?

Log in

No account? Create an account

January 12th, 2015

Беседа "ЭхаМосквы" с о. Всеволодом Чаплиным дарит столь много нам открытий чудных, что она достойна нескольких постов

«Совершенно особое место у епископа, он ходит в золотых ризах, он отделен особым пространством в храме, у него есть трон. И вот это нормально, вот это еще раз говорит о том, что у церкви есть особое служение. Вот я не епископ, я могу бегать по церковному двору в подряснике, а вот епископ уже не может. А, может быть, ему хочется побегать в casual style, но он уже не может. И поэтому есть в церкви разное служение». http://echo.msk.ru/programs/focus/1468446-echo/


Теперь мы знаем, что причина существования в церкви разных служений – это наличие штанов разного цвета.

И ведь какой универсальный аргумент, способный оправдать любое социальное неравенство! Этот сановник кушает на золоте, потому что у него «особое служение».
А этот даже и не знает, какая у него зарплата, потому что «это нормально».
Вот тому барину телохранители создают особое пространство при любом движении его тушки в пространстве – «это еще раз говорит о том, что у нее есть особое служение».

А вот апостолы, выходит, не могли нести особого служения церкви – потому что у них не было ни тронов, ни золотых одежд. И ходили они в самом что ни на есть casual style своей эпохи. Я даже сомневаюсь, была ли у апостола Павла отдельная вип-каюта на корабле. Нет в моей памяти и свидетельств о том, что апостол Иоанн совершал «вечерю любви» в «особом пространстве», огражденном позолоченной решеткой.

Надо понять, что о. Всеволод говорит вовсе не об алтаре, а о манере ограждать епископскую кафедру, стоящую посреди храма, решетками – чтобы прихожане не мешали сложным перестроениям духовенства и кордебалету епископских иподиаконов; причем все эти перестроения вокруг кафедры ни малейшего отношения к таинству Причастия просто не имеют – отчего службы простого священника спокойно обходятся без них.

А вот на епископской службе да – в «особое пространство» особый юноша на особо позолоченном подносе выносит особую расческу, чтобы преемник апостолов смог прилюдно расчесать свою особую бороду…

Исследователи сего вопроса пишут:
«В литературе, адресованной священникам, можно встретить и такие рекомендации: «При открытых дверях или во время стояния посреди храма священник служащий не должен в виду всех заниматься убранством и благоустройством своей головы и лица; все это и подобное должно заблаговременно упорядочить в стороне» (Михайловский 1890: 8–9). Симптоматично, что прилюдное символическое расчесывание волос гребнем посреди храма во время богослужения служило частью ритуального облачения епископа. Уход за собой во время богослужения был допустим только в контексте обряда, как его составная часть, в противном случае, будучи «мирским» делом, расценивался как оскорбление священнодействия. Прилюдные манипуляции священников с волосами во время богослужений чреваты их ошибочным толкованием со стороны прихожан. В 2000 году во время экспедиции в Гдовский район Псковской области мы были свидетелями следующей картины. На почитаемом месте Пещёрка шел молебен. Присутствующие на нем женщины сидели. В какой-то момент священник, продолжая стоять к прихожанкам спиной, решил поправить волосы: он снял резинку со своего «хвоста» и тряхнул головой. Эффект был удивительный: все женщины встали со своих мест и начали креститься, вероятно, полагая, что манипуляции с волосами указывают на какое-то важное место в богослужении». http://www.georghram.ru/statyi/ot_nastoyatelya/oblik_russkogo_svyashhennika/

Помню, как молодой о. Всеволод издевался над этим нашим дивным ритуалом и предлагал варианты особой молитвы для сего священнодействия… Но сейчас наш «церковный министр по делам общества и государства» (это его самохарактеристика в цитируемой передаче) и эти гардеробно-парикмахерские действа, наверно, готов апологетизировать и возводить в ранг "духовных скреп".

Конечно, у Церкви есть особое служение. Но вот почему оно должно выражать себя именно в тронах и золоте?
И у врачей есть особое служение. Поэтому они тоже должны восседать на тронах и ходит в золотой парче? Не стоит ли разработать особый чин встречи главврача, входящего в больницу?
И как же скучна школьная жизнь, где «встречный обряд» при входе учителя в класс ограничивается лишь вставанием учеников с мест (эх, сейчас даже хлопать крышками парт при этом перестали).

Ну ничего – мантии для судей в софринских мастерских уже шьют, так и что и остальных «слуг народа» мы еще научим, что значит быть Византией после Византии.

Забыл еще о. Всеволод вспомнить, что "особое пространство" для митрополитов не только в храме. С недавних пор они в аэропортах обслуживаются через депутатские залы. Как и сам о. Всеволод (как член ВЦС)

***

епископ, который не читал про "особое пространство" у Чаплина:
вл.Пантелеимон
Продолжаем вслушиваться в о. Всеволода Чаплина:

«Рябцева― А бывают взятки?
В. Чаплин― А что может священник или епископ сделать, за что ему стоит давать взятку? Не знаю». http://echo.msk.ru/programs/focus/1468446-echo/

Тут не богословские разногласия. Тут прямая ложь нашего церковного «министра». Он прекрасно знает, за что и кто дает епископу взятки. Но сначала, наверно, надо договориться о терминах.

«Взятка — принимаемые должностным лицом материальные ценности (предметы или деньги) или услуги за действие (или наоборот бездействие), в интересах взяткодателя, которое это лицо могло или должно было совершить в силу своего служебного положения».

Я бы добавил еще два признака:
1) это недокументируемое приношение. То есть деньги, полученные взяткодателем, не фиксируются в его финансовой отчетности.
2) это не плата за сделанную работу.

В истории Церкви и в ее канонах неоднократно говорилось о грехе симонии. В узком смысле – это посвящение в сан за деньги. В более широком – поставление на церковные должности за мзду.
В 19 веке посланник докладывал из Стамбула, что местный патриарх берет деньги за поставление епископов. И требовал канонической реакции, то есть разрыва отношений между Российской Церковью и Кпльским патриархатом.
Его письмо передали на отзыв московскому митр. Филарету. Тот не ставил под сомнение сообщенные факты, но просил подробнее рассказать об их контексте. И в своей дотошности он оказался прав. Выяснилось, что бюджет патриархии складывался из отчислений из местных епархиальных средств. Однако в тогдашний турко-османских условиях не всегда можно было гарантировать передачу крупных денежных сумм вовремя и по назначению. И поэтому патриарх условием посвящения епископа в опасно-отдаленные епархии ставил внесение епархиального налога за два-три следующих года. То есть это были заранее предписанные и официальные авансовые платежи. Это не симония. Раскола не произошло.

И все же симония многие века и довольно массово бытовала в церковной истории. Хотя бы поэтому элементарное церковно-историческое образование не должно позволять делать недоумевающее лицо «Епископ? Какие взятки?!!!».

Вот и сегодня священники на условиях конфиденциальности готовы очень много рассказать об этом.

Взятки от священников епископам делятся на два типа:
Взятки ради стабильности и взятки ради апгрейда.

К числу первых относится конверт епископу при его визитации прихода (не пригласишь и не положишь – прихода лишишься). Это же касается подарка епископу на его именины или юбилей. Еще повод для неофициальных поборов: владыке нужна новая колесница. Или на ремонт епархиальной резиденции… Поводов много, а мотив отзывчивости священников один: чтобы тебя не турнули и не перебросили на беднейший приход.

Взятка ради апгрейда – это уже инициатива взяткодателя. Он хочет получить более удобный приход (ближе к центру или более богатый и т.п.). В ряде епархий откровенно покупаются священнические награды.
Более крупные суммы порой даются: а) для получения отпускной грамоты; б) для приема в клир другой епархии.

Еще один критерий классификации церковных взяток: добровольно-ситуативные или организационно-вынужденные. Второй вариант – когда секретарь епархии или иной близкий к епископу человек обзванивает настоятелей и поясняет им, что именно нужно срочно вложить в конвертики и по какому поводу. Среди этих поводов, кстати, может быть и визит патриарха.

Все эти приношения никак не фиксируются ни в приходской документации, ни в епархиальной. Все они призваны сформировать милостивное отношение епископа к дарителю. При этом епископ все те действия, к которым поощряют его дарители, мог бы и должен был бы совершить и без дополнительных материальных стимулов.

Есть взятки и внутри самой епископской среды. Ведь епископ хочет стать архиепископом, архиепископ - митрополитом, митрополит – членом Синода… Но это уже совсем высокие отношения и очень высокие суммы.

Но я что-то не верю, что мне удалось расширить кругозор о. Всеволода и сообщить ему нечто ранее ему неизвестное.
И снова слушаем о. Всеволода:

«епископ не имеет практически ничего лишнего, он не может ничего передать по наследству, потому что особенно ничего у него нет, он не может ничего передать братьям или сестрам, или кому-нибудь еще в этом роде. У священника обычно есть личное имущество».

http://echo.msk.ru/programs/focus/1468446-echo/

Не буду цепляться к слову «лишнее». Возможно, это ошибка при распечатке, и речь идет только о «личном» имуществе епископа.

Увы, и тут о. Всеволод говорит неправду. У епископов РПЦ , как правило, избыток именно личного имущества. Вот я выхожу во дворик своего московского храма и могу пальцем показать дома (в пределах прямой видимости), в которых свои вполне частные квартиры имеют шесть епископов (причем четверо из них - в одном доме).

За известное мне время один из них ушел на покой – и из далекой епархии переехал жить именно в эту московскую квартирку. За это же время двое других моих соседей-архиереев поменяли свои кафедры – и в их московские квартиры отнюдь не въехали те епископы, что были назначены на их бывшие кафедры. Да, никто из этих епископов не является москвичом. Это именно квартиры, приобретенные ими уже в годы их епископского служения.

Обоснование простое: а) мало ли как сложатся мои отношения с патриархией – надо иметь хоть какую-то экономическую независимость от нее; б) негоже епископу жить в московской гостинице, где можно наткнуться на проституток. Что их не устраивает в двух патриархийных гостиницах Москвы («Даниловская» и «Университетская») - не знаю.

Поэтому весьма нередко путь разрастания архиерейской личной недвижимости таков: квартира с епархиальном городе – дом в пригороде – квартирка в Москве – недвижимость заграницей. Все как у людей. Ну, тех из них, кто принадлежит к высшему классу по своим доходам и стандартам потребления.

А ведь надо еще пособить родному человечку. Перечень родственников, которые улучшают свои жилищные условия за свет преосвященного родича, может быть довольно широк.

А бывает совсем интересно: один благочестивый пожилой провинциальный архиерей собирает средства с попов и передает их своей любимой племяннице – ей нужно много денег на то, чтобы делать карьеру поп-певицы в Москве.

Чаплин любит говорить, епископы бездетны, и потому у них нет наследников. Что, по его мнению, означает, что все их имущество не является личным. Что ж, я готов пожить при таком коммунизме: все мне будет приноситься по моему желанию, все будет обслуживаться не за мой счет. Вот только завещать ничего не могу. Машины, шофер, прислуга… Да это же еще вкуснее, чем иметь в сугубо личной собственности: голова ни о чем этом не болит.

Кстати, устрицы, съеденные обычным богачем, тоже не могут быть переданы по наследству. Как и средства, потраченные им на круизный вояж. Или всевозможные услуги. Или машины, купленные им не в последние 2-3 года его жизни. Так что – все это не будем считать предметами роскоши?

Так что возможность что-то завещать вовсе не может быть критерием того, совместимо это с декларируемым аскетизмом, или нет.

Епископы прекрасно умеют переводить даже епархиальную собственность в свою личную. Если при переходе в другую епархию уходящий епископ оставил своему преемнику епархиальный автопарк – это смотрится не как правило, а как чудо.

Они умеют хранить накопляемые ими яйца в разных корзинках.
Как-то наш епископ в заграницах получил поручение патриархии к юбилею отреставрировать свой собор. Поручение ему дали, деньги перечислить забыли. А епархия его и в самом деле была бедненькая. Тогда сей владыка решил обратиться к греческим банкирам. Они с радостью пришли на званый ужин. Но пока владыка произносил длинную речь на тему славяно-эллинской дружбы и всеправославного братства, банкиры потихонечку, молча и низко кланяясь, уходили. Предание гласит, что к концу его речи в зале остался лишь один банкир. Владыка спросил его: «я что-то сказал не так? Почему они ушли?». На что его собеседник ответил: «Владыка, дорогой, вы все сказали замечательно! Те 5-6 миллионов долларов, что вы просите, для нас это в общем-то небольшая сумма, и мы вполне могли бы вам ее дать. Но мы банкиры. Мы знаем, кто и какие деньги держит в наших банках. Поверьте, владыка, ваши московские епископы держат в наших банках такие средства, что просимая вами сумма совершенно ничтожна. Так что просите у своих!».

Замечу также, что официальную зарплату себе епископы, как правило, назначают небольшую – чтобы исключить просьбы подчиненных им сотрудников епуправления о просьбе повысить им их зарплаты (даже патр. Алексий однажды именно так отреагировал на мою просьбу). Мол, не можешь же ты получать больше меня! То, что епископ живет вовсе не на зарплату, выносится при этом за скобки. Соответственно, и все их личные траты они делают не из заработанного ими. Это тот случай, когда «государственная» шерсть в принципе неотличаема от личной. И, значит, приобретаемая ими личная недвижимость – это трата именно церковных денег. Тех денег, которые священники отрывали от своих семей и своих приходов.

Еще один нюанс: драгоценные епископские облачения, копимые архиереем всю жизнь, обычно никем не наследуются. Можно ли на патриархе Кирилле встретить облачения патриарха Алексия? Нет – всё с иголочки (единственное исключение – интронизационное красное облачение, извлекаемое раз в году в день празднования годовщины интронизации).
… По смерти патр. Алексия была создана комиссия по описи его личного имущества. Работы было много (мшелоимство не было чуждо покойному). Все устали. И уже во втором часу ночи вдруг у него под кроватью находят ящик, наполненный панагиями. Все с ужасом смотрят друг на друга: описывать каждую вещицу по отдельности – дело крайне долгое. Тогда владыка Арсений ногой задвигает ящик назад под кровать и говорит секретарю: «Пиши: «ящик с панагиями!»». Этот поступок вл. Арсения я нахожу вполне человеколюбивым.

Но где обещанная публикация дневника патриарха Алексия? Какова судьба его счетов и имуществ? Ти-ши-на.