диакон Андрей Кураев (diak_kuraev) wrote,
диакон Андрей Кураев
diak_kuraev

К вопросу о репутации... Литературный рассказ Сергея Комкова

Санька уже начал дремать, уткнувшись носом в угол вагончика и уютно поджав под себя ноги, когда дверь, резко скрипнув, открылась и внутрь вошел прилично одетый молодой парень с круглым блестящим значком в петлице, на котором было изображено крупное обрюзгшее лицо какого-то старого человека в фуражке. Говнюшка и Стриглый моментально вскочили и наперегонки со словами «Здравствуйте, Вениамин Михайлович!» начали совать молодому человеку табуретку. Санька сразу сообразил, что это и есть тот самый Веник, о котором постоянно шла речь.

Веник брезгливо смахнул платочком пыль с табуретки, присел, достал из кармана пиджака дорогие сигареты и закурил. Затем огляделся по сторонам и, увидев сидящего в углу Саньку, поманил его мизинцем.
- Да, у вас никак опять пополнение? Как зовут бойца?
- Пашка его Сычом окрестил. - Пролепетал Говнюшка.
- Точно - Сыч - Протяжно произнес Веник. - Чего уставился-то? Иди сюда. Будем тебя уму-разуму учить. Никому вы, доходяги, не нужны. Есть только один человек, - Веник торжественно поднял указательный палец вверх, - который постоянно думает о вас. Это самый большой друг всех детей. Он вас никогда в обиду не даст! - И Веник направил свой палец куда-то в угол вагончика. Туда, где в темноте слегка угадывался большой плакат. Санька слегка прищурил глаза и с трудом разглядел, что на плакате был изображен все тот же, что и на значке Веника, старик, шагающий по Красной площади в Кремль с протянутой рукой. На плакате большими буквами было написано «Владимир Жириновский. Он это сможет!» Чего сможет этот обрюзгший старик, Санька так и не понял, но спрашивать не стал. Он просто скользнул по нему безразличным взглядом и опять уставился в пространство перед собой.
Тем временем Веник обернулся назад и, выглянув за дверь вагончика, кому-то крикнул
Эй, Игоречек, тащи ребятам подарки от Владимира Вольфовича. А то они шибко жрать хотят.

Через мгновение в двери показалась сначала большая коробка, а затем и сам Игоречек - парень лет двадцати, в темном костюме, свет¬лой рубашке и при галстуке. В петлице его пиджака так же, как и у Веника, сверкал значок с портретом старика, которого, как теперь узнал Санька, зовут Жириновский.
- Считайте, что вам крупно повезло. Теперь вашим куратором будет Игорек. Он помощник депутата Государственной Думы, и руководитель молодежной организации нашей партии. А вы все теперь - члены Центра поддержки молодежных инициатив. Вы теперь не какие-то бездомные доходяги. Вы - передовой отряд ЛДПР! - Торжественно провозгласил Веник. - А теперь налетайте на жратву. - И раскрыл коробку, из которой показались пакеты с надписью «Макдональдс».

Пока мальчишки уплетали чизбургеры, Веник, присев на край табуретки, открыл синенькую книжицу с названием «Версты ЛДПР» и начал вслух читать:

-«Семья устарела. Это страшно, когда человек вступает в брак и 40 лет живет в одной квартире, с одной женщиной или одним мужчиной. Это гибель человечества. Обязательно должны быть разные партнеры, партнерши, однополая любовь, зачатие без партнеров. Возьмите Западную Европу, они же не размножаются. Все. Они остановились. Они живут за счет эмигрантов. Только так. Там человек отдыхает. Они жи¬вут для себя. А семья - это уже кабала. Женщина должна ухаживать, а мужчина оказывается прикрепленным к семье. То есть, развитие человечества пойдет тогда, когда будет индивидуальность.» Вы поняли, доходяги, какую глубокую идею заложил наш Владимир Вольфович? Вот ты, Говнюшка, чего понял? Ну-ка, объясняй. Я у тебя сейчас зачет буду принимать. Давай, давай, ворочай своими куриными мозгами. Это, брат, сложнейшая наука - политика!
- Да, я все понимаю, - заерзал на месте Говнюшка, - это ж, как здорово! На фиг всякие сантименты. Особенно про теток. Они все стервы. Они вон у нас за вагоном постоянно сношаются. А вот про однополую любовь чтой-то не совсем понятно. Это когда дрочут, что ли? Стриглый вон уже весь угол обделал. Дрочит и дрочит, гад.
- Да, нет же, дурак. Стриглый у нас просто онанист. Только без толку себя за член дергает. Однополая любовь - это когда мужики друг друга в задницу имеют, а бабы друг дружку облизывают. Понял?
- Так чего же в этом интересного?
- Интересного мало. Но за это большие бабки платят. Особенно пацанам. Всего и делов-то: подставил задницу - и зарабатывай себе на здоровье. Если хочешь попробовать, мы тебе устроим. Заодно и отмоешься как следует. Правда, сомневаюсь, что на тебя кто-то позарится. А вот этот Сыч - ничего, подходящий клиент.
При этих словах Санька сжался и еще больше забился в дальний угол вагона. Его вдруг начал бить нервный озноб, который усугублялся распространяющимся ароматным запахом чизбургеров и дымом дорогих сигарет.
Игорек вытащил из коробки очередной пакет и протянул его Саньке.

- На, братан, ешь. А то эти шакалы все сожрут, и бедному бомжу ничего не достанется. - Улыбка на его довольном лице расплылась до самых ушей.

Наблюдая за тем, как пацаны дружно уминают макдональдовскую сухомятину, Веник подошел к плакату на стене и важно произнес:
- Владимир Вольфович всегда говорит, что благотворительность - дело хорошее, но за нее нужно отрабатывать. А то получается халява. - Он пристукнул корешком книги, отрывок из которой только что читал пацанам, по краю стола. - Вобщем, так. Завтра мы организуем акцию у одного посольства. Вас туда подвезут пораньше и оставят в нужном месте. Потом, когда мы митинговать начнем и подъедут журналюги, Игорек покажет, кого обкидать надо. Тухлятину вам дадут. Только смотрите, кидать по ногам. Кто в телекамеру попадет, в глаз потом схлопочет. С этим делом не шутите. Большие деньги уплачены. А, если менты поймают, я вас не знаю, а вы - меня. Иначе - убью. У нас в ментовке свои люди есть, сразу все узнаем. Поняли? И перед операцией чтобы никакой дряни не нюхали! Потом оттянетесь. Это тебя особенно касается, Стриглый. Ты нам в прошлый раз у израильского посольства чуть всю малину не обосрал.
-Да, я не-е-е - давясь начал оправдываться Стриглый.
- Смотри мне - оторву твой футбольный мяч и в канаву заброшу. - Рубанул Веник. - И еще не вздумайте во Владимира Вольфовича по¬пасть. Тогда вам всем крышка!
Санька слушал все это, широко раскрыв рот. Он даже забыл о том, что перед ним лежит булка с котлетой. И только когда Веник в очередной раз резко ударил по крышке стола переплетом книжки, спохватился и начал запихивать пищу в рот.
Веник отошел на два шага назад, приложил книжку, как козырек, к глазам и оценивающе оглядел Саньку с головы до ног.
- Н-да. Пожалуй, ты очень даже подойдешь. Надо тебя шефу показать.
Затем заставил Саньку несколько раз повернуться в разные стороны. И, показывая на него Игорьку, еще раз произнес:
- Кажись ничего. Нашим понравится.

Дядя Вова
После съеденной котлеты Саньку потянуло в сон. Пока Вениамин Михайлович и Игорек о чем-то шептались с ребятами, он прикорнул в уголке, ловко свернувшись калачиком. В полудреме он вдруг увидел свой родной городок, мамку, вышагивающую неровной покачивающейся походкой с авоськой в руке. Она всегда ходила к себе на работу на склад с этой старой потрепанной зеленой сетчатой авоськой, которую Санька как-то нашел возле урны на вокзале. В авоське, как правило, до земли свисала бутылка водки и буханка черного хлеба. За авось¬кой ловко пристраивался соседский кот. Он бежал, важно подняв тру¬бой хвост и расправив усы. Уже подойдя к дому, мамка оборачивалась и делала движение ногой в сторону этого нахала. Кот отскакивал в сторону и сердито выгибал спину дугой. Санька видел это все так отчетливо, что ему показалось даже, что он чувствует запах свежего ржаного хлеба. Он протянул вперед руки и ... очнулся.

Над ним склонилась гладко прилизанная голова Игорька, от которой шел приторный запах какого-то, видимо, очень дорого одеколона. Санька вскочил, чуть было не зацепив его головой по лицу.
- Ну, ты, парниша, потише! - Визгливым голоском закричал Игорек. -Уж больно прыткий. Давай, собирай манатки. Мыться поедем. Мы из тебя человека делать будем.
- Я не поеду, - заупрямился Санька, - мне и здесь хорошо.
- А, кто тебя здесь содержать собирается? - Ухмыльнулся Игорек. - Ты думаешь, здесь дом отдыха? Отлежался - и айда работать! Мы тебя отмоем, причешем, оденем - и на работу.
- Я могу и здесь работать. - Продолжал упорствовать Санька.
- Дурень. Ты своего счастья не понимаешь. - Осклабился Игорек. - Вон, Говнюшка бы полжизни отдал за такую работу. Правда, Говнюшка?
- Ага__- протянул из другого угла Говнюшка. - Да я хоть щас!..
- Сиди, дурак. Кому ты на фиг нужен? - Осадил его Игорек. — У тебя задница слишком узкая, и всякой гадости в себе уже накопил – заразить нормальных людей можешь.
Санька продолжал сидеть, поджав под себя колени и скользя испуганным непонимающим взглядом по вагону.
- Игорек, ну, где вы там? - Раздался голос снаружи. - Бери пацана, и пошли. Нас ждут. Нечего там антимонии разводить!
Под пристальным немигающим взглядом Игорька Санька поднялся и машинально, как под гипнозом, поплелся к выходу. Уже, вылезая из вагона, он еще раз оглянулся на остающихся там ребят. Но, все отвернулись в сторону. И при полном глухом молчании он спрыгнул на землю.
На привокзальной площади, куда они вышли, стояла черная «Волга», на лобовом стекле которой была приклеена красочная картинка в виде флага с двумя буквами «ГД». Однажды Саньке уже доводилось ездить на «Волге». Было это года два назад. К соседу, дяде Мише, приезжал брат из Ярославля. Такой большой толстый добрый дядька. Когда они с мальчишками уставились на подъехавшую к дому машину, дядька подмигнул им и, раскрыв дверцы, скомандовал: «Залазь, огольцы! Прокачу!». Сидеть на заднем сиденье впятером было тесно, машина ужасно дребезжала и скрипела на поворотах, но было здорово.
Эта машина не скрипела. Внутри было чисто и уютно. Под ногами лежали чистые бархатные коврики, и пахло одеколоном. Вениамин Михайлович сел впереди рядом с шофером. Саньку усадили сзади. Игорек открыл дверцу другой, стоящей рядом машина и устроился за рулем.
- Двигай на Глаголева. - Скомандовал Вениамин Михайлович. И машина плавно тронулась с места.

Ехали они быстро. Санька едва успевал разглядеть за окном мелькающие дома и машины. «Волга» почти не останавливалась на светофорах. А один раз Санька даже вздрогнул из-за раздавшейся откуда-то из глубины машины сирены. Не прошло и получаса, как машина остановилась около большого многоэтажного дома перед высокой ажурной зеленой металлической изгородью. За воротами виднелось здание, почему-то очень напоминающее детский сад. Но все деревянные домики на площадке были перевернуты и разбиты, а детские карусели и качели лежали на боку. Санька прочитал табличку на воротах: «Центр поддержки молодежных инициатив. ЛДПР» По сигналу водителя из детского садика выбежал парень в зеленой, похожей на военную, форме и распахнул ворота.

- Как дела на объекте? - Вылезая из машины, спросил Вениамин Михайлович.
- Все в порядке. Тишина. - Доложил дежурный. Принимай пополнение. Скажи девкам, чтобы отмыли его и привели в порядок. Завтра будем шефу показывать. И подберите ему что-нибудь поприличнее из нашего энзе. Спать сегодня положите на втором этаже в гостевой комнате. Пусть продрыхнется как следует. Он мне нужен завтра свеженьким, как огурчик.
- Все будет сделано, Вениамин Михайлович. - Дежурный щелкнул по-военному каблуками ботинок, взял Саньку за рукав и потащил внутрь здания.

На лестнице Саньку поджидали две девицы лет по семнадцать. Одеты они были в короткие фуфайки, из-под которых проглядывались голые пупки, и в старые потертые джинсы. Волосы у обеих были непонятного рыжего цвета, торчащие в разные стороны острыми перьями. Они быстро подхватили Саньку под руки и, не дав даже опомниться, поволокли в какую-то темную комнату. Там с Саньки ловко стянули всю одежду и тут же бросили в стоящий поодаль мусорный бак. Санька остался совсем голым. Он смущенно сжался, прикрывая руками низ живота. Но, девицы, словно не замечая санькиной наготы, быстро затолкали его в душевую кабинку, задвинули дверцу и включили горячую воду. Сначала вода обожгла. Но, затем по всему санькиному тельцу расползлась необыкновенная нега. Он не испытывал такого уже очень давно. Последний раз он мылся в ванной в чуть тепленькой водичке, наверное, больше года назад перед побегом из дома. Потом ему доводилось только купаться в маленьком грязном пруду около свалки и по дороге в Москву - в какой-то речке с коричневой тухлой водой. Горячая струя пронзала с головы до ног, и уже не хотелось вылезать. Но, в кабинку просунулись две руки, и одна из девиц начала отчаянно натирать Саньку какой-то мочалкой с остро пахнущей ароматной смесью. От этого запаха у Саньки закружилась голова, и он не успел даже сжаться, как мочалка прошлась по всем самым интимным местам его расслабленного тельца. Вылезать не хотелось, но вода также внезапно кончилась, и дверцы кабинки раскрылись. Одна из девиц протянула Саньке большое махровое полотенце и указала на скамью, где лежала целая стопка белья и одежды.
- Вон, там выберешь, чего тебе подойдет. Когда оденешься, стукни в дверь, - сказала она и вышла наружу.

Санька одел новенькие трусы и майку, выбрал из кучи одежды новенькую голубую атласную рубашку и джинсы. Прежде, чем все это на себя одеть, он долго пристально рассматривал обновки. О таком он мог только мечтать. Пошарив под лавкой, он вытащил оттуда новенькие кроссовки. Одев, наконец-то, все это на себя, он оторопело уставился на свое отражение в зеркале. И вдруг все эти вещи начали давить и жечь. Санька начал ежиться, дергать руками и ногами. Ему захотелось опять нарядиться в свое поношенное тряпье. Но, мусорный бак уже унесли. И Санька, глядя потухшими глазами в зеркало, обессилено уселся на лавку.
Потом его отвели в маленькую, на две койки, комнату. Там на столике стояла кружка с дымящимся чаем и тарелка с бутербродами. Выпив чай и проглотив одним махом бутерброды, Санька осторожно снял с себя верхнюю одежду и упал на кровать, мгновенно заснув крепким сном, как человек, измученный долгой и трудной дорогой.

Проснулся Санька так же внезапно, как и заснул. Где-то внизу гремела музыка, и раздавались громкие голоса, ругань и крики. Он, не зажигая света, на ощупь добрался до двери, открыл ее и вышел в узкий темный коридор. На лестнице в конце коридора снизу проглядывал свет. Санька медленно двинулся в сторону света. Не доходя до лестницы, он остановился, вдруг услышав где-то рядом, в нескольких шагах от себя частые мерные скрипы и стоны. Сбоку, в полутьме виднелись поднятые вверх ноги в полуботинках, которые дергались в такт раздававшемуся стону. Через некоторое время ноги опустились. Санька плотнее прижался к темной стене. Из угла выползла косматая тень и двинулась в сторону лестницы. Следом за ней выползла еще одна тень. На фоне белого пятна Санька увидел, что это девчонка, которая начала быстро натягивать на себя фуфайку и одергивать короткую юбку. Санька сделал шаг в сторону только что покинутой ими темной ниши и споткнулся обо что-то мягкое. Наклонившись, он нащупал руками мягкий матрас, лежащий прямо на полу. Пошарив по нему руками, Санька наткнулся на какую-то резинку, напоминающую сдутый воздушный шарик, наполненный внутри липкими соплями. Санька с отвращением отбросил находку в сторону и потихоньку побрел опять в свою комнату.

Теперь он уже никак не мог уснуть. Крики внизу раздавались почти всю ночь. По коридору мимо его комнаты то и дело кто-то пробегал, и до самого рассвета в том самом закутке в конце коридора раздавалось чье-то сопение. Только когда за окном на улице начало светать, Санька забылся в тревожной полудреме.

Проснулся Санька от тяжелых шагов по коридору и громкого зычно¬го голоса.
- Давай пацана на осмотр. Доктор приехал.
Дверь открылась, и в комнату вошел вчерашний охранник. Он сгреб со стола кружку и тарелку и скомандовал:
- Одеваться. Сейчас тебя доктор осматривать будет
Затем они спустились по лестнице вниз и прошли в маленькую светлую комнату со стеклянным шкафом, на полках которого стояли какие-то пузырьки, и длинной кушеткой, покрытой белой простыней. За столиком у окна сидел мордастый мужик в белом халате и курил, стряхивая пепел в стоящую тут же на столе консервную банку. В отличие от приютского Пал Палыча у него не было ни молоточка, ни длин¬ной гибкой трубки на шее.
«Доктор» повернулся в сторону вошедшего и командным голосом приказал:
- Раздевайся!
Санька снял с себя верхнюю одежду и присел на кончик кушетки.
- Я же тебе ясно сказал: раздевайся! - вдруг грозно прорычал «док¬тор» и резко загасил окурок о дно банки. - Полностью все с себя скидывай! И на кушетку! Лицом вниз, на живот! Ноги раздвинуть!
Повинуясь окрику, Санька скинул с себя трусы и майку и улегся лицом на простынь. Немного посопев, «доктор» натянул резиновую перчатку, раздвинул санькины ноги и начал шарить сначала в промежности, а затем двумя пальцами влез в задний проход. Некоторое время повертел этими пальцами внутри и, удовлетворенно хмыкнув, сел на свой стул. Аккуратно стянул перчатку и закурил новую сигарету.
- Где раньше чалился? - Грозно спросил «доктор».
- Я из-под Ногинска, - подавленно пролепетал Санька.
- У тебя в семье вичи есть? - Продолжал «доктор».
- А это что такое?
- Раз не знаешь, будем считать, что нет. Дрянь нюхаешь?
- Не-а... - протянул Санька. - Она мне не нравится. От нее голова кружится.
- Ничего, у тебя еще все впереди. Но, сейчас смотри, не нюхай. Ты мне целенький нужен. Тебя еще никто не имел?
- А, что это такое? - Пролепетал Санька.
- Раз не знаешь, значит, не имел. - Отрезал «доктор». - Смотри, чтобы никаких контактов без моего ведома. Узнаю - убью. Слушай внимательно. -Доктор загасил еще одну сигарету о дно банки и повернулся всем телом в сторону Саньки. - Сегодня тебя отвезут к одному хорошему человеку. Будешь послушным, у тебя все будет путем. А, если взбрыкнешь, тебя ребята на части разорвут. Жить пока будешь здесь. Не вздумай вылезти за ворота. Ни шагу без спроса. Вольница твоя кончилась. Теперь ты наш воспитанник. Гордись этим. - Засмеялся «доктор» и, достав из кармана хала¬та маленький телефончик, набрал номер.
- Алло! Это Михеев. Пацана можно забирать. Я проверил - норма. Доложите шефу.

Когда Саньку вывели на улицу, он увидел стоящую у подъезда совершенно белую блестящую машину, каких он еще никогда в своей жизни не встречал. На крыше машины торчал большой синий сверкающий фонарь.
Водитель был одет в строгий черный костюм и белую рубашку с бабочкой на шее вместо галстука. Таких он видел только в кино по телику.
Водитель выскочил из машины и, услужливо поклонившись, открыл заднюю дверцу перед «доктором» и Санькой. Стекла машины снаружи были совершенно темными. Но, оказалось, что изнутри все хорошо видно. Охранник распахнул ворота, и они, проскочив дворы, выехали на большую улицу и помчались, как показалось Саньке, с невероятной скоростью. Фонарь на крыше время от времени начинал сверкать, и завывала сирена. Машины на дороге шарахались по сторонам, прохожие тоже испуганно отскакивали подальше вглубь тротуаров.
Санька не знал, куда его везут. Ехали они долго. Дома давно закончились. Вокруг был лес. Над головой то и дело с грохотом пролетали огромные самолеты. Наконец, машина остановилась у высокого глухого забора перед большими металлическими воротами. По сигналу водителя ворота медленно поднялись вверх, и машина въехала во двор.

За забором оказался большой двухэтажный дом. Перед домом - лужайка. Пахло свежескошенной травой. В центре лужайки щелкала поливальная вертушка. За домом возвышались огромные сосны, под которыми сверкал зеркальной гладью пруд. От этой красоты у Саньки перехватило дыхание. Но острое ощущение опасности все больше и больше подкатывало к горлу.
Так с ним уже однажды было, когда они с соседским Васькой влезли на дачу завскладом. Они набрали полный кулек клубники. И вдруг неожиданно из-за кустов вылезла огромная черная овчарка. Она не лаяла и даже не рычала. Она сверкнула своими красными глазами и бросилась на Ваську. Овчарка рвала васькину ногу до тех пор, пока тот не потерял сознание. Когда прибежала хозяйка, Васька уже почти не дышал. Так Васька остался на всю жизнь безногим. А Санька с тех пор при виде черных собак начинает заикаться.
Выйдя из машины, Санька невольно замер на месте. Ему вдруг показалось, что вот сейчас из-за куста должна выбежать страшная черная тварь и его ждет та же участь, что и несчастного Ваську. Но, из-за кустов показался толстый обрюзгший старик в больших плавках и с махровым полотенцем на плече.
- Ну, что ты стоишь, сынок? - Слащаво проговорил он. - Иди-ка сюда, поближе. Дай, я на тебя погляжу.

Старик подошел к Саньке вплотную, взял за руку и повел за кусты, где оказалась большая деревянная скамейка. Около скамейки стояло огромное плетеное кресло и маленький столик, на котором в высокой корзине лежали разные фрукты, а рядом стояли бутылки и красивые хрустальные бокалы

- Хочешь банан? - Ласково спросил мужчина. - Ты не стесняйся. Скажи, чего хочешь. Может быть конфет?
- Да, нет- я того, то есть, ничего не хочу... - Начал заикаться Санька.
- Меня зовут дядя Вова. А тебя как?
- Сыч... То есть, того... Ну, Санька... - Совсем смутился и растерялся Санька.
- Да, ты давай, не бойся, иди сюда поближе. И угощайся. Бери, что хочешь. Вон тут сколько много разных сладостей. - Дядя Вова улыбался. Но, Санька почему-то боялся смотреть ему в лицо. А, когда все-таки поднял глаза, то столкнулся с колючим взглядом. Ему вдруг показалось, что на него смотрят красные глаза черной овчарки. От страха он сжался так, что у него онемела правая рука.
- Бери, бери, - продолжал настаивать дядя Вова.
Санька неуклюже, левой рукой взял из корзинки банан, поднес ко рту и начал зубами отгрызать кожуру.
- Эх, бедолага, ты, видать, в жизни банана не видел. - Сокрушенно покачал головой дядя Вова.
- Банан - штука хорошая. - Продолжал дядя Вова. - Его надо вот так аккуратненько очистить - и в рот.
Он заложил банан себе в рот и начал медленно: то втягивая, то вытягивая, сосать, как леденец.
- Ну-ка, а теперь ты. - Дядя Вова очистил банан и протянул Саньке. - Давай, тренируйся. Только сразу не кусай. Сначала надо насладиться, а уж потом можно и съесть. Но, только банан. Понял? - Вдруг неожиданно строго закончил он.
Затем, так же неожиданно смягчившись вновь, продолжил:
- Ты, Сашок, много, чего в жизни не видел и не знаешь. Но дядя Вова тебе поможет. Ты у меня как леденечек будешь кататься - во всем сладеньком. Мы тебе тут и школу организуем. И на море ты у меня поедешь. Ты, бедолага, на море-то когда-нибудь был?
- Нет... - тихо промолвил Санька.
- Ну, вот и съездишь обязательно. Только, если дядю Вову будешь слушаться. - Напевно проговорил он. - А, теперь пойдем-ка вон туда - в беседочку.

Дядя Вова осторожно взял Саньку за руку и жеманно, словно даму на балу, повел в дальний угол участка: туда, где стояла закрытая избушка с резным крылечком.
Санька смутно помнил, что случилось потом. Его очень долго тошнило И рвало, Выло очень больно. Он не мог сидеть. А когда пошел в туалет, то увидал, что вместе с мочой течет кровь. Но, у него даже не было сил испугаться, Он просто тупо смотрел в унитаз и плакал.

Когда его привезли назад в город в детский сад за зеленым забором и отвели в комнату, он лег ничком на кровать, закрыл глаза и долго, задыхаясь в истерике, выл.
На следующее утро «доктор» долго крутил его с боку на бок все на той же кушетке, не прекращая повторять:
- Ничего, парниша, ничего. Мы тебе тут немного подмажем, и будет полный ажур. Ты, гляди, дядю Вову не расстраивай. Ты ему, засранец, шибко понравился. Он из тебя человека сделает. Ты бы там, на своем гребаном вокзале с этими вонючими козлами совсем загнулся. А так - все о-кей. И всего делов то: раз, два - и готово!

Санька молчал.
Вечером его опять отвезли к дяде Вове. В этот раз он уже не смотрел в окно автомобиля. Он сидел, уткнувшись носом в переднее сидение, и тихонько в такт движению автомобиля раскачивался.

Утром охранник, войдя в комнату, невольно отпрянул назад и неожиданно для себя перекрестился: на решетке окна на ремне висело бездыханное Санькино тельце. Головка мальчишки свесилась на бок, и на лице застыла гримаса невыразимой тоски...


(об авторе
http://viperson.ru/people/komkov-sergey-konstantinovich)



Фотокорреспондент ИД "Коммерсантъ" запечатлел лидера Либерально-демократической партии России Владимира Жириновского во время подготовки ко Дню физкультурника на загородной базе ЛДПР в деревне Дарьино. Снимок сразу стал популярным в социальных сетях.



https://www.znak.com/2017-08-12/odin_snimok_vladimir_zhirinovskiy_otmechaet_den_fizkulturnika



https://www.youtube.com/watch?=63&v=YuZXqClXX9o

Из недавнего:
https://ru.tsn.ua/svit/rossiyskiy-zhurnalist-rasskazal-kak-ego-domagalsya-lider-ldpr-zhirinovskiy-1128360.html
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 173 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →