?

Log in

No account? Create an account

January 17th, 2014

"Русский репортер"

7 вопросов отцу Андрею Кураеву,

О гомосексуальном скандале в РПЦ

Текст: Дмитрий Карцев

С конца прошлого года не утихает скандал в Казанской духовной семинарии: несколько семинаристов обвинили тамошних иерархов в сексуальных домогательством. Широкой публике детали происходящего известны, в основном, благодаря блогу отца Андрею Кураеву, который уверяет, что в руководстве православной Церкви существует настоящее гей-лобби. Его оппоненты упрекают протодиакона в пиаре на скользкой теме.

1. Вы постоянно говорите о том, что в руководстве РПЦ есть высокопоставленные представители гей-лобби. Но почему же вы не называете имена?
- Потому что у меня имена потерпевших ребят я раскрою только суду и только в случае уверенности в их безопасности.

2. А опубликованные у вас в блоге анонимки, в которых обличаются местные митрополиты, - это разве прямые доказательства?
- Для меня это не анонимные письма, я знаю их авторов по именам. В этих случаях у меня есть договоренности с авторами всех писем, что если дело дойдет до суда, то они раскроются. Тут нужно только уточнить, что сам я не собираюсь передавать эти вещи в суд церковный или гражданский. Но есть вероятность, что в суды потащат меня, и, конечно, мне очень важно обезопасить и самого себя, и своих свидетелей.

3. Между тем отец Всеволод (Чаплин) предположил, что ваше увольнение из Московской духовной академии может быть связано не столько с нынешним скандалом, сколько банально с недовольством вашей работой…

- Отец Всеволод не является преподавателем Академии и комментировал это все, находясь где-то в Швейцарии. Опровергнуть его тезис, будто я прогуливал лекции, проще простого – пойти и взять классный журнал, где после каждого занятия стоит моя подпись. Официальная формулировка, с которой меня уволили, - за деятельность в блогосфере.

4. Проблема гомосексуализма действительно сегодня самая актуальная в Русской православной Церкви?
- Прежде всего, я совершенно не собирался вести такого масштаба кампанию и не скрываю, что, наверное, совершил в декабре ошибку. Дело в том, что я счел поездку комиссии от патриархии в Казань для расследования жалоб семинаристов доказательством того, что политика в таких вопросах изменилась. А раз так, то появился шанс хотя бы в одном месте добиться результата и оказать поддержку семинаристам. Поэтому я и стал выступать, но последствия оказались достаточно неожиданными для меня. Понятно, что других проблем много, но нельзя же сразу вылечить все болезни. Справиться бы с самым мерзким – с тем, что вообще находится на грани уголовного преступления и уж точно в самом очевидном противоречии с церковной моралью.

5. При нынешнем патриархе ситуация в этом отношении как-то изменилась?
- Есть, по меньшей мере, один факт: из четырех епископов, обвиненных в такого рода девиантном поведении во времена патриарха Алексия, трое реабилитированы и возвращены на архиерейские кафедры. Мне говорят: да что вы делаете, да зачем поднимать шум, почему не пойти обычным путем… Вот мы мне позвонили, а только что мне пришло письмо от священника, который был лишен сана именно за то, что он о своем митрополите отправил свидетельства в патриархию, апеллировал в общецерковный суд. И вот результат: митрополит служит, священник лишен сана. Причем священника на суд над ним даже не вызывали.

6. Ваше служение в Церкви – миссионерское. Как вам кажется, своими разоблачениями не порочите ли вы облик Церкви вместо того, чтобы привлекать неофитов?
- Как миссионер я как раз хорошо знаю, что все люди церковными никогда не станут. Разнообразие в мире людей – факт антропологический. Поэтому отменять назревший ремонт в своем доме под предлогом того, что людям с соседних улиц может не понравиться линолеум и цвет обоев – это очень странно. И потом, если я как миссионер приглашаю людей в свой дом, то, как минимум, не должен встречать их с помойным ведром у порога. Просто представьте, что этот казанский скандальчик успешно замяли, а потом кто-то из этих ребят-семинаристов, до которых домогались, покончил жизнь самоубийством. Или, к примеру, они собрались бы и сами убили игумена, который такое творил. А у меня есть сведения, что их степень отчаяния была близка к этому. Вот это как бы сказалось на имидже Церкви? И наконец, последнее. Если действительно будет проявлена воля к очищению, вот тогда образ Церкви станет очень и очень привлекательным. В общем как в футболе: лучше сейчас проиграть пару турниров из-за обновления состава команды, но зато быть сильными в следующем сезоне.

7. Одна из главных претензий к вам – что скандал особенно активно раскручивался в рождественские дни…
- Знаете, у нас, у православных, как-то все некстати: то праздник, то пост. В пост надо молчать, а в праздник говорить о празднике. А о другом-то когда? О нашей жизни, о ее непарадной стороне? Да и не я выбирал время инспекции в Казани или время моего изгнания из Академии.



(На сайте опубликовано в совершенно безобразном виде http://expert.ru/russian_reporter/2014/02/7-voprosov-ottsu-andreyu-kuraevu-protodiakonu/.

Старое фото

В эти дни вышли на связь многие старые знакомые. Прислали старую фотку.
Из этих четырех моих студентов начала 90-х трое уже - иеромонахи.


РПУ

А тут в метро сзади выглядывает замечательный современный патролог А. Р. Фокин

Рпу-Фокин

"Известия"

http://izvestia.ru/news/563942

Выбор отца Андрея
Журналист Юрий Тюрин — о возможных мотивах встречи опального дьякона с Pussy Riot


Вольно или нет, но профессор богословия Андрей Кураев сослужил отличную службу Сочинской Олимпиаде. Действительно, ведь после скандала вокруг «голубого лобби» в РПЦ, поднятого недавно отцом Андреем, ни у кого из западных лидеров больше не может быть никаких формальных оснований отказаться от поездки в Сочи под предлогом якобы «преследования гомосексуалистов» в России! Андрей Кураев – широко известная фигура, можно сказать, это человек-институт и одновременно человек-СМИ . То, что он говорит, может быть услышано далеко за пределами России. Какое уж тут «преследование меньшинств» в РФ, если каждый пятый церковный иерарх – притом что Церквь это самый консервативный институт в России – представляет сам, по мнению многих, эти cамые пресловутые меньшинства?

Можно сказать, что обнародование сих печальных фактов отцом Андреем это некий «момент истины» - то есть правильный поступок, совершенный в хронологически идеально правильный момент.

Однако, мнения об этом поступке, как водится, в самой Церкви резко разделилсь: не только со стороны вышеназванных «лоббистов», но и из глубины консервативных церковных кругов зазвучали обвинения отца Андрея в корпоративном предательстве. Дескать, зачем «выметать сор из избы» - на развлечение тем, кто лишь радуется чужой боли и не желает ничего хорошего для Церкви? Не будут ли имиджевые потери больше позитивных результатов, и не станет ли победа над «голубым лобби» пирровой победой для Русской Православной Церкви?

Казалось бы, Кураеву стоило на этом этапе встретиться со своими консервативными оппонентами, поездить по монастырям, заручиться поддержкой «справа» - от тех, кто хочет, как и он сам, реального очищения Церкви. Тем более, что все расколы и нестроения в нашей Церкви, происходят, как мы знаем из истории, не от «облегчителей и упростителей» церковной жизни (как это было, например, в Северной Европе), а, наоборот, от самых радикальных и последовательных «ревнителей благочестия».Однако, вместо этого отец Андрей принял приглашение встретиться и попить чаю с Толоконниковой и Алёхиной, которые те самые Pussy Riot, недавно вышедшие на свободу.

Бросив вызов «голубому лобби», этой тяжелой системной проблеме Церкви, Кураев сделал де-факто серьёзную заявку на свою особую роль в нынешней судьбе РПЦ.

«Забыть о Кураеве», как теперь призывает он сам, никак не получается. И потому является загадкой, какие политические дивиденды в его борьбе может принести данная встреча с фронтальными фигурами Pussy-проекта. К кому был обращен этот жест? Если к либеральной общественности, выполняющей совершенно определенные функции в нашем обществе, то более воцерковленной поступок отца Андрея её не сделает.

Если речь о признании того, что за «девушками», сплясавшими в храме Спасителя, стоит некая «жизненная правда» обличения реальных пороков Церкви – то прибавит ли эта встреча с чаепитием желания церковному руководству начать наконец «контрреформацию» в РПЦ и активную борьбу с «голубым лобби»? Спорный вопрос. Кому навстречу должны теперь идти иерархи нашей Церкви? Сейчас, когда «девушки» на свободе и откровенно празднуют свой успех, стоит ли лицемерить и сравнивать «звёзд» этого, вероятно, миллионного долларового проекта с «бедными русскими юродивыми»? Притом что в тех самых церковых кругах, которые могли бы поддержать отца Андрея в его борьбе, отношение к проекту Pussy Riot вполне однозначное.

Интересно, кстати, остановиться подробнее на том, что такое вообще этот Pussy-проект. Известно, что задуман он был политтехнологами вполне российского разлива как некий либерал-феминистский молодёжный арт-перформенс в рамках «борьбы оппозиции с режимом». Нечто уровня «оккупай Абай» и «Химкинского леса».

Но что с разъездным шапито Pussy Riot случилось потом? Как получилось, что этим «девушкам» позволили безнаказанно не только украшать порно-живописью мосты Санкт-Петербурга, но и беспрепятственно концертировать на Красной площади, на Лобном месте? Ведь даже Лимонова или Каспарова увели бы оттуда в наручниках после двух минут такого перформенса. Кто беспрепятственно пронёс аппаратуру в, скажем честно, хорошо охраняемый (вы пробовали там фотографировать?) храм Христа Спасителя? Почему одну из участниц группы, «соскочившую с контракта» Самуцевич, по первой её просьбе выпустили из тюрьмы - и теперь, когда остальная часть группы на свободе, она вычеркнута отовсюду и забыта всеми СМИ? Из пяти девушек, плясавших на солее – кто и где ещё двое?

Наконец, каким образом и кому удалось затем организовать одновременную поддержку Pussy-проекта по всему миру? Откуда взялся «созданный в США фонд поддержки Pussy Riot»?

Кто одел балаклаву на певицу Мадонну, кто получил разрешение властей и оплатил труд участников акций за Pussy Riot в Неаполе и Манчестере, а также срыв богослужения в Кёльнском соборе? Чтобы не умножать сущности, все вопросы можно свести к одному: кто из сильных мира сего купил проект Pussy Riot между его концертом на Лобным месте и оргией в храме Христа Спасителя? Ответ на этот вопрос довольно прост – он следует из деталей реализации этого спешно переделанного в мировой проекта.

Проснуться всемирно знаменитым «врагом Церкви и режима» это не то же самое, что попасть в проект «Дом-3» или даже выступить на Евровидении – речь идёт о более серьёзном и интересном заказе. Можно лишь предполагать, что последним хозяином «Pussy Riot» был тот, кто ни от кого не зависим, кто по своему положению и объёму власти никого не боится – и тот, кого опасаются остальные политические игроки. Соответственно, арест трёх участниц их пяти (были ли в храме именно они, до сих пор никто не доказал) был скорее жестом неожиданной смелости и решимости со стороны российских властей - и, по слухам, Патриархии, - чем «грубым поступком бессердечного и всесильного диктатора», как говорят западному зрителю.

И здесь есть еще один важный момент.
Происшедшее в храме Христа Спасителя можно описать и в других терминах, чем это принято. Не зря кое-кто из журналистов говорил об «альтернативной молитве».

Можно верить в мистические силы и прочу магию, или отметать полностью их реальность – но вполне очевидно, что перформенс Pussy Riot в главном храме страны выглядел как пародирующее молитву заклинание, пропетое на всю страну и рестранслированное практически всеми СМИ. Для людей, которые не верят в мистику, это мало что значит. Но проблема в том, что в России живут миллионы людей, которые в мистику очень даже верят. Смешно говорить о «ведьмах» в наше время – но всерьёз следовало бы иметь в виду те миллионы и десятки миллионов российских людей, которые в существование ведьм, чёрной магии, силу заклинаний и прочее колдовство охотно верят.
Хотя, пожалуй, колеблющиеся западные лидеры могут в последний момент найти одну отговорку - как водится, из любимой ими области «соблюдения прав человека»: достаточно им узнать в деталях ситуацию казанских семинаристов. И всё – повод найден!

Будем надеяться, впрочем, что иностранные гости всё-таки приедут в Сочи в полном составе, а мы здесь в России сами решим после Олимпиады свои серьёзные проблемы.
Именно с такими «мистическими девушками» и «будущими правозащитницами» встретился профессор богословия Андрей Кураев за совместной трапезой. Наверно, это тоже должно было каким-то образом помочь его благородным целям... Время покажет.

Впрочем, для возможностей приезда на Сочинскую Олимпиаду президентов Франции и Германии, а также канцлерин Меркель (которой, впрочем, еще предстоит оправиться от травмы) происходящие события только на пользу. Если даже ортодоксальная Церковь в России находится под влиянием гомосексуального лобби, а главный борец этим лобби, профессор богословия, встречается с «ведьмами-феминистками», осквернившими храм, за чашечкой чая – о чём тут вообще говорить?

Смешно бойкотировать Олимпиаду на фоне того «расцвета толерантности», который, как выясняется, имеет место быть в России.
(полный текст отсюда- http://misssing-link.livejournal.com/486314.html#comments)

***

Глобализация сюжета

http://www.bloomberg.com/news/2014-01-06/are-russia-s-gay-haters-in-the-closet-.html

Are Russia's Gay-Haters in the Closet?
By Leonid Bershidsky Jan 6, 2014
The official homophobia of President Vladimir Putin's third term in power is threatening to backfire on the Russian Orthodox Church, in whose name the anti-gay campaign began in 2012.

Andrei Kuraev, a widely-known Orthodox theologian and proselytizer, is using social networks to expose a "gay system" within the church, fanning a scandal not unlike the one that occurred in the Roman Catholic church shortly before Pope Benedict XVI's surprise abdication last year.
Deacon Kuraev, 50, a fiery missionary and a protege of the previous Russian Orthodox Patriarch, Alexis II, is a controversial figure. Known for anti-Semitic statements denouncing the country's oligarchs as a Jewish clique, he penned an apologetic article, explaining, "I don't consider the Jewish people in any way worse than Russians or any other people. I just don't consider Jews better than all the others. Even that, however, seems to be seen as anti-Semitic these days."
The church leadership tolerated Kuraev's idiosyncrasies and frequent disagreements with the official line, including his protests against the imprisonment of punk performance artists Pussy Riot for a crude song-and-dance number in Moscow's main cathedral. Kuraev is popular: His LiveJournal blog is the 37th most read in Russia, and he is one of the church's best public speakers and most erudite scholars.
On Dec. 31, however, the Moscow Theological Academy, the Russian Orthodox Church's top learning institution, removed Kuraev from its faculty, explaining that "Deacon Andrei Kuraev regularly appears in the media and in the blogosphere with shocking statements, and his activity in these areas remains, in a number of cases, scandalous and provocative."Read more...Collapse )
Андрей Кураев: когда я встретился с Pussy Riot, я перед ними извинился
18:53 13 января 2014 54001 27
В программе «Говорите» протодиакон Андрей Кураев рассказал Юлии Таратуте о новых сериях разоблачений, «голубой мафии» в РПЦ, о том, кто и как борется за власть в церкви и о разговоре с участницами панк-группы.
Таратута: У меня первый вопрос такой: когда вы начали свое разоблачение «голубого лобби» в Русской православной церкви, вы понимали, что вас уволят?
Кураев: Нет, не понимал. Я отреагировал на очень частную ситуацию – то, что в казанской семинарии вышел наружу гомоскандал. Меня удивило не то, что он там есть, а что крышка была чуть приоткрыта, то, что вдруг в ответ на писк семинаристов поехала комиссия из патриархии, то, что эта комиссия встала на сторону ребят, то, что были сделаны пусть минимальные, но оргвыводы, что этот обвиняемый проректор оттуда был убран, это не очень порадовало. Понимая, что лобби на самом деле есть, и будет ответное давление на членов этой комиссии, и я решил их поддержать. Чем я могу их поддержать? Только вынося эту тему в публичную сферу для того, чтобы снизить возможность кулуарно-аппаратных закрытых решений, замазывающих всю эту грязь. А затем реакция превзошла все мои ожидания.
Таратута: То есть верно ли я понимаю, что вы считали, что у этой темы, у этих разоблачений зеленый цвет, коль скоро есть комиссия, и вы поехали вместе с отцом Максимом Козловым…
Кураев: Нет, я туда не ездил. Я просто увидел в казанской прессе, ну интернет это позволяет, не выезжая из Москвы, следить за казанской прессой.
Таратута: Ну, вы считали, что некоторая отмашка, говоря светским языком, у церковной власти существует на эту тему, и так можно поступать?
Кураев: Да, совершенно верно. Я очень надеялся на то, что принято серьезное решение в патриархии, что надо какой-то порядок все-таки здесь наводить. Пока, получается, я очень ошибся.Read more...Collapse )

Сити ФМ. Текст

Георгий Бовт: Добрый вечер, у нас в гостях дьякон Андрей Кураев. Андрей Вячеславович, здравствуйте.
Андрей Кураев: Добрый вечер.
Г.Б.: У нас тема программы обозначена как "Русская Православная Церковь. Другой взгляд". Сразу же начну с придирки к словам, собственная постановка вопроса. Насколько он у вас другой?
А.К.: Понятия не имею. Смотря с чем сравнивать.
Г.Б.: Можно ли говорить о том, что у Русской Православной Церкви есть такой мейнстрим – официальная точка зрения, и другие взгляды?
А.К.: Ну, во-первых, официальная точка зрения на 99 процентов состоит из общеправославной – Символ веры, вероучение церкви.
Г.Б.: Но не на 100?
А.К.: Ну естественно, у каждого из нас есть личностная примесь. Мы же читаем одну и ту же книгу – Евангелие, например, и даже просто обычную газету. И разные люди из одной и той же статьи вычитывают совершенно разные вещи, бывает. А тем более, когда речь идет о чтении Библии, и когда речь идет о том, как спроецировать вечные звезды Евангелия на контекст нашей меняющейся жизни.
Г.Б.: Можно ли расходиться с Патриархом во взглядах? Вот этот один процент?
А.К.: В православии нет догмы о непогрешимости кого бы то ни было, в том числе дьякона Андрея Кураева.Read more...Collapse )
Q&A with Russia’s Renegade Deacon
Marc Bennetts
Jan 16, 2014

http://www.vocativ.com/01-2014/qa-russias-renegade-deacon/

Andrei Kurayev talks "gay lobby" cover-ups within the church, Pussy Riot and the need for revolution
It seems unlikely that many members of the Russian Orthodox Church clergy are familiar enough with the plot of Star Wars (the superior 1970s trilogy, naturally) to drop casual references to the Death Star and Luke Skywalker into conversation. But Andrei Kurayev—deacon, theologian and popular blogger—is no ordinary clergyman.
Frequently at odds with the church’s hierarchy, Kurayev, 50, has in the past faced censure over his defense of anti-Putin punks Pussy Riot, barbed criticism of authorities, and attacks on the “Jewish oligarchs” he says have bled Russia dry.

Controversial deacon Andrei Kurayev

All that paled in comparison, however, to when Kurayev alleged on his blog earlier this month that a powerful “gay lobby” exists and actively covers up the widespread sexual abuse of altar boys and seminarians by Russian Orthodox Church bishops and priests. (That’s right, the same church whose championing of “traditional values” led to Russia’s notorious law banning “gay propaganda.”)
Days after his explosive first post on the topic, Kurayev was fired from his faculty position at the Moscow Theological Academy, the church’s most prestigious center of learning. His dismissal prompted Kurayev to escalate his attack on the “gay lobby” by posting testimonies from its alleged victims.
I spoke to Kurayev as he was being driven to the offices of an opposition-friendly magazine in central Moscow. As we crawled through Moscow’s rush-hour traffic, Kurayev—complex, controversial and absolutely non-PC—expounded on his crusade to “clean up” the Russian Orthodox Church, called for a new revolution in the country, and explained why he didn’t have the heart to tell Pussy Riot they were Kremlin pawns.
You say you’ve known of the existence of the “gay lobby” and sexual abuse within the Russian Orthodox Church for years. Why are you speaking out about it only now?
I felt the time was right. It’s like in Star Wars, when the rebel fighters are trying to blow up the Death Star. They need to wait for exactly the right moment. It’s the same thing here. I believed the patriarch was serious about cleaning up the church. I believed I was helping. Perhaps I miscalculated, but we are just at the start of our journey.
Did you realize that your claims would be particularly embarrassing for the church, in light of its enthusiastic support for the Kremlin’s “gay propaganda” law, which forbids the “promotion of nontraditional sexual relations” to minors?
Complaints from children should be considered irrespective of any political considerations. But those members of the gay lobby who publicly back the anti-gay law are obviously hypocrites. I should, however, note that I support the law, which bans the promotion of homosexuality to children. It helps to make society more tolerant by clearly defining the line between what is a crime—pedophilia—and the right of adults to make free choices.
Are you likely to face any consequences over your claims of sexual abuse within the church?
It’s possible I could be defrocked. I’ve also received threats from ultra-Orthodox activists. We’ll see what happens.

Patriarch Kirill (Reuters/Marko Djurica)
Is the row over your allegations comparable in scale to the scandal that broke out in 1991, when dissident priest Gleb Yakunin, after gaining unprecedented access to the KGB archives, accused high-ranking members of the church of being former KGB agents?
I’d say it is much more serious. Back then, there was no clear consensus among the public that having KGB links was a bad thing. We were all still Soviet people. It was accepted that such a thing was often a necessary means of survival in the Soviet system. After all, the KGB of the [Yuri] Andropov or [Leonid] Brezhnev eras was a very different thing from the Stalin-era KGB. But here, there is a public consensus that it is a bad thing when elderly bishops make homosexual advances toward young boys.
In a recent interview with the opposition-friendly newspaper Novaya Gazeta, you called for “revolution.” What exactly did you mean by this? A peaceful exchange of power? Storming of the Kremlin?
However it comes about. It makes me sad that people in Russia have no real means of standing up for their rights. We have no genuine trade unions, for example. I confess, however, that I do not go on protest marches and that I am unlikely to be on the barricades throwing stones if a revolution does break out. That said, while I am on the whole against Vladimir Putin, I see no viable alternative to him right now. This is very strange, of course, for such a large country. It’s also a situation that Putin does his very best to maintain.
Opposition figures have spoken of their desire to see the church play a mediating role between the Kremlin and protesters.
I’d like this very much indeed. There was even a chance that this could happen, when the first anti-government protests broke out in December 2011. Back then, Patriarch Kirill said on state-run television that “our people are there and there,” meaning at the anti-government demonstrations and at the pro-Putin rallies. Of course, he then later openly came out in support of Putin.
You criticized the imprisonment of Nadezhda Tolokonnikova and Maria Alyokhina from Pussy Riot and met with them after their recent release. But you have also suggested that they were a Kremlin project designed to turn Orthodox believers away from the protest movement.
I don’t exclude this. Pussy Riot’s actions had exactly the opposite effect from the one they were seeking. They forced Patriarch Kirill into the arms of the Kremlin by allowing the authorities to portray the opposition as anti-religion. I didn’t discuss this with them, however, as it’s clear that even if they were used, they were completely in the dark about how and why this was done.
What was your impression of Tolokonnikova and Alyokhina?
Any person is interesting in his or her own way. I believe they are sincere when they say they are not anti-religion. As for a future in politics, I’m not sure this is something they want for themselves.
Russian Orthodox Church spokesman Vsevolod Chaplin has spoken of his belief that the separation of church and state is a “monstrous” thing. Do you share his views?
I have no desire to see Russia officially declared an Orthodox state. In such a country, with so many serious problems, this would not be to the church’s advantage. State corruption would simply become Orthodox corruption, and so on. I do not want to see religious icons on every corner.
How did you become a Christian in the officially atheist Soviet Union?
I became a Christian after reading Fyodor Dostoyevsky’s novels.

Грех сохранения мусора

Грех Хама и грех Илия
Мы много вспоминаем о Хамовом грехе, но редко — о грехе Илия...

Андрей Десницкий

www.pravmir.ru/dve-istorii-xam-i-ilija/#ixzz2qepdQeAP



В Ветхом Завете есть две истории о двух грешниках: одну постоянно вспоминают к месту и не к месту, а вот вторая мало кому припоминается. На первый взгляд, между ними нет ничего общего, кроме того, что там и там грех приводит к тяжелым последствиям — но не о том ли говорит добрая половина Библии? А если всмотреться — у них настолько много пересечений, что одну едва ли можно правильно понять в отрыве от другой…
Первая, всем известная — про Хама, сына Ноя, из 9-й главы Бытия. Ной был первым виноградарем и виноделом, и вот однажды, не рассчитав сил во время дегустации (никто ведь еще не знал о коварных свойствах алкоголя!), он оказался в своем шатре, беспробудно спящим в голом виде. Подчеркну особо: в своем собственном шатре, спящим. Ной никому не мешал, ни к кому не приставал, и всё, что ему требовалось — проспаться.
Его сыну Хаму всё это показалось очень забавным: он не только сам посмеялся над позором своего отца, но пригласил и братьев Сима и Яфета полюбоваться зрелищем. Они не захотели, а, напротив, накрыли отца одеждой, причем так, чтобы самим ненароком не увидеть его наготы. За это Ной обещал суровую участь… части потомков Хама, тем, которые произойдут от его сына Ханаана. Заметим, что сам Хам остался безнаказанным.
Одни толкователи объясняют такую непоследовательность Ноя сложным отношением древних людей к родовой структуре общества, где детям приходится разбираться с греховным наследием отцов, а другие — стремлением библейского автора с самого начала указать на будущую судьбу хананеев, которых на Святой Земле сменили израильтяне. Всё это верно, а кроме того, какой логичности и последовательности можно ждать от Ноя, когда он был в состоянии тяжелого похмелья?
Зато имя Хама стало нарицательным. Сегодня это слово используют как ругательство в самых разных ситуациях, но что изначально сделал Хам? Он вынес в публичное пространство частный грех своего отца и предложил братьям над ним посмеяться.
Другая история рассказана в начале 1-й Книги царств, ее главный герой — первосвященник Илий. Он был предстоятелем израильского народа, а по сути, его единственным руководителем в ту пору, когда еще не было царей, а харизматичные вожди-судьи появлялись лишь иногда, по особому поводу (собственно, Илий и был на тот момент таким судьей). Сам он был человеком вполне благочестивым, как мы видим по его разговору с Анной, матерью будущего пророка Самуила.
А вот его сыновья и, соответственно, наследники пошли по совсем другому пути, как повествует Библия, «они не знали Господа и долга священников в отношении к народу». Да, они постоянно находились в святилище, перед Скинией, но в основном для того, чтобы отобрать себе лучшие куски мяса на жаркое еще прежде жертвоприношения, да развратничать с женщинами рядом со святыней.
И вот это уже были совсем не частные грехи, они творились на глазах народа, они оскверняли святое место — и народ рассказывал о них Илию. Илий даже сделал сыновьям выговор, но… не более того. Он не отстранил их от служения, не наказал, даже не попытался проверить, как они станут вести себя после этого выговора. А они, разумеется, принялись за старое.
И тогда в дело вмешался Господь. Устами пророка Он возвестил Илию, что весь его дом ждет суровое наказание: его сыновья умрут в один день еще при его жизни, и молодыми будут умирать их потомки — а главным священником станет кто-то другой, кого изберет Господь.
Смерть обоих сыновей была бы страшным ударом для любого отца (особенно там, где никто не ждет для себя после смерти ничего хорошего, как в древнем Израиле), но к этому удару добавляется и другой. Должность первосвященника передавалась по наследству, и теперь на все потомство Илия вместе с должностью переходит и проклятье. Да, они останутся на прежнем месте — но сами будут этому не рады…
Затем Господь повторил свое обличение через маленького мальчика Самуила, который воспитывался при святилище. Ответ Илия до странного пассивен: «Он — Господь; что Ему угодно, то да сотворит». Еще было время для покаяния и изменения, Господь не торопился исполнить угрозу, но… он словно одеревенел, этот старец, он живет уже как придется, а не как надо и, зная о страшном будущем — не пытается его предотвратить. Слова о всесилии Творца — всего лишь оправдание собственной инертности.
А потом началась очередная война с филистимлянами. Сыновья Илия привыкли пользоваться своим служением при святилище как инструментом в поисках богатства и удовольствий — и точно так же они превращают в инструмент, в чудо-оружие, главную святыню израильтян, Ковчег Завета. Он приносил им мясо и любовные утехи, теперь должен принести победу над врагами. Ковчег доставляют на поле боя.
Всё заканчивается военной катастрофой: Ковчег захвачен, оба сына Илия пали в бою. Сам первосвященник в это время сидит у ворот святилища в ожидании вестей… «Он был стар и тяжел», и «глаза его померкли», сообщает нам повествование, и это не только о его здоровье — он отяжелел и ослеп прежде всего душевно, когда отказался видеть неприятное, отказался что бы то ни было предпринимать ради его исправления. Ему возвестили о сбывшемся пророчестве, о том, что Израиль постиг небывалый позор — утрата главной святыни, — а оба его сына, причастные к этому позору, мертвы. Тогда Илий в потрясении пал замертво.
Дальше всё устроилось самым неожиданным образом: филистимляне вскоре были вынуждены вернуть Ковчег, а во главе израильского народа стал пророк Самуил, тот самый, кто еще мальчиком предсказал падение дома Илия. Строго говоря, он так и не стал первосвященником, да и права на это не имел. Но формальная должность даже в Ветхом Завете не всегда совпадала с сутью служения, и история дома Илия — лучший тому пример.
Чем отличается грех его сыновей от той неприятности, в которой оказался Ной, вполне очевидно. Они предавались пороку не в своем жилище, за закрытыми дверями — они делали это открыто, причем в святом месте. Ни слова упрека не сказано в адрес тех, кто донес о таком их поведении отцу — собственно, они и должны были так поступить, чтобы остановить безобразие. К сожалению, не получилось.
И вот еще что интересно… Виноваты были как сами сыновья, так и Илий. Но Господь обратился лишь к нему. Что толку говорить с нахалами, которые о Боге и думать забыли? Потому оба обличения были обращены к человеку действительно верующему, к их отцу. Но одной веры, оказывается, недостаточно, надо еще найти в себе решимость и мужество противостоять пороку даже тогда, когда он угнездился в твоем собственном доме…
На страницах Библии можно найти много поучительных и актуальных примеров — важно только не вырывать их из контекста, не ограничиваться лишь теми, которые цитировать в данном случае удобно. Это многогранное, но единое повествование, и рассматривать его так и надо — целиком, во взаимосвязи разных историй, образов и персонажей. И многое тогда видится яснее.

Темный двойник РПЦ

Андрей Десницкий о казусе Кураева

Протодиакон Андрей Кураев — человек с множеством дарований и сложным характером. Проповедник, лектор, публицист — он всегда был скорее одиночкой, чем членом команды, но при этом никогда не противопоставлял себя официальным церковным структурам. Напротив, вплоть до недавнего времени он выглядел их пламенным апологетом, пусть неофициальным и даже несколько неформатным.
Помню его участие в одном телешоу в девяностые по поводу принятия новой версии закона о свободе совести, по которой православие наряду с тремя другими вероисповеданиями получало особый статус. Многие тогда волновались: не означает ли этот статус особых привилегий избранным конфессиям? «Мы, — сказал отец диакон, указывая на свой подрясник, — носим средневековые одежды, и точно так же мы являемся носителями средневекового сознания, поэтому нам близка идея о разных статусах и привилегиях для разных групп».
Это всегда был его стилем: провокация, заострение, публичный спор. С кем он только не спорил, от рериховцев до последователей убитого священника Александра Меня.
На его собственном сайте первое, что сказано о нем: «Патриарх Алексий II позволял ему спорить с собой». Вот такая главная церковная награда. Появившаяся еще при жизни Алексия, эта фраза остается там по сей день.
Но то, что затеял отец Андрей в последние дни уходящего года, даже спором не назовешь. Это череда скандальных и обычно анонимных разоблачений православных иерархов, входящих в так называемое голубое лобби. Существование такого лобби никогда не было секретом для всякого, кто хоть немного знаком с внутрицерковной жизнью. Закрытые мужские сообщества вроде монастырей и семинарий располагают к гомосексуальным искушениям, и вполне естественно, что люди со сходными наклонностями друг друга находят и поддерживают и что вообще земная церковь — сообщество не «святых отцов», а кающихся грешников, очень далеких от совершенства.
Но ключевое слово тут — «кающихся».
В кураевских разоблачениях рисуется совершенно иная картина: оказывается, в некоторых местах на поток поставлено совращение молодых ребят, включая несовершеннолетних.
Формальным поводом стала комиссия, разбиравшая жалобы казанских семинаристов: жалобы были признаны справедливыми, главный виновник уволен, а точнее, переведен на такое же теплое местечко в другую епархию, и никакого сора из избы выносить в очередной раз не предполагалось. А вот самого Кураева уволили из Московской академии уже в никуда — за скандальные публикации в блоге, а еще вдруг открылось, что он частенько пропускает свои лекции (не сомневаюсь, что так).
И тут отца Андрея прорвало. Серия выступлений была предельно острой и совершенно неожиданной, особенно со стороны человека, который пять лет назад горячо агитировал за избрание нынешнего патриарха, да и сегодня подчеркивает свою лояльность ему.
Сразу родились конспирологические версии: либо это патриарх готовит кадровую революцию среди епископов, либо, напротив, Кремль замышляет лишить патриарха власти и поставить во главе церкви своего обер-прокурора, как при императорах, — а Кураев выступает тут в роли тарана.
И в самом деле, момент для разоблачений выбран просто убойный: после целого года тяжелой артиллерийской подготовки на тему традиционных ценностей и нетрадиционной ориентации вдруг эта самая ориентация обнаружилась, и в самом неприглядном виде, в церковных верхах.
А может, нет тут никакой хитрой многоходовки, а просто не вынесла душа отца Андрея, да ведь и любой заговор молчания все равно рано или поздно разрешается скандалом? Впрочем, какими бы ни были замыслы участников этой истории, ее исход может оказаться непредсказуемым для самых хитрых ее участников. Так уже не раз выходило в церковной истории: периоды внешнего взлета и показного блеска оборачивались выхолащиванием смысла, а самые жестокие гонения порождали мучеников и исповедников, очищали церковь от чужеродных наслоений и являли миру ее святость — «яко с нами Бог», как недавно пели православные на рождественской службе во всех храмах.
Еще в советские годы человек по имени Сергей Фудель, никому не известный, не занимавший никаких важных церковных должностей, писал о «темном двойнике церкви» — и его слова, по сути, до сих пор не прочитаны и не оценены. Уже в наши дни семинаристы — молодые ребята с искренней верой и чистыми стремлениями — называют такой двойник «системой».
Мол, есть церковь, в которой служат Богу и помогают людям, а есть «система», в которой живут для денег, славы и удовольствий, пользуясь подчиненными как расходным материалом и заранее отпуская себе все грехи.
И одно, к сожалению, слишком тесно переплетено с другим: можно постараться минимизировать свои контакты с системой, добиться максимальной независимости от нее, но не замечать ее можно лишь ценой добровольного самоослепления. А бороться с ней и вовсе немыслимо: сожрут и остатки выплюнут, тому много есть примеров. И внешним об этой системе лучше и вовсе не знать, не то они ее и примут за церковь.
Кто-то из столкнувшихся лоб в лоб с системой приспособился, кто-то разочаровался, кто-то ушел с проклятиями в частную жизнь, в атеизм, в какую-нибудь «истинно-православную» юрисдикцию, состоящую из «родных и знакомых Кролика». А кого-то она особенно и не затронула — и все живут дальше как могут.
Чем бы ни окончился казус Кураева, он уже произвел неотменяемый эффект: оказывается, можно быть целиком и полностью в церкви и за церковь, но при этом вне и против системы, категорично и бескомпромиссно. О ней можно говорить публично и без богохульства, ее нравы можно обсуждать в терминах канонического и уголовного права. Возможно, Кураева постараются привлечь к ответственности за клевету — но ведь пострадавшие и свидетели действительно существуют, и судебное разбирательство с их участием будет куда более скандальным событием, чем публикации в блогах.
Похоже, что носитель средневековых одеяний отец Андрей убедился, что задача вписать средневековое сознание в современное информационное общество сложнее, чем казалась на первый взгляд.
Слишком легко на выходе получается смесь ролевой игры в традиционные ценности с постмодернистской всеядностью в частной жизни. Похоже, придется искать какие-то новые формы, способы и методы, пригодные для нынешней социальной реальности, а не для XIX века.
Хочется верить, что это возможно, и что казус Кураева, чем бы он ни казался для конспирологов, в конечном счете будет способствовать очищению церкви от ее темного двойника — яко с нами Бог
http://www.gazeta.ru/comments/column/desnitsky/5844905.shtml#comments

Каминг-аут патриархии


Прот. Всеволод Чаплин: У о.Андрея Кураева два пути — покаяться или покинуть Церковь

Подробнее: http://www.pravmir.ru/prot-vsevolod-chaplin-u-o-andreya-kuraeva-dva-puti-pokayatsya-ili-pokinut-cerkov/#ixzz2qetRvcaR

Очень не красивая и постыдная ситуация сложилась в последние дни Рождественского поста в связи с реакцией протодиакона Андрея Кураева на увольнение его из Московской духовной академии, где он преподавал в качестве профессора.
Увольнения такие имели место и ранее. В своё время отцу Андрею Кураеву пришлось уйти из Российского Православного университета, где ему и было присвоено звание профессора, потом ему также пришлось уйти из Православного Свято-Тихоновского университета. В этих случаях также как и в случае с Академией и студентов, и преподавателей волновали его выступления и действия. В частности, выступления, которые в решении учёного совета Духовной академии были названы эпатажными.
Я много раз слышал жалобы студентов и преподавателей всех учебных заведений, в которых преподавал отец Андрей, на то, что некоторые его высказывания прямо противоположны тому соборному самоощущению, которое есть у нашей Церкви. Это касалось очень многих его выступлений, — это касалось и его оценки кощунства в Храме Христа Спасителя, и разговоры о том, что христиане якобы не имеют права призывать государство к тому, чтобы оно ограничивало зло и поддерживало добро силой власти, силой закона.
Это касалось и пренебрежительного отношения ко многим святыням, граничащего с кощунством, это касалось разговоров о том, что наши традиции благочестия якобы устарели и никому не нужны. Иногда они просто подвергались осмеянию и уничижению. Периодически отец Андрей в ответ на эту критику говорил, что в Церкви должно быть разномыслие, что не может быть соборной позиции, официальной позиции Церкви по общественно значимым вопросам.
Это суждение очень похоже на то, что в своё оправдание приводили лица, которые ушли в расколы, секты и ереси.
На самом деле у Церкви есть учение, которое связано с общественными вопросами, и которое является частью её предания. Это определения поместных и архиерейских соборов XX-XXI веков, это документы, которые приняты Священным Синодом нашей Церкви. Эти документы основываются не на какой-то политической конъюнктуре, — они основываются на Священном Писании, на учении многих святых, и на том, что чувства и мысли, живущие во Христе – соборное тело нашей Церкви.
Более того, отдельные высказывания Патриарха, наших иерархов, — все эти высказывания практически всегда соотносятся с Евангелием Христовым, с тем, что говорили и делали многие и многие святые, с тем, как себя ощущает соборное тело Церкви, с тем, как Церковь воспринимает окружающую реальность и тем, что ожидают от неё.
Отец Андрей периодически пытался сказать, что есть различия между Евангелием и жизнью Церкви, — то есть между Писанием и Преданием. Потому что Предание Церкви это не только то, что было сформулировано многие века назад, это ещё и то, что имеет место сегодня. Традиция это не только прошлое, но и прошлое, настоящее и будущее.
Говорить о том, что есть некое несоответствие и даже противоречие между Писанием и Преданием, это значит не верить в Церковь, не верить в Христа. Подобного рода мысли отец Андрей высказывал много раз. С течением времени он стал высказывать их все чаще и чаще.
И причина этого скорее всего в том, что он чувствовал и понимал, большинство иерархов, пастырей, мирян не приемлют того, что он говорит и делает. И ответом на это не понимание было не желание покаяться, измениться, стать другим, а желание отомстить и желание настоять на том, что он не такой, как прочие люди, что он может рассчитывать на совершенно особые отношения, потому что у него в руках есть некие информационные возможности. Он может громко бросить какие-то обвинения, он практически открытым текстом в одном из интервью провел примерно следующую мысль: «как могли посметь меня тронуть, это не умно, у меня в руках информационные возможности – я могу ответить». Он отвечает, чтобы отомстить.
Это не случайно, что кампанию, которую Андрей Кураев ведет в интернете, началась примерно с середины декабря и была нацелена на то, чтобы предупредить: «не смеете меня тронуть!».
И наверно опять людям Церкви пытаются сказать, как они посмели тронуть человека, который обладает такими информационными ресурсами, который так громко может бросать те или иные обвинения.
«Я не такой как прочие – я особый, я требую особого отношения к себе», — это идея присутствовала в жизни отца Андрея Кураева в течение многих лет.
Я хорошо помню, как отец Андрей Кураев, тогда еще студент Московской Духовной академии, в то время, когда другие студенты учились или выполняли послушания, проводил значительное время в приемной ректора или коридоре перед приёмной, чтобы предложить какие-то проекты, тексты, — выслуживался.
Выслуживаться, доказывать свою особость, добиваться особенного отношения, — это то, что составляло в то время основную деятельность студента Андрея Кураева.
В 1991 г., став референтом Святейшего Патриарха Алексия II, отец Андрей практически сразу преступил к интригам. В августе этого года, когда окончилась неудачей деятельность Государственной комиссии по чрезвычайному положению, в момент, когда либеральные круги, пресса шельмовали практически любого и требовали отставки любого, кто хотя бы частично был заподозрен в поддержке деятельности ГКЧП, отец Андрей Кураев распространяет среди светских журналистов либеральных изданий написанный им текст, который предлагался в качестве основы для публикации за чужой подписью. Это доказанный факт. В газете «Куранты» Яков Кротов свидетельствует о том, что Кураев предлагал ему такого рода текст. Целью этой интриги было отстранение от должности по обвинению в сотрудничестве с ГКЧП многих наших иерархов и замена их на людей, лояльных Кураеву или на него самого.
Интрига была раскрыта, Кураев был отстранён от должности референта Святейшего Патриарха. Также звучали обиды, звучали разговоры о том, что он очень много знает и его нужно бояться. Разговоры эти, правда, не выливались в интернет, а были кулуарными. В данном эпизоде проявился характер этого человека, его горячее желание решать чужие судьбы, используя методы политического доноса.
С течением лет отец Андрей позволял себе все более и более развязные высказывания. Возможно, за этим стояла очень простая мысль, — дайте мне хорошую должность, обеспечьте мне безбедное существование, «иначе вы знаете, как громко я умею ругаться».
И чем дальше, тем больше эти высказывания стали вызвать усмешку и обратную реакцию. И то, что произошло с деятельность отца Андрея в Московской академии – очень логичное развитие событий. Это то, к чему отец Андрей шёл в течение многих лет. Все больше изолируясь от церковного организма, окружая себя подпевалами из числа некоторых представителей церковной и околоцерковной молодежи, и теми людьми, которым он был выгоден, как человек, который вроде бы внутри Церкви выражал несогласие со многим из того, что она говорит и делает.
Теперь протодиакон Андрей Кураев посвящает чуть ли ни большую часть своего времени распространением интернет-сплетен. Тексты, которые он публикует в интернете от своего имени или якобы от чьего-то ещё имени, не содержат ни доказательств, ни официально сформулированных обвинений. Он говорит о грехе мужеложества. Если действительно такой грех существует, в светской или церковной среде, — он должен быть обличён, и он должен быть наказан по нравственным принципам Православной Церкви. Однако для этого, если говорить о церковной среде, нужен церковный суд, который, как мы знаем, не может не руководствоваться показаниями двух или трёх свидетелей, которые не могут быть анонимными.
Никакого суждения не может быть вынесено на основе сплетен или слухов, кампании, которая имеет определённое отношение к мести уволенного преподавателя духовной школы. Было бы страшно представить, что церковные решения будут приниматься под давлением той кампании, которую сегодня ведёт этот человек. Тексты Кураева, его блог – отравленный и нечистый источник, и никакой пользы в церковной жизни он принести не может именно в силу того настроя, и того отношения к Церкви, которое из этого источника льётся. Из этого источника не может исходит ничего отрицательного для настоящей церковной жизни, но и тем более не может исходит ничего положительного.
Не случайно, те, кто сегодня поддерживают отца Андрея Кураева, это в основном люди, являющимися недругами Церкви. Это люди, которые, будучи не верующими или мало верующими, которые интерпретируют Евангелие в далёком от Евангелия ключе, пытаются получить контроль над церковной жизнь, заставить получить влияние на решения Церкви при помощи общественных кампаний.
Сегодня это влияние пытаются построить вокруг разговоров о личной жизни духовенства и мирян, завтра могут начать ставить политические условия, послезавтра богословские, но цель одна – заставить Церковь меняться по законам мира сего, лежащего во зле. Хотят заставить Церковь принимать решения на основе хорошо срежесированных общественных кампаний, подобных тех, которые были много раз предприняты на Западе для того, чтобы поставить Церковь под контроль. К сожалению, во многих случаях это удалось.
Я очень рад, что то отравленный и нечистый источник, о котором я сегодня сказал практически игнорируется верующими людьми. Он не повлиял на самоощущение Церкви, и будем надеяться, что этого никогда и не произойдёт. Этот источник питает только тех, кто испытывает к Церкви недобрые чувства и пытается реформировать её вопреки евангельскому слову и наследию святых отцов.
Я надеюсь, что наши архиереи, пастыри, миряне достаточно сильно укрепляемы Божьей благодатью, Божией помощью для того, чтобы не дать проделать с нами того, что проделали с некоторыми христианскими или уже постхристианскими сообществами. Мы должны слушать Бога, а не блоги. Мы должны руководствоваться Священным Писанием и Священным Преданием Церкви, а не переменчивыми влияниями и веяниями мира сего.
Как только ты отвергаешь Божию власть, ты оказываешься во власти антихриста, и нам сегодня об этом нужно четко помнить.
Что же будет с самим отцом Андреем? У него два пути. Первый – очень простой, предписанный нам Священным Писанием, Христом, — покаяться, измениться, стать новым человеком. Наверное, такой шанс всё ещё есть, потому что в жизни отца Андрея было много вдохновляющих, проповеднических, миссионерских, писательских успехов. Может быть не потеряна ещё возможность для того, чтобы вспомнив свою первую любовь ко Христу, понять, что он это его Церковь. В любви в ней можно восстановиться духовно, без мести, без шантажа, — чего я лично, как старый знакомый отца Андрея очень хотел.
Второй путь – приложиться к тем, кто точно также в своё время объясняя свои слова и действия благими разговорами, покинул Церковь и стал её разрушать вместе с его исконными недругами.
Мы помним имена этих людей, — Денисенко, Якунин, Дзюба, — некоторые из них упоминаются в сми, некоторые почти полностью забыты. Когда-то о них говорили как о героях, а потом стали говорить с пренебрежением или перестали говорить вовсе. Очень не хотелось бы, чтобы этот перечень имен пополнился именем протодиакона Андрея Кураева.

***
Когда один человеке говорит о скрытых мотивах действий другого человека, то получается своего рода исповедь. Откровение своих собственных помыслов. Проецирование своей модели поведения на другого.

Очень показательно, что мои официозные критики не могут даже и помыслить, чтобы кто-то из клириков говорил и действовал просто по велению своей совести. Только заговоры, подкупы, продажи, интриги, рейтинги, карьерные планы...

Страшноватый мир они создали для себя.

Выбор после многодневного раздумья сделан. Враг Церкви назначен.

А вот гомоепископов приказано считать невидимыми и несуществующими. Но парадоксальным образом именно такой реакцией голубые устрицы продемонстрировали места своего обитания, свои размеры и аппетиты. Ведь лобби – это не только те, кто занимается этим делом, но и те, кто, имея возможность помешать, не мешает, а молчит, покровительствует, изощряется, оправдывает, изо всех сил делает вид, что ничего особенного не происходит.

Latest Month

August 2019
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Powered by LiveJournal.com