диакон Андрей Кураев (diak_kuraev) wrote,
диакон Андрей Кураев
diak_kuraev

Categories:

Об "Иисус Христос - суперзвезда"

И. Воробьева― Здравствуйте. Это программа «Особое мнение». И сегодня со своим особым мнением дьякон Андрей Кураев. Хотелось бы поговорить про двух жительниц Хабаровска, которым по 17 лет и их обвиняют в истязании животных. Более 15 животных и птиц пострадали. Им грозит до двух лет лишения свободы. Как их нужно наказывать за то, что они сделали. Какое было бы адекватное наказание.
А. Кураев― Я не являюсь ходячим уголовным кодексом, чтобы придумывать, кого и как наказать. Забыть Герострата это самое интересное, что можно сделать. Делать этим дурочкам рекламу это ни к чему. Такое может быть в любом обществе. Хоть американском, хоть германском, китайском, хоть в российском. То есть это две такие альтернативно одаренные девицы, о которых есть информация, что они в какой-то сатанинской секте состоят. Они решили заткнуть трупами животных пустоту собственных душ и сердец. Наверное, люди совершенные могут им сочувствовать и молиться за них, а я как человек несовершенный лучше буду гнушаться этой мерзости и не буду ее обсуждать.
И. Воробьева― Хорошо. А если мы поговорим не о них самих, а о тех людях, которые сейчас проводят акции в социальных сетях и сегодня должны представители Хабаровского края проводить акцию. Они требуют очень жестокого наказания к этим девушкам.
А. Кураев― Значит, они недалеко ушли в своем7 развитии, простите.
И. Воробьева― Те люди, которые жестокости требуют?
А. Кураев― Да.
И. Воробьева― Почему?
А. Кураев― Потому что они повестку своего дня формируют как производную, взятую от поведения кого-то другого.
И. Воробьева― То есть жестокостью на жестокость получается.
А. Кураев― Не в этом дело. А в том, что они свое время и свои силы, свой креатив тратят на то, чтобы реагировать на чье-то другое поведение. Эти девчонки убивали котиков и собачек, потому что у них пустота в душе была, но получается, мы сплетнями про этих девчонок заполняем пустоту, которая у нас в душе.
И. Воробьева― Почему сплетнями-то?
А. Кураев― Хорошо, не сплетнями. Митингами.
И. Воробьева― Обсуждениями. Это общество, оно должно живо реагировать на подобные вещи.
А. Кураев― Есть масса гораздо более интересных поводов для реакции.
И. Воробьева― А вот давайте не про них. Есть масса случаев, когда люди оставляют животных на улице. Выбрасывают из машин, из дома. У нас сейчас никакого наказания не предусмотрено. А должно ли оно быть и поможет ли это людям перестать так истязать животных и бросать их.
А. Кураев― С тем же успехом можно обсуждать вопрос: есть ли жизнь на Марсе.
И. Воробьева― Почему?
А. Кураев― У нас на земле значит так хорошо, что нас интересует только Марс.
И. Воробьева― У нас на земле не так хорошо, чтобы нас не интересовали животные.
А. Кураев― У нас проблема человеческой жестокости уже давно позади?
И. Воробьева― А человеческая жестокость как раз в отношении тех, кто беззащитен перед ними.
А. Кураев― Люди тоже бывают беззащитны друг перед другом.
И. Воробьева― Илья спрашивает: вообще детская жестокость в принципе это обыденность или скорее исключение в нашем обществе.
А. Кураев― Здесь надо смотреть статистику. Наше общество в данном случае это все-таки общество не российское, а может быть просто общество модерна. Здесь, конечно, могут быть какие-то особенности. Но я боюсь, что предыдущие эпохи просто не фиксировали этого. И поэтому не с чем сравнивать. Одна из причин этой пресловутой подростковой жестокости это проблемы самоидентификации подростка. Архаическое общество, традиционное патерналистское общество всех нас объединяло, Меня нет, есть мы, есть определенные образы отцов, на которых надо ориентироваться, определенный иконостас героев. Там действительно можно было обойтись без кризисов самоидентичности. Современное общество более разнообразно, плюралистично, рассыпчато, атомизировано. И в этих условиях разные его атомы слипаются по-разному. Прямо по Демокриту, когда у него атомы вдруг сошли с ума и начали в свободном падении слипаться друг с другом, то всякие уродцы стали появляться. Также и здесь. Когда подросток, потерявшийся среди наших небоскребов начинает искать себя — «кто я такой», если рядом с ним встретится какая-то группка с садистскими способами самоутверждения и презентацией осознания своего «мы»: мы не такие как они, через противопоставление, естественно, самым простым путем это идет в этой среде, - то все может быть иначе. Вы знаете, я сам таким мог стать. Классе в пятом у меня было несколько приводов в милицию.
И. Воробьева― За что?
А. Кураев― Всякие хулиганства, драки, битье стекол и так далее. компания такая была. Меня даже в какой-то спецприемник уже хотели отдавать. И это не потому что я был плохой мальчик, а потому что я никакой мальчик. То есть чистая бумага: с кем поведешься, от того и наберешься. Вот там пацаны чуть постарше во дворе попались именно с такими наклонностями. И предложили такой вариант времяпровождения. Давай вместе, должны быть какие-то общие приключения. Общие авантюры. Куда-то через забор залезть, что-то назло взрослым сделать. Ушло это из моей судьбы просто по милости Божьей: родители уехали в Прагу в командировку и все мои дворово-социальные связи, к счастью, были радикально оборваны. Но эти связи могут возникать просто от соседства. И от того, что официальные воспитатели (пионерская организация или еще что-то), решали свои проблемы: там люди просто делали свои мелкие карьеры и им было немножко не до детей. Read more...Collapse )
И. Воробьева― А вы как вообще к этой рок-опере относитесь. Ей уже сколько лет.
А. Кураев― Много. Я благодарен промыслу божьему, что звезда этой рок-оперы взошла на небосклоне в ту эпоху, когда советская молодежь не знала английского языка. Поэтому мы, не понимая либретто и сюжета, просто удивлялись потрясающей музыке. И тому, что такая современная потрясающая классная музыка связана с миром наших бабушек. Для советской молодежи 70-80 годов, эта рок-опера она была калиточкой, которая приоткрывала мир Библии, мир церковной жизни. Оказывается, не только контуженные наши бабушки могут в храм ходить, но эта их странная книга – Евангелие - оказывается, может быть поводом для создания очень современных произведений искусства даже на языке нашей рок-музыки. Это была сенсация. Были сняты определенные табу, красные флажки в сознании многих людей. А в текст действительно не вчитывались, не знали. Да и сравнивать с оригиналом не могли. Потому что оригинал – Евангелие - тоже не знали. Сегодня ситуация иная. Я не знаю, что именно хотели представлять в Омске. Буквально на днях у меня была в Санкт-Петербурге с местной интеллигенцией дискуссия на эту тему. И мне пришлось напомнить им старый анекдот, как приходит покупатель в магазин… Это были времена, когда все по дефициту и если где-то в магазине сметанку дают, то по всему микрорайону проносится слух: в наш гастроном завезли бидон сметаны из такого-то колхоза. Тогда ее из бидона половником разливали в свою тару. И вот мужичок идет в этот магазинчик, подходит его очередь и он говорит, простите, я скажу с таким анекдотическим акцентом, но он здесь важен: «мне триста граммов этой сметанки!». А продавец говорит: «а ты чего, еврей что ли?». — «Ну какое это имеет значение?». – «Ну евреям мы не даем». — «Как? Это антисемитизм, что это такое, почему такая дискриминация! Мой дедушка в гражданскую войну воевал за советскую власть. Мой папа в Великую Отечественную в составе нашей Красной Армии до Берлина дошел. А вы мне советскому гражданину в нашем советском магазине сметанки не даете?!». Продавец спокойно говорит: «слушай, я человек маленький, мне сказали, я делаю». — «Кто посмел, кто мог такой антисемитизм проявить?» – «Да я-то чего, ты директора спроси!». – «Где ваш директор?». Мужик идет вглубь магазина, находит кабинет директора, врывается туда. Опять следует горячий спич о том, какие заслуги его семьи перед советской властью, а тем не менее евреям не дают сметану. А директор совершенно спокойно сидит, какие-то бумажки листает, потом снимает очки, говорит с тем же акцентом: «а вы пробовали ту сметанку?» Вот также и я говорю: а вы пробовали ту рок-оперу?

И. Воробьева― Вообще-то да.
А. Кураев― Минуточку. Вы уверены,что читали русский перевод именно этого театра?.
И. Воробьева― Нет. Но я-то английский знаю.
А. Кураев― Не в этом дело. Во-первых, перевод и оригинал не всегда совпадают, во-вторых, может быть сознательная адаптация. В-третьих, мы живем в эпоху, когда даже классические оперы переделывают так, что мама родная не узнает. Поэтому поскольку мы с вами не знаем, что именно предлагалось в Омске, то поэтому лучше воздержаться от содержательной оценки этого произведения. Я ту сметанку не пробовал и вы тоже. Read more...Collapse )Значит вывод какой. Культура это следствие греха, но это лекарство. Как мои очки. Вот то, что у меня на носу очки - это знак, что мое зрение не идеально. Но если вы очки мне разобьете, вы не окажете мне добрую услугу.

http://echo.msk.ru/programs/personalno/1861518-echo/
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 180 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →