диакон Андрей Кураев (diak_kuraev) wrote,
диакон Андрей Кураев
diak_kuraev

Три встречи

в 1986 году в Московской семинарии прошла встреча студентов с сотрудником Совета по делами религий Татьяной Константиновной Белокобыльской

Своеобразие ситуации со "свободой совести" в СССР было в том, что документы, регулирующие эту область общественной жизни были засекречены. Публичен был лишь ленинский еще "Декрет", да соответствующая статья из конституции. И тем не менее - "незнание закона на освобождает от ответственности за его нарушение". Так что сотрудники Совета просто устно информировали священнослужителей о том, что нам можно, а чего нельзя, какие новые инструкции на наш счет приняты эти органом.

На этот раз мы узнали, что одна религиозная община может владеть только одним молитвенным зданием.
(странно: тогда Лавра незаконна, равно как и комплекс храмов Антиохийского подворья в Москве).

Было сказано: "правами субъекта гражданского права могут пользоваться и религиозные организации, если мы отнесем их к "иным организациям"".
(моя пометка на полях конспекта: а если не отнесем? и кто эти "мы"? и как закрепить такое толкование?)

Также новинка: "священники имеет право войти в обсуждение вопросов хозяйственной жизни прихода, а быть или не быть ему членом исполнительного органа - решают верующие".
Ранее - с 1961 года- было многократно сказано и написано о недопустимости вмешательства со стороны духовенства.

Я написал записку лектору:
"Прежде всего хотелось бы знать, в какой мере мы можем рассчитывать на юридическую правомочность тех разъяснений, которые мы сегодня услышали и еще надеемся услышать от Вас. Является ли это вашим личным пониманием законодательства, или же теми установками, которыми намерен руководствоваться весь Совет в соответствующих ситуациях? Далее, в какой мере наш сегодняшний разговор, а точнее, Ваши разъяснения, могут выйти за пределы этого зала? Здесь немало людей, которым в ближайшее время предстоит реально войти в те ситуации приходской и церковной жизни, которые здесь обсуждаются. Если они будут руководствоваться Вашими сегодняшними словами - не возникнет ли у них конфликт в с местными уполномоченными и могут ли они в таком случае опереться на материалы нашей сегодняшней беседы? Разрешаете ли Вы в этом случае официально ссылаться на Вас?"

Первый и последний закон о религиозных организациях советская власть приняла лишь умирая – осенью 1990 года. А до того все регулировалось лишь секретными беседами, бумажками и ссылками на «нецелесообразность» и «несвоевременность»…

***
Через два года, 16 февраля 1988 года я «по старой памяти» зашел к своим бывшим коллегам. В правлении общества «Знание» было годичное собрание лекторов по атеизму.

По отчету Э.Г. Филомонова, главы этой секции (в ту пору его основное место работы - заместитель директора Института научного атеизма Академии общественных наук при ЦК КПСС), за 1997 год 170 членов секции прочитали 1409 лекций.
Акцент его доклада: хотя председатель Совета по делам религий К. М. Харчев говорит, что «религия реальна и в обозримой перспективе изменений не будет, мы не можем отодвигать перспективу в такую даль. Мы должны вести счет на поколения. Главное – сокращение воспроизводства религиозности, и это проблема школы... Поддерживают ли верующие перестройку? Нам не всякая их активность нужна, а лишь та, которая освобождает их от религиозных убеждений… Я боюсь, что развивая общественную активность верующих, их будет трудно в чем-либо упрекнуть… Этот год тяжелый – 1000-летие крещения Руси».
Проф. Д. М. Угринович: «Не стоит давать духовенству возможность для выражения перед массовой аудиторией своих религиозных взглядов».

Так что и в начале 88-го госатеизм еще на сдавался и пробовал «мыслить поколениями»

И там второй раз я встретил Татьяну Константиновну.
Она сообщила, что 31 октября 1987 было распоряжение Генерального Прокурора СССР о том, что органы Генеральной прокуратуры берут на себя контроль над ведением дел органами КГБ. Эти же отделы прокуратуры будут контролировать и религиозные проблемы и Совет по делам религий. То есть из области политики этот вопрос переходит в область права. Это помощь работникам Совета на местах, их правовая защита… Вопрос об обучении религии (то есть запрет на него) сомнению не подвергается… На Украине за 30 лет лишь на последнем Совете впервые зарегистрированы 2 православные общины… РПЦ – это управляемая церковь…В Молдавии 60 процентов религиозных объединений это секты… Совет сейчас вопреки решениям местных органов власти принимает решения о регистрации. Но этого мало, ибо неэффективно. Что делать с бумажкой о регистрации? Молитвенных домов Совет не может дать…. Есть поручение Политбюро от 5 февраля 1988 года: в связи с подготовкой к 19 партконференции Совету вместе с Минюстом, КГБ и МИДом в 3 месяца дать свои предложения по совершенствованию законодательства о свободе совести… В нашей истории никто из советских работников не привлекался за нарушение закона о свободе совести. Налагались лишь партийные и дисциплинарные взыскания (выговор, перемещения). В 1972 году Совет разъяснил, что дети не могут петь в церковных хорах. Это противоречит Декрету о свободе совести, но попытка отменить это разъяснение встретило сопротивление у ряда сотрудников Совета».


***
А сегодня я узнал, что Андреева Татьяна Константиновна работает Заместителем Председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.
http://www.arbitr.ru/struct/judges/deputies/21257.html

Но ВАС, оказывается, уже ликвидирован, так что теперь она доступна: доцент кафедры гражданского процесса юридического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова,

И, значит, историки и журналисты могут обратиться к ней за рассказами о жизни церкви в 80-е годы.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 21 comments