?

Log in

No account? Create an account

August 29th, 2014

Судьба епископа

25 августа в Дюссельдорфе скончался архиепископ Клинский Лонгин, представитель Русской Православной Церкви в Германии.


В 1981 году, поздравляя его с хиротонией во епископа Дюссельдорфского, епископ Гаагский Иаков (советую почитать его биографию в википедии - https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%98%D0%B0%D0%BA%D0%BE%D0%B2_%28%D0%90%D0%BA%D0%BA%D0%B5%D1%80%D1%81%D0%B4%D0%B5%D0%B9%D0%BA%29) сказал ему:

"Дорогой владыка! Сердечно поздравляю тебя с получением епископского сана, но хочу все же в этот день и предупредить тебя: с этого дня и до конца твоей жизни тебе всегда гарантирован вкусный обед. Однако с этого дня и до конца твоей жизни ты уже не сможешь прочитать до конца ни одной книги. И еще и с этого дня и до конца твоей жизни тебе никто не скажет правды о тебе в лицо!".

(пункт первый связан с крайней бедностью эмигрантских приходов до падения железного занавеса, то есть до нынешней волны эмиграции и туризма).

Текст и контекст

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл поздравил митрополита Казанского и Татарстанского Анастасия с 70-летием со дня рождения.

Его Высокопреосвященству, Высокопреосвященнейшему Анастасию, митрополиту Казанскому и Татарстанскому

Ваше Высокопреосвященство! Сердечно поздравляю Вас со знаменательной датой — 70-летием со дня рождения — и молитвенно желаю Вам обильных милостей Божиих.

Господь судил Вам заботиться о Винограднике Христовом, быть преемником апостолов, очевидцев и служителей Слова (см. Лк. 1:2). На Вас возлагались различные послушания, которые Вы со тщанием стремились исполнять, приобретая ценный опыт попечения о пастве и устроения церковной жизни. Уже более четверти века Вы совершаете архипастырские труды в Татарстане и с недавних пор возглавляете новообразованную митрополию.

Во внимание к Вашим трудам и в связи с 70-летием со дня рождения полагаю справедливым вручить Вам памятную панагию.

Предстательством Пречистой Девы Марии да обновит Всещедрый Владыка Всяческих Ваши духовные и телесные силы и ниспошлет Вам мир и преуспеяние во всех начинаниях.

С любовью во Христе

+КИРИЛЛ, ПАТРИАРХ МОСКОВСКИЙ И ВСЕЯ РУСИ

http://www.patriarchia.ru/db/text/3710745.html

Текст достаточно стандартен, банален для таких поводов.
Контекст вот тут:
http://zavtra.ru/content/view/sodom-i-razruha/

Но раз Патриарх не видит в этом ЧП, то и я буду считать это нормальным для патриархии.
С юбилеем, типичный для наших дней владыка митрополит Анастасий! Уверен, очень многие архиереи и клирики нашей Церкви искренне и всецело с Вами во ВСЕХ Ваших начинаниях!
"Его Святейшеству сослужили: ... архиепископ Егорьевский Марк, председатель Финансово-хозяйственного управления Московского Патриархата; епископ Подольский Тихон;..".
http://www.patriarchia.ru/db/text/3710895.html

Еще недавно точно в таком же тексте точка с запятой должны были бы стоять на пять слов раньше, то есть - после слова "Марк".
Это Никифор II Фока (Νικηφόρος Β΄ Φωκάς) (ок. 912 - 969), военачальник, император ромеев.
Я уже писал о нем http://diak-kuraev.livejournal.com/461796.html

Но вот нашел его икону

20140821_160551

Память 11 декабря (Греч.)
Ему даже есть служба:
http://mon-kassia.livejournal.com/1448966.html


Интересен сам факт богословского спора двух святых: святого царя со святым патриархом (по поводу канонизации всех убитых воинов).


***
"Происходил из могущественного и знатного каппадокийского рода Фок, дававшего Восточной империи крупных военачальников - включая его деда Никифора Старшего, отца Варду, и брата Льва. Были среди его родичей и святые подвижники - преподобный Михаил Малеин приходился ему племянником. Сам Никифор, с 954 года доместик схол, прославил себя успехами на полях сражений.

Весной 960 года синклит и император поручили ему критскую кампанию. Войска Никифора осадили главную крепость арабов на Крите - Хандак (ныне Ираклион). Осада была долгой и тяжелой. Однажды часть арабских войск пыталась прорвать блокаду крепости, но была перебита, причем Никифор приказал отрезать головы мертвых из которых часть, насадив на копья, выставить против стен, а остальные забрасывать камнеметами в город. Наконец Хандак пал 7 марта 961 года. Город подвергся ужасной резне, а затем был разрушен до основания, после чего ромеи возвели недалеко от этого места крепость Теменос.

Добыча оказалась громадной - ценности, которые на протяжении столетий собирали критские разбойники, впоследствии пошли на снаряжение тяжелой конницы (катафрактов), что резко увеличило военную мощь империи. По возвращении в Константинополь Никифор справил триумф, радуя жителей столицы великолепным зрелищем. В апреле 962 года августа Феофано вызвала полководца в столицу, несмотря на сопротивление его противника, придворного евнуха Иосифа Вринги. Синклит утвердил за Фокой пост стратига-автократора Азии. Никифор вернулся к войскам, дав клятву блюсти интересы юных василевсов Василия и Константина. Однако, соперничество Вринги и братьев Фок продолжало обостряться. Влияние последних, опиравшихся на армию и малоазийскую военную знать, росло. Наконец Вринга послал в лагерь Никифора письмо, адресованное магистрам Роману Куркуасу и Иоанну Цимисхию, предлагая соответственно посты доместиков схол Запада и Востока в обмен на ослепление Никифора. Цимисхий показал это послание самому Никифору, что послужило толчком к открытому противостоянию. Иоанн Скилица, неблагожелательный к Никифору, отмечал, что существовала версия, "что [Фока] уже длительное время мучился желанием захватить императорскую власть, и распален он был не столько страстью к ней, сколько к императрице Феофано; он вступил с нею в связь, когда жил в столице...".

К тому времени император Роман II уже скончался и 2 июля 963 года под Кесарией Каппадокийской войска провозгласили Никифора императором ромеев. К началу августа он привел свою армию под стены Константинополя. Вринга попытался захватить отца узурпатора Варду, но народ отстоял старика. Вскоре в городе начались погромы против врагов Никифора, быстро переросшие в общую междоусобицу. Несколько дней на улицах шли жестокие бои, а к вечеру 15 августа в город ворвались войска Никифора. На следующее утро сам он торжественно въехал в столицу и был венчан на царство, а Иосиф Вринга - принял постриг в одном из пафлагонских монастырей, куда его сослали. Вскоре Никифор взял в жены вдову императора Романа Феофано. Иоанн Скилица писал, что Никифор никак не наказал участников беспорядков, а когда жаловались на бесчинства его стратиотов, говорил: "Неудивительно, что при таком множестве людей некоторые своевольничают".

Лев Диакон, с уважением отзывавшийся об императоре, дал следующий его портрет:
"Цвет лица [его] более приближался к темному, чем к светлому; волосы густые и черные; глаза черные, озабоченные размышлением, прятались под мохнатыми бровями; нос не тонкий и не толстый; борода правильной формы, с редкой сединой по бокам. Стан у него был округлый и плотный, грудь и плечи очень широкие, а мужеством и силой он напоминал прославленного Геракла. Разумом, целомудрием и способностью принимать безошибочные решения он превосходил всех людей, рожденных в его время".

Лиутпранд, епископ Кремонский, приехавший с дипломатическим поручением от германского императора Оттона I и принятый из-за ряда разногласий между державами весьма неласково, описывал Никифора как:
"Совершенное чудовище, пигмей с тучной головой, с небольшими глазами, как у крота; он обезображен короткой, широкой, разросшейся полуседой бородой, его уродует тонкая, как палец, шея; весь он оброс густыми волосами, лицом он темный, как эфиоп, которого не захочешь встретить ночью! У него торчащий живот, сухие ягодицы, бедра применительно к его короткой фигуре очень долги, голени коротки... Одет Никифор в виссон, но очень бесцветный, от долгого ношения ветхий и вонючий, со стертыми украшениями. Речь у него бесстыдная, по уму он - лисица, по вероломству и лживости подобен Улиссу".

Императору была присуща воинская суровость. Ромейские придворные жаловались Лиутпранду что "Никифор - человек скорый на руку, он предан военному делу и бежит от дворца, как от заразы... С ним трудно ладить, он не подарками привлекает в дружбу, а подчиняет себе страхом и железом". Василевс обладал большой физической силой, превосходно владел оружием и до самой смерти не гнушался воинскими упражнениями, сам обучал солдат.

Православный самодержец Никифор отличался склонностью к религиозным подвигам. Царь носил под своими облачениями власяницу, спал на расстеленных на полу шкурах и воздерживался от мяса. Император выражал желание сойти с престола и стать монахом. Лев Диакон писал что "никогда не становился он рабом наслаждений и... никто не мог сказать, что видел его хотя бы в юности предававшимся разврату".

Борьбе против иноверцев он стремился придать характер священного дела. От своих воинов он требовал молиться утром и вечером, а при появлении неприятеля взывать о помощи ко Христу. Примечателен его почин прославить в лике мучеников всех воинов павших в борьбе с неверными. Однако, так как это начинание встретило сопротивление патриарха и епископов, император уступил.

Придя к власти, Никифор посвятил себя в первую очередь военным делам, в которых добился впечатляющих успехов для империи. В первые два года его правления он утвердил власть империи над Тарсом, Аданой, Мопсуестией и Кипром. Лишь дважды византийцы понесли поражение, и оба раза на Западе, когда они были разбиты арабами во время сицилийских экспедиций на суше и в Мессинском проливе в 964 и 965 годах, вследствие чего остров полностью подпал под власть мусульман.

В 966 году император взял сирийский город Мембидж и неделю простоял у стен Антиохии-на-Оронте, но на штурм превосходно укрепленной крепости не решился. Однако, в то же время серьезно обострились отношения с Болгарским царством, так как Никифор отказался от выплаты болгарам дани и весной 966 года начал с ними войну. Не имея возможности вести изнурительную борьбу на два фронта, Никифор решил использовать для покорения Болгарии грозного великого князя Киевского Святослава Игоревича. В 967 году сын херсонесского протевона патрикий Калокир с крупной суммой золота отправился уговаривать князя начать с Болгарией войну. Миссия удалась, но затем обернулась для империи осложнением отношений со Святославом - захватив столицу болгар Плиску, он отказался уходить оттуда и стал вести себя по отношению к ромеям недружественно.

Однако, войны Святослава позволили Никифору продолжить кампанию на юге. В 968 году Никифор снова вернулся победителем из Финикии, а в Калаврии его полководцы разгромили войска германского императора Оттона I. При этом дипломатические отношения с Западом портились, и в последние годы правления Никифора папская курия стала официально именовать его императором не "римлян," а "греков."

Весной следующего года император затеял новый поход на Сирию, но, получив тревожные известия о враждебных намерениях Святослава, спешно возвратился в столицу, поручив начавшуюся осаду Антиохии стратопедарху евнуху Петру и магистру Михаилу Вурце. Последний, проигнорировав распоряжение Никифора не совершать активных действий, подкупил начальника одной из крепостных башен и 28 октября 969 года после яростного ночного приступа овладел этим одним из богатейших городов Востока. Говорили, что василевс разгневался на победителя и подверг его опале, так как знал о предсказании, что после того, как ромеи возьмут Антиохию, император будет убит.

Все силы государства император Никифор направил на походы. Армия была его любимым детищем. Фока приписал многих крестьян к ведомству логофета дрома, ранее приписанных к этому ведомству перевел в моряки, бывших ранее моряками - в пешие стратиоты, пеших - в легкую конницу, а последних - в катафракты, существенно увеличив их земельные наделы. Не только катафракты, но и их слуги освобождались от налогов - император сказал, что "налога крови" с них довольно. Если стратиот требовал у монастыря возврата ранее перешедших в собственность обители земли, его просьба удовлетворялась. Василевс также пошел на ряд уступок знати, отменив ряд новелл против динатов.

Ради военных успехов император шел на многие жертвы. На ведение войн василевс вводил все новые и новые налоги, за счет чего и содержал армию, не тратя, по выражению арабского историка Ибн-Хаукаля "ни единого дирхема из своей казны." Император урезал ругу синклитикам, чем сильно их уязвил.

Император не оставлял своей помощью монахов-подвижников. В частности, он помог преподобному Афанасию Афонскому в постройке первого монастыря на Афоне. При этом он стремился ограничить чрезмерные церковные доходы. В 964 году вышла известная новелла императора, запрещавшая основание новых монастырей и расширение имений старых:
"Искупитель наш, заботясь о нашем спасении и указывая путь к нему, прямо наставляет нас, что многостяжание служит существенным к тому препятствием... И вот, наблюдая теперь совершающееся в монастырях и других священных домах и замечая явную болезнь (так я называю жадность), которая в них обнаруживается, я не могу придумать, каким врачеванием может быть исправлено зло и каким наказанием я должен заклеймить безмерное любостяжание. Кто из святых отцов учил этому, и каким внушением они следуют, дошедши до такого излишества и такого безумия! Каждый день они стараются приобретать тысячи плефров, строят роскошные здания, разводят превышающие всякое число табуны лошадей, стада волов, верблюдов и другого скота, обращая на это всю заботу своей души, так что монашество уже ничем не отличается от мирской жизни со всеми ее суетными заботами... Христос сказал, что Царствие Его достигается только с большими усилиями и многими скорбями. Но когда я посмотрю на тех, которые дают обет монашеской жизни и переменой одежды как бы знаменуют свое отречение от мира, и вижу, как они обращают обеты свои в ложь и как противоречат поведением своим своему постригу, то не знаю, не следует ли скорее назвать это театральным представлением, придуманным для осмеяния имени Христова. Не апостольская это заповедь, не отеческое предание - приобретение многоплефровых громадных имений и множество забот о плодовых деревьях!".

Долгие войны тяжким бременем легли на все население державы от простых крестьян до высших сановников. Случившиеся несколько лет подряд неурожаи привели в 969 году к подорожанию хлеба в восемь раз. Вдобавок, Никифор произвел монетную реформу и ввел в оборот две номисмы - эталонную, сохранившую прежний вес (гистаменон) и облегченную примерно на десятую часть (тетартерон). При этом вносить подати нужно было гистаменонами, а сама казна рассчитывалась тетартеронами. Брат царя куропалат Лев Фока и Василий Ноф с молчаливого одобрения государя спекулировали государственным хлебом, наживая баснословные состояния, за что народ поносил братьев Фок. В итоге, к концу 960-х годов Никифор потерял свою немалую прежде популярность. Страшась заговоров или народного бунта, император перестроил ту часть Большого дворца, где он жил, превратив ее в неприступную, окруженную глубоким рвом крепость в центре города.

Весной 969 года император решил дать жителям зрелище учебного боя на ипподроме, не предупредив горожан заранее. Когда на арене, обнажив мечи, показались гвардейцы василевса, перепуганные зрители, решив, что сейчас начнется резня (накануне в уличной схватке погибло несколько солдат), в панике повалили к выходам, давя друг друга. Торжество обернулось массовыми жертвами, и лишь выдержка императора, показавшегося на кафисме ипподрома, остановила безумие. Однако случившееся переполнило чашу терпения горожан. Месяц спустя в Никифора, шествовавшего по улице в церковь, полетели камни, сопровождаемые яростной бранью. Император, не боявшийся и вражеских стрел, остался внешне невозмутим, но выводы сделал. На стенах дворца встала усиленная стража, а город затих в тревожном ожидании.

Подозрительность императора усилилась, и одной из первых жертв гонений на придворных стал Иоанн Цимисхий. Заподозрив в измене, император сместил его с поста доместика Востока на должность логофета дрома, а затем вообще отстранил от дел и выслал в Халкидон. Подобная участь постигла и героя взятия Антиохии, Михаила Вурцу. Говорили, что император замыслил утвердить на троне свой род и хочет оскопить сыновей императора Романа II. Тем временем измена уже готовила Никифору гибель. Ненастной ночью с 10 на 11 декабря 969 года два солдата, укрытые августой Феофано в собственных покоях, спустили со стены дворца на веревке вместительную корзину. Один за другим отправлялись в ней наверх вооруженные люди. Последним в корзине поднялся Иоанн Цимисхий. Заговорщики с обнаженными мечами ворвались в спальню императора, но Никифора в постели не оказалось. Охваченные ужасом, они, решив, что василевса успели предупредить, собрались бежать, как вдруг кто-то заметил царя спящим на полу у камина. После недолгих издевательств Цимисхий приказал зарубить безоружного василевса. Заподозрив неладное, гвардейцы попытались выбить двери спальни, но, когда им сквозь решетку показали отрезанную голову господина, посовещавшись, провозгласили Цимисхия императором.

За свою полезную для государства и Церкви деятельность, император Никифор Фока был причислен к лику святых".

http://drevo-info.ru/articles/22662.html
" -Вы ставите диагноз, согласно которому мы сейчас - в Киевской Руси, в Средневековье…
- Не в Киевской - в Московской. Киевская Русь не коллаборацировала с Батыем, она была разрушена татарами при помощи Московского княжества".

***

Вообще-то самостоятельное московское княжество появилось при князе Данииле - сыне Александра Невского. И было это лет так через 30 после Батыева нашествия и даже после смерти самого Батыя. А в горьких 1236-39 годах было так:

Князь Владимир Юрьевич — младший сын и наместник великого князя Владимирского Юрия Всеволодовича в Москве в 1236 году. Возможно около 1236 году Владимир получил от отца в княжение Москву и дальше его судьба была связана только с этим городом, который в 1238 году первый из городов Северо-Восточной Руси подвергся нападению войск хана Батыя.

Монгольские войска в рамках своего кипчакского похода после битвы у Коломны и отхода владимирских войск во главе с Всеволодом Юрьевичем во Владимир вступили в «землю Суздальскую» и разбили напавший на их арьергард отряд рязанского боярина Евпатия Коловрата, вернувшегося из Чернигова .

15 января монголы осадили Москву. Это было первое в истории города нападение внешнего противника. Оборону возглавляли Владимир Юрьевич и воевода Филипп Нянка «с малым войском». Город сопротивлялся 5 дней. Воевода погиб, а Владимир попал в плен.

Новый сбор войск Юрий Всеволодович назначил на Сити, оставив в столице жену и старших сыновей Всеволода и Мстислава. Монголы подошли к Владимиру 3 февраля, но на штурм несколько дней не шли. В течение этого времени город был обнесён тыном, был взят Суздаль и пригнан взятый там полон. Также в эти дни под стенами столицы на глазах у матери и братьев был убит Владимир Юрьевич, но воевода Пётр Ослядюкович удержал Всеволода и Мстислава от вылазки и призвал, «если сможем, со стен обороняться». Но через несколько дней старшие Юрьевичи также погибли «вне града» (в том числе Всеволод при попытке мирных переговоров), и город был разорён.

Через год Батый пошел на Киев. Но никто не говорил, что какие-то русские дружины были с ним. Это откровение от Кончаловского.

Latest Month

August 2019
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Powered by LiveJournal.com