?

Log in

No account? Create an account

January 28th, 2011

Патриарх сказал, что сегодня исторический день – начало работу Межсоборное Присутствие. Это своего рода церковная Общественная палата, но с правами низшей законодательной палаты: оно готовит проекты документов, которые потом превращаются в постановления Архиерейского Собора (в некоторых случаях – Синода).

Это и в самом деле самое яркое изменение в жизни Церкви за два года нового патриаршества. Интересно, что на молебне, открывшем наше собрание, о. Михаил Рязанцев, ключарь Храма Христа Спасителя, произнес формулу: «Благослови, Господи, дело Патриарха Кирилла…».
Самое главное: Патриарху сегодня было явно интересно. Накануне он 16 рабочих часов провел с редакционной комиссией Присутствия. Теперь – два дня подряд с самим Присутствием. У меня сложилось впечатление, что Патриарху интересен сам процесс живой дискуссии, столкновение мнений, рождение мыслей, интересно отмечать неожиданное прочтение вроде бы уже устоявшейся формулы…
Ему было интересно с нами. Соответственно и нам было интересно работать.

Первым обсуждался проект постановления «Общественная деятельность православных христиан». Замечательно, что первым выступившим (после приветственного слова Патриарха) стал не епископ, а мирянин, причем не «профессионально православный», а научный сотрудник Саровского ядерного центра – Дмитрий Сладков. И реплика его была не комплиментарной (в стиле «Благодарю за возможность мне недостойному выступить в собрании маститых архипастырей»), а конкретным критическим замечанием.
Ну раз событие историческое, то немножко в историю зашел и я. Выступал я четвертым
или пятым. Но мое предложение стало первым, поставленным на голосование. В буквальном виде оно сразу не прошло (поддержала треть участников). Казалось бы, тема закрыта. Но затем его поддержали еще и мои коллеги по МДА – профессора Кириллин и Светозарский. И тогда, несмотря на вроде бы уже всё решившее голосование, Патриарх предложил нам еще раз совместно подумать и сформулировать наше предложение. Мы отошли к заднему ряду и минут десять там шептались втроем. Потом я озвучил новую формулу. Оказалось, что почти такие же слова за время нашего отсутствия предложил проф. Зубов. В итоге ту неуклюжесть (не стилистическую, а содержательную), которая была в первоначальном тексте, все же удалось стесать.
Не просите меня рассказать, о чем шла речь. Я просто пока не знаю, носили ли наши дискуссии на пленарном заседании закрытый характер, или нет. Но мне просто хотелось передать атмосферу. Патриарх жестко модерирует дискуссию, придает ей системность и логичность, не позволяет уйти в сторону. И тем не менее, если чувствует, что у людей есть аргументированное несогласие, позволяет возвращаться к вроде бы уже пройденной теме и к вроде бы уже утвержденному фрагменту текста.

Слово желающие получали в порядке подхода к микрофону – без разбора чинов. Член Синода не получал микрофон вне очереди. Священник или мирянин мог оспорить предложение архиерея. Очень характерно, что почти всех Патриарх узнавал в лицо и первым приветствовал по имени, предоставляя слово. Даже если Патриарх не соглашался с предлагаемой правкой, он благодарил за предложение.

Голосование открытое. При голосовании отдельных поправок голоса расходились весьма значительно. Но в целом документы принимались дружно. Пожалуй, только я проголосовал против проекта документа «Отношение Русской Православной Церкви к намеренному публичному богохульству и клевете в отношении Церкви» (но не уверен, что счетная комиссия успела заметить мою одинокую руку). Немало делегатов потом говорили мне, что они при этом голосовании воздержались.
В общем Присутствие - орган рабочий и думающий. И вновь скажу: главное, что отношение Патриарха к нему живое, а не формальное.

Latest Month

Powered by LiveJournal.com