:
- Наши права и обязанности.
А. Кураев:
- Нет у нас прав в религии. У нас есть удивительные и незаслуженные привилегии. Это не право, это элитные дары милости Божьей. Бог ничем нам не обязан, но Он по любви Своей что-то нам дарит. Бытие прежде всего. То, что мы есть, то, что мы до определенной степени свободны, ответственны. Разумны. Так вот, важнее для христианской общины всегда было то, что в самом Христе произошло соединение человека и Бога. Здесь в одной личности Бог и человек объединились. Дальше уже идет рассказ Христа, объяснение, что вот это произошло. И, наконец, самое удивительное то, что Христос делает акцент на совершенно таком провокационном тезисе, что вы должны пить Мою кровь. Мы настолько должны быть едины, что Моя кровь должна быть в вас. Это особенно шокировало евреев, у которых вообще кровь употреблять никак нельзя, ни под каким видом, ни в какой пище. Это был полный шок. И, когда евреи об этом услышали, они разошлись, сказав: как можно говорить так? Очень характерно, что Христос не побежал за ними уговаривать: да вы понимаете, я же это аллегорически… Он обратился к оставшимся немногим, сказал: вы не хотите ли отойти с ними? И вот от лица немногих оставшихся Петр сказал: «Куда нам идти, Господи, ты имеешь глаголы жизни вечной». Вот этот небольшой остаток и стал апостолами. Так что поэтому все-таки действительно очень важно понимать, для христианского понимания важен сам феномен Христа. Важнее всего. Вторично – Его главное дело, дело распятия и воскресения. И третичны уже те или Его добрые слова, заповеди, что мы должны делать.
А. Джума:
- Давайте поговорим о его учениках. Их было двенадцать, это апостолы. Как и в дальнейшем у Мухаммеда, тоже были сподвижники его, его близкий круг, его последователи, помощники, те, кто уверовал в него. Вот какова роль христианских сподвижников, учеников, апостолов вообще в религии, в вере?
А. Кураев:
- Есть замечательная старая монашеская история. Она не библейская, но она очень красивая. Некий дьякон, это где-то VI век уже, услышал, что где-то в пустыне египетской живет некий старец, замечательный святой человек. И он решил сходить к нему, познакомиться, за духовным советом. Приходит, старец в это время читает молитвы. И вдруг выясняется, что этот самый старец читает не православный «Символ веры», а еретический, арианский. Дьякон потрясен. И спрашивает: «Отче, ну как же, ты что, еретик, ариан?» «Нет, - говорит, - я православный». «Но ты же читаешь их «Символ веры»». «Слушай, я православный, как меня учили с детства, такой «Символ веры» я и читаю». Дьякон приводит аргументы, а старец ему говорит: «Слушай, я не книжный человек. Я не понимаю, что ты говоришь. Но я тебе скажу так. Каждый раз, когда я служу литургию, ангелы становятся рядом со мной и служат со мной. Если бы я был еретиком, Господь бы не посылал мне ангелов, ведь правда?».
Ну, против лома нет приема. Поэтому дьякон вынужден умолкнуть. Но он говорит: «Знаешь, отче, давай сделаем так. Когда завтра будешь служить, если ангелы снова явятся, спроси у них, кто прав». Старец говорит: «Ну, хорошо».
На следующее утро из алтаря выходит этот старец, весь потрясенный, говорит: «прости меня. Ангелы сказали, что ты прав». «Да, и что же? Что ты им сказал?» «Ну я, конечно, возмущенно говорю: да что ж вы от меня это столько лет скрывали? Почему вы меня не поправили, когда я ошибался? А ангелы мне сказали: видишь ли, Бог так устроил, что люди должны научаться от людей».
Вот это очень важная религиоведческая формула: люди должны научаться от людей. Библия – это рассказ о доверии Бога к людям. Он дает людям Свою книгу, зная, что они ее переврут. Своими толкованиями, ошибками переписчиков, жизнью, чем угодно. Но иного пути нет. Он вверяет Своего Сына людям, пророков посылает. Знает, что убьют. Но тем не менее, есть такое родительское, отцовское доверие к людям. Сам Иисус ничего не писал. Он не оставил нам авторской копии Евангелия. Но он сказал: я вас, апостолов, избрал для этого, вот вы и рассказывайте. Драгоценно для христианского сознания, что Евангелий много. Не одно, а четыре. И они в чем-то противоречат друг другу. Потому что, если бы они были абсолютно синхронны, то было бы подозрение о каком-то сговоре.
А. Джума:
- Согласен.
А. Кураев:
- Четыре разные версии – авторские, человеческие. И это очень здорово. Это Бог, который создал человека свободным, уважает нашу свободу, наше разнообразие.
А. Джума:
- Отец Андрей, мы говорили об апостолах – учениках Христа. Вообще корректное сравнение, если я скажу, что Евангелие похоже на исламскую Сунну?
А. Кураев:
- Такое сравнение вполне уместно. Только по времени чуть было иначе. Сначала появляется канон новозаветный, через полтысячи лет приходит время формирования Корана.
А. Джума:
- Конечно.
А. Кураев:
- Есть в Евангелии слова, что «Я пошлю Дух Святой, который напомнит вам Мои слова наставит на всякую истину». Вообще, когда мы говорим о традиционных священных текстах, важно помнить, что люди тогда были другими, чем сейчас. Сегодня с появлением каждого нового гаджета мы тупеем. Потому что все больше мы доверяем внешним хранителям памяти, облакам хранилищ и так далее, и все меньше держим информации в своей собственной голове. Так, что уже, по-моему, современные люди и таблицу умножения забывают, которую советские школьники знали наизусть, потому что калькуляторов не было. А в те времена, когда не было телевизора, не было информационного шума, зачастую люди были безграмотны, но именно поэтому у них была очень высокая мнемотехника. То есть люди очень хорошо запоминали то, что они слышали. Сегодня люди удивляются: как можно спустя годы вспомнить, что сказал тот или иной учитель, пророк, будь то Магомед или Иисус, Моисей. А ведь мы знаем, даже «Ригведу» индусы хранили наизусть, на память. Огромнейшие тексты.
А. Джума:
- И Коран из уст в уста передавали.
А. Кураев:
- Да. Поэтому нет ничего удивительного в том, что проповеди Иисуса хранились в памяти. Для историков, конечно, это серьезный вопрос, что было первичным пластом фиксации. То, что называется «керигма» у богословов. Это нечто главное, то, что считалось очень важным сообщить прежде всего при проповеди о том, во что мы верим. И первая Керигма, состояла не в рассказе о чудесах и не в рассказе про Нагорную проповедь. Керигма сводилась прежде всего к событиям Страстной седмицы: «Распят и воскрес». Это самое главное. Умер, воскрес Сын Божий, пришел по любви к нам, ради нас. Это вот самое главное.
Дальше, следующий уровень – это Логии Христа. Судя по всему, они фиксируются в каком-то сборнике, не дошедшем до нас. Где-то в середине первого столетия. Логии – это только слова Христа. Такой сборник афоризмов, грубо говоря. А затем уже позднее этот скелет обрастает сюжетом. То есть рассказами о событиях жизни, о тех или иных чудесах и так далее. И в самом позднем евангельском тексте, это Евангелие от Иоанна, которое уже в конце первого века пишется, появляется только хронологическая канва более-менее понятная. Только из этого позднейшего Евангелия мы понимаем, что три года длилась эта публичная проповедь и деятельность Христа. Потому что в остальных Евангелиях в один год все вполне умещается. А здесь три разные Пасхи, то есть три года. Соответственно, можно более подробно это расписать. И в целом, надо сказать, это общий закон любых фиксаций тех или иных событий. Более развернутая версия всегда позднейшая. То есть, если вы были свидетелем какого-то ДТП, то ваш первый рассказ в вашем первом телефонном звонке или первом допросе, и ваш рассказ спустя два дня – они будут отличаться. И второй рассказ будет больше содержать подробностей, цветастостей и так далее.
А. Джума:
- Ты уже осмыслил и так далее.
А. Кураев:
- Кстати говоря, вот чего нет, в отличие от наших рассказов, чего напрочь нет в Евангелии и, кстати, нет и в Коране, это импрессионизма. «Вы знаете, и тут я так испугался, и тут я понял…» - вот этого ничего нет. Мои впечатления, субъективизм напрочь убирается.
А. Джума:
- Возвращаясь к ученикам Христа, к тем, кто фиксировал жизнь Иисуса Христа, еще же была Мария Магдалина. Вопрос, который я держу в голове всю нашу программу. Сейчас ученые говорят о том, что Иисус был женат. Что у него была жена. И вот Мария Магдалина, которую в католической традиции называют блудницей, у нас ей придают меньшее значение, у православных, кто она была? Действительно ли его жена? Он был вообще женат?
А. Кураев:
- «Британские ученые установили, что тело, поставленное на весы, начинает злиться». То есть выражение «британские ученые доказали», это давно уже прелюдия к анекдоту. И, в общем-то, в последние годы очень заметно, что каждый раз перед Рождеством и перед Пасхой в бульварную прессу мира начинают впрыскиваться инъекции про якобы какое-то сенсационное открытие, связанное с библейской историей, наипаче – новозаветной. Через два месяца сенсация обычно рассасывается. Понятно, что это фейк, это вброс, и не более того. Точно так же и здесь. «Ученые Гарварда доказали, что найден древний коптский папирус, где сказано, что у Иисуса была жена». Я захожу на сайт упомянутой гарвардской газеты – и ничего там просто нет, там нет такого сочетания слов. Единственная статья, где встречается сочетание «Иисус и Магдалина», датируется 2003 годом. Я эту статью почитал, там и близко ничего про эти коптские якобы рукописи нет.
А. Джума:
- То есть фейк?
А. Кураев:
- Фейк чистейшей воды.
А. Джума:
- Тогда и не будем этот фейк обсуждать. Давайте завершим наш разговор непосредственно развязкой всего этого. Это распятие Христа. Христа убили. За что, при каких обстоятельствах?
А. Кураев:
- Это удивительнейший приговор в истории, когда человека казнили за то, что он говорил про себя. Не про других, а про себя. Он не называл цезаря редиской. Приговор был: «Он делает себя Богом». То есть за то, что Он говорит про себя самого. Понтий Пилат ведь суд отдал самим евреям – первосвященникам: «Вы судите, я не хочу в ваши дела вмешиваться». Вопрос первосвященника был: «Ты ли мессия, Сын Благословенного?» Ответ Христа утвердительный: «Я». И вот тут следует сцена с разрыванием облачений первосвященником. По еврейскому закону, первосвященник обязан разорвать на себе облачение, если слышит хулу на Бога. Но в иудейском понимании претензия на мессианский статус не является претензией на божественный статус. Мессия – это просто человек, удачный политик, лидер своего народа, который несет ему свободу. Любой порядочный еврейский мальчик должен мечтать стать мессией. Любая порядочная еврейская девочка должна мечтать стать матерью мессии. То есть богохульства в этой претензии нет. И в истории Израиля есть сотни людей, которые претендовали на это. И их евреи сами не казнили. Римская администрация казнила, какая-то другая, но не они сами. Почему же такая реакция первосвященников в этот раз? Мне кажется, ответ вот в чем. В Израиле в те времена была ситуация такой же, как сегодня в России или Татарстане. Ситуация двуязычия. Когда мы на улице говорим на одном языке, а в храме молимся на другом. Говорим на татарском, молимся на арабском, говорим на русском, молимся на церковнославянском. И в Израиле тех времен молились на иврите, а разговаривали на арамейском. Так вот, если предположить, что первосвященник на арамейском языке спрашивает Иисуса: ты ли мессия, Сын Благословенного? – а Христос на иврите отвечает: «Я», - то значит он произнес запретное имя Бога. Я – ego eimi по-гречески. Яхве, Иегова – на иврите. Иегова – буквально «я есмь». И в этом случае это имя на иврите мог так произносить только сам первосвященник раз в году, и то в тайне, в алтаре своего храма, в святая святых. Христос же этот священный Тетраграмматон мало того что произносит, так еще и относит его к Себе. И тут, конечно же, взрыв негодования.
А. Джума:
- Недопоняли друг друга?
А. Кураев:
- «Зачем нам еще свидетели», - говорит первосвященник. Свидетельства уже были заготовлены. Но уже не надо, всё. Максимум самого страшного, что Он мог сказать, Он уже сказал. За это Его и казнили.
А. Джума:
- Интересная жизнь была у Христа. И казнь его тоже не менее интересная. Мы обсуждали христианского пророка, который и для мусульман является святым человеком, человеком, который несет волю Божью, Иисуса Христа. Это был дьякон Андрей Кураев. Отец Андрей, спасибо вам огромное.
А. Кураев:
- И вам спасибо. Всего доброго.

http://www.kp.ru/daily/26486/3356122/
Tags: Миссия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 313 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →