?

Log in

No account? Create an account

December 6th, 2015

Религия в СССР

Вы думаете – нет меня,
что я не с вами?
Ты, мама, плачешь обо мне.
А вы грустите.

Вы говорите обо мне,
звеня словами.
А если и забыли вы…
Тогда простите.

Да. Это было всё со мной,
я помню, было.
Тяжёлой пулей разрывной
меня подмыло.

Но на поверхности земной
я здесь упрямо.
Я только не хожу домой.
Прости мне, мама.

1963.
Михаил Луконин
секретарь Союза писателей СССР, лауреат Сталинской премии.

***
Мечтаю собрать антологию религиозных стихов советских поэтов.

Там, конечно, будет и это:

Постоим и поклонимся каждой могиле
Спросим скорбно и глухо: «Ну как вам тут спится?»
Помолчим и помолимся. Зря нас не учили
Ни молитвы читать, ни даже креститься…

Мы с вами, ребята, в сей скорбный час.
Та война была глупой, но кровавой и длинной.
Боже праведный, если Ты слышишь нас.
Сохрани души всех, убиенных невинно.

Алексей Чегаев (погиб в Афганистане).


***

Упал на пашне у высотки
суровый мальчик из Москвы;
и тихо сдвинулась пилотка
с пробитой пулей головы.

Не глядя на беззвездный купол
и чуя веянье конца,
он пашню бережно ощупал
руками быстрыми слепца.

И, уходя в страну иную
от мест родных невдалеке,
он землю теплую, сырую
зажал в коснеющей руке.

Горсть отвоеванной России
он захотел на память взять,
и не сумели мы, живые,
те пальцы мертвые разжать.

Мы так его похоронили –
в его военной красоте –
в большой торжественной могиле
на взятой утром высоте.

И если правда будет время,
когда людей на Страшный суд
из всех земель, с грехами всеми,
трикратно трубы призовут,—

предстанет за столом судейским
не бог с туманной бородой,
а паренек красноармейский
пред потрясенною толпой,

держа в своей ладони правой,
помятой немцами в бою,
не символы небесной славы,
а землю русскую свою.

Он все увидит, этот мальчик,
и он ни йоты не простит,
но лесть от правды, боль от фальши
и гнев от злобы отличит.

Он все узнает оком зорким,
с пятном кровавым на груди,
судья в истлевшей гимнастерке,
сидящий молча впереди.

И будет самой высшей мерой,
какою мерить нас могли,
в ладони юношеской серой
та горсть тяжелая земли.

1942
Ярослав Смеляков
4 декабря 2015 года Патриарх Московский и всея Руси Кирилл во внимание к усердным пастырским трудам и в связи с 50-летием служения в сане пресвитера Святейший Патриарх Кирилл удостоил настоятеля храма Рождества Христова в Измайлово г. Москвы протоиерея Леонида Ролдугина права ношения Патриаршего креста.




Патриарший крест:


Здесь о. Леонид уже с двумя крестами:



Ранее считалось, что патриарший крест вручается священнику, уже награжденному правом ношения двух крестов, то есть модет носиться как третий.
Однако в современном "Положении о наградах" право ношения двух крестов не упоминается (что не мешает украинским владыкам не обращать на это внимания: http://sv-nikola.church.ua/2015/07/21/vstrecha-mitropolyta/ )

Были времена, когда священник носил на себе три креста сразу. Тут 34-летний о. Алексий Кутепов о трех крестах, включая патриарший:



Иногда он под подбородок подвязывал четвертый крест - орденский знак какого-то восточного патриархата. По идее под подрясником должен быть еще монашеский крест-параман и нательный обычный крестик. В общем - "враг не пройдет!".

Некоторые, правда, когда-то считали что "Христос однажды (единою) пострадал за грехи наши" (1 Петр 3,18).

А судьи кто?

"Вечером того же дня митрополит Иларион был приглашен на концерт духовной музыки, посвященный отмечаемым в этом году трем знаменательным годовщинам в жизни Святейшего Патриарха Болгарского Неофита: 70-летию со дня рождения, 40-летию монашеского пострига и 30-летию архиерейской хиротонии. В честь этих событий хором и оркестром Софийского театра оперы и балета под руководством дирижера Велизара Генчева была исполнена «Рождественская оратория» митрополита Илариона для солистов, хора и оркестра.

На концерте присутствовали Святейший Патриарх Неофит, члены Священного Синода Болгарской Православной Церкви, а также глава Болгарского царского дома Симеон Сакскобургготский".

http://www.patriarchia.ru/db/text/4288132.html

Эти важнейшие и приятнейшие события также были сопровождаемы переговорами по поводу канонизации архиепископа Серафима (Соболева).

Все-таки в истории церкви есть поразительный зазор между теми, кого объявляют святыми и теми, кто их объявляет таковыми. Мера духовного чутья последних вызывает большие сомнения. Подобное познается подобным. Духовное познается духовными и духовно.

"Состоялось Заседание совместной комиссии Русской и Болгарской Православных Церквей по вопросу канонизации архиепископа Серафима (Соболева). Митрополит Иларион уточнил: «Мы изучили все имеющиеся материалы, обсудили все спорные вопросы и приняли единогласное решение о том, что для его канонизации препятствий нет. Это наше единодушное, единогласное решение, которое мы сообщим Синодам наших Поместных Церквей» (http://tass.ru/obschestvo/2500713)

Вот интересно, сколько часов провели совокупно члены Комиссии, умоляя Бога открыть им Его волю о канонизации владыки Серафима? Как для этого опознания они изменили свою жизнь? Или же ограничились обычным "мудрым" подсчетом бонусов и проблем?

Кстати, в заседании не участвовал единственный исторически-компетентный член комиссии - игумен Иоанн Дамаскин.


***
Я сам вовсе не духовидец. И тоже в данном случае готов говорить о плюсах и минусах.

Три год назад я уже писал об этих минусах
http://diak-kuraev.livejournal.com/288569.html

Писал не только публично. По заказу из ОВЦС я подал туда свою записку:

1. В случае канонизации архиеп. Серафим станет первым и единственным русским богословом ХХ века, прославленным в лике святых и при этом не в лике мучеников, но в традиционном учительском лике – лике святителей.
В прославлении мученика Церковь акцент делает на его кончине. В прославлении преподобного – на образе его жития. Мы можем ничего не знать о богословских мнениях мучеников или преподобных – и тем не менее почитать их подвиг. Но при прославлении святителя Церковь говорит: «это – Мой голос; его слова и назидания – это Мое учение». Святитель в отличие от мученика или преподобного, благоверного князя или юродивого – это учитель, возвещаюший с архиерейской кафедры здравое учение Церкви. Более чем в других ликах святых канонизация святителя означает церковное одобрение книг и проповедей святого.

В таком случае именно богословское наследие святого становится нормативным и канонизированным. В случае мученика – например, св. Илариона Троицкого - есть место для оговорок: канонизирована прежде всего мученическая кончина, а не экстравагантная богословско-экклезиологическая гипотеза новомученика (кстати, критикуемая и архиеп. Серафимом).

Готова ли наша Церковь возвести третьеразрядные богословские штудии архиеп. Серафима на высшую степень – усвоив им значимость святоотеческих творений? Готова ли она после этого и вследствие этого сама следовать им? Готова ли перестраивать под них свои учебно-богословские программы, равно как и документы церковного пастырства?

И это при том, что его богословские опыты были подчеркнуто консервативны, и заметить в них следы ХХ столетия крайне затруднительно. Учитывая полемичность его позиции, его прославление может быть воспринято как косвенное осуждение Церковью того, чем она гордится в своем экуменическом диалоге, в своей миссии и в своем диалоге с миром современной культуры, т.е. творческого русского богословия, прежде всего «парижского».

2. Практически все выводы и предложения, содержащиеся в докладах архиеп. Серафима на Совещании 1948 года, были Совещанием отклонены, что явствует из сопоставления текстов докладов и текстов соответствующих резолюций. Изменения резолюций шло в сторону отказа от ригоризма. Учитывая, что архиеп. Серафим в случае канонизации окажется единственным святым участником Совещания – его голос будет в церковной среде считаться более весомым, чем голос Совещания.
Готова ли наша Церковь провозгласить святоотеческим такое вот мнение: «Принятие нового стиля во всей его полноте для нас недопустимо, то точно также недопустимо для православных христиан принятие нового стиля и в компромиссной форме. Этот компромисс в последнее время наблюдается в жизни некоторых Православных Церквей и проявляется в том, что Пасха празднуется по старой Православной Пасхалии, а все непреходящие, неподвижные праздники празднуются по новому стилю. Но такой смешанный календарь не может быть принят православными… Могут сказать, что нарушение «Типикона» не является тяжким грехом, ибо здесь нет отступления от догматов. Но кто из нас не окажет послушания Церкви, тот отсекается от нее и становится в ряд тяжких грешников, ибо в данном случае налагается высшая мера наказания — отлучение от Церкви. Причем этот грех непослушания Церкви, с пренебрежением к ее «Уставу», новостильники совершают открыто, дерзновенною рукою».
Такая позиция не вызвала согласия Совещания, резолюция которого не содержит и намека на то, что служение по новому стилю есть грех, карающийся отлучением от Церкви – «Совещание считает, что для неподвижных праздников каждая Автокефальная Церковь может пользоваться существующим в этой Церкви календарем». В случае канонизации тут неизбежен вопрос: кто же говорил от имени Церкви – святой Серафим Соболев или главы Поместных Церквей?

3. Вывод вл. Серафима по поводу контакта с экуменическим движением был весьма строг и однозначен: «не будем иметь абсолютно никакого общения с экуменическим движением… Присутствовать даже в качестве наблюдателей на экуменической конференции — значит итти против святых правил, которые запрещают молитвенное общение с еретиками».
Но и в этом вопросе Церковь не согласилась с ним – причем, тут же, на Совещании, резолюция которого содержит гораздо более мягкую и оптимистическую оценку: «Экуменическое движение... слишком преждевременно отвергло уверенность в возможности воссоединения Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви», «попытки к благодатному воссоединению Церквей» .

4. Политические и историософские взгляды архиеп. Серафима носят весьма жесткий характер и всегда будут «боеприпасами» для «правых» критиков Церкви. Во всяком случае с нынешними официальными документами нашей Церкви (в т.ч. с «Основами социальной концепции») они будут находиться во взаимоисключающих отношениях.
Если Церковь введет архиеп. Серафима в святительский лик, это даст повод обвинять ее саму в лицемерии: мол, подлинные «замыслы церковников» выражены не в заявлениях современных руководителей Церкви, а в трудах канонизированного ими Серафима.
Примеры:
«В высшей степени вредный законъ о свободе совести».
«Отделенiе Церкви отъ государства могутъ у насъ провести, по освобожденiи Россiи, только враги ея, и притомъ, по учрежденiи въ ней того или иного демократическаго строя правленiя, въ которомъ заложена гибель нашей Церкви».
«Совершенно напрасно подъ апостольскими словами: несть бо власть, аще не отъ Бога, некоторые подразумеваютъ, наряду съ царскою единодержавною властiю, власть республиканскую и конституцiонную. Самый текстъ апостольскаго ученiя о власти свидетельствуеть, что здесь все время говорится только о царской самодержавной власти».
«Св. Церковь не можетъ желать водворенiя въ Россiи республиканскаго или конституцiоннаго строя… Если для государственнаго правленiя Св. Писанiе признаетъ одну только форму — самодержавную власть царя — Помазанника Божiяго, то ни о какой другой власти, какъ не основанной на Божественномъ Откровенiи, мы не должны думать».
«Православная Церковь не можетъ предпочесть власть народа, что то же — народной толпы, царской власти по той причине, что народоправство не есть Богоустановленная власть и не коренится въ Св. Писанiи. Мало того, республиканская и конституцiонная власть являются ниспроверженiемъ Богоустановленной царской власти».
Наконец, весьма уязвима будет Церковь, если станет известно, что она устами своего святого в середине ХХ века призывала к введению смертной казни за атеизм: «народъ нашъ долженъ неуклонно осуждать безбожiе и всякiя отклоненiя отъ православной веры и всемерно способствовать тому, чтобы въ его будущемъ государственномъ законодательстве въ осуществленiе мысли Епископа Феофана Затворника, былъ законъ, сурово — вплоть до смертной казни карающiй пропаганду атеистическихъ воззренiй и въ особенности кощунство».

У св. Феофана это было лишь частное письмо и написано оно было еще до волны гонений 20 века. Здесь же это манифест, исповедание веры и надежды автора, причем выдаваемое за требование всей Церкви.
Кроме того, мечтать об ответных казнях в 1939 году – эту уже другая нравственная мера.

Видение архиеп. Серафимом причин русской катастрофы ХХ века также поражает своей узостью. Неужели расстрелами и мучительными смертями тысяч людей от голода Бог карал именно за нарушение постов? «Все русскiя несчастiя начались съ того, что мы удалились въ своей жизни отъ Церкви, перестали руководствоваться ея ученiемъ и уставомъ. Некогда св. Серафимъ Саровскiй пророчески говорилъ, что великiя беды надвигаются на Россiю, такъ какъ народъ русскiй сталъ нарушать постъ въ среду и пятницу. Что бы онъ сказалъ, если бы дожилъ до последняго времени, когда русскiе люди перестали поститься и въ Великiй постъ, посещали въ это время театры, предавались танцамъ и оргiямъ до утра даже подъ праздники».
Одно из проявлений святости – это дар прозорливого изъяснения духовного смысла исторических событий. Если автор этих строк будет объявлен святителем – то церковным людям будет тяжело оспаривать такое его толкование русской истории".


Та записка помогла затормозить ход канонизации. Но это был канун поистине исторических плясок в Храме Христа Спасителя, столь развернувших риторику нашего Патриарха.

Итак в чем проблема?

Есть некоторые шероховатости, которые канонизаторы последних лет уже научились обходить:

Например, отзыв архиеп. Серафима о новомученике св. Иларионе Верейском: "Иларион Троицкий заражен тлетворным духом времени" (св. Серафим Соболев. Жизнеописание и сочинения. Platina, 1992, с. 39).

Или отзыв митрополита Евло­гия (Георгиевского), прямого начальника владыки Серафима о нем: "Епископ Серафим со­здал в приходе неприятную атмосферу нездорового мистицизма — пророчес­ких вещаний, видений..."

Или слова еп. Серафима - "признание тобою советской власти тяжелее греха ереси".

(Письмо, из которого взяты эти слова, стоит внимательного прочтения. В нем повествуется о негативном отношении о. Иоанна Кронштадтского к Распутину.
http://cyberleninka.ru/article/n/novye-svedeniya-o-vzglyadah-arhiepiskopa-bogucharskogo-serafima-soboleva-na-problemy-russkoy-pravoslavnoy-tserkvi )

Но главное не в этом, а вот в этом тексте, который Комиссия склонна объявить святоотеческим:

"Народъ нашъ долженъ неуклонно осуждать безбожiе и всякiя отклоненiя отъ православной веры и всемерно способствовать тому, чтобы въ его будущемъ государственномъ законодательстве въ осуществленiе мысли Епископа Феофана Затворника, былъ законъ, сурово — вплоть до смертной казни карающiй пропаганду атеистическихъ воззренiй и въ особенности кощунство".

Повторюсь: св. Феофан писал это в частном письме и в 19 веке. Владыка Серафим говорит уже после бутовских расстрелов духовенства 1937-38 годов. Что означает, что делать духовные выводы из уроков истории ему не было дано...

И говорит он не частным шепотом, а в своем громком "кредо".

"На Соборе Архiереевъ Русской зарубежной Церкви, бывшемъ въ декабре 1937 г., Председателемъ Русскаго Архiерейскаго Синода, Высокопреосвященнейшимъ Митрополитомъ Анастасiемъ мне предложено было дать идеологiю Русскому Христiанскому Трудовому Движенiю. Это предложенiе мною было исполнено. Составленный мною докладъ касательно русской идеологiи былъ заслушанъ на Архiерейскомъ Соборе въ августе 1938 г. Выводы доклада были Соборомъ приняты, и въ соответствiи съ этимъ было вынесено соборное постановленiе".

Книга "Русская идеология" была издана в 1939 году. Предполагалось, что это будет учебник для русских кадетов.

***
Итак, колебания позади. Почему? Да потому что сменилась граница допустимого.
На фоне апологии репрессий и войн, в атмосфере "поиска кощунников", судебных и внесудебных давлений на них, во времена колоритных заявлений и акций Чаплина и Энтео, пришло время и Патриарху поцеловать икону Святого Инквизитора. За эти годы Чаплин открыто призвал выбросить "парижское богословие" и школу христианского гуманизма.

Список любимых "святоотеческих цитат" у новых опричников теперь будет пополнен. А в будущие времена вычищать эту грязь из церковного сознания будет сложнее. Но если Господь не оставит нашу несчастную церковь - то эту работу однажды делать все равно придется. Просто она будет более трудной и болезненной.
На закладку огромного и знакового нового кафедрального собора Польской Православной Церкви позвали не московского патриарха, а константинопольского. Причем из Москвы не было вообще никого.

Два года назад польский митр. Савва писал патриарху Кириллу, что скандалы вокруг его имени сильно затрудняют жизнь православия в Польше. Польские газеты, и так не слишком благожелательные к православию, отождествляют стиль нынешней московской патриархии с православием как таковым.

За эти годы перемены в нашей жизни если и произошли,то не в ту сторону, которая считалась желательной польский митрополит. Акцент на демонстративную роскошь и силу остался. Поэтому Польская церковь сделал это вполне очевидный жест: без Москвы.

Сообщение и фото: http://www.orthodox.pl/poswiecenie-kamienia-wegielnego-w-warszawie/


Кстати, проект храма подчеркнуто византийский, нерусский.


Так что это иллюзия - что Москве удастся сплотить вокруг себя союз не-греческих церквей в противовес Константинопольскому проекту собирания вокруг него церквей собственно греческих.

Хотя, конечно, позвать Кпльского патриарха на закладку макета Кпльской Софии - штука тоже довольно двусмысленная.
4 декабря 2015 года, в Донском монастыре Москвы состоялась братская трапеза, в завершение которой к ее участникам обратился Святейший Патриарх Кирилл.

«Если бы в течение последних трех веков Церковь действовала так же свободно, как сегодня, не согласуя ни с властями, ни с общественными силами принятие кадровых решений, внесение изменений в свою структуру, создание церковных учреждений, то, наверное, не было бы и тех трагедий, через которые прошел наш народ.

Мы иногда идеализируем дореволюционное прошлое, концентрируя нашу критику только на советском времени. Но его бы не было, если бы не тяжелейшие ошибки предыдущих столетий, главная из которых — лишение Церкви возможности свободно обращаться к своему народу, равно как и возможности находиться в диалоге с властью.

Церковь нуждается в свободе — свободе принятия решений — именно для того, чтобы сохранять свой духовный потенциал, помогать и власти, и народу выходить из кризисных ситуаций.

Сегодня мы имеем великое счастье жить в стране, где Церковь обладает полной свободой".

http://www.patriarchia.ru/db/text/4288371.html

Если заменить слово Церковь на слово Патриарх, то с этим, пожалуй можно согласиться. Да, его власть абсолютна и абсолютно бесконтрольна.

Но если Церковь это сообщество многих и разных людей, то тут неизбежен вопрос: а насколько свободен их, внутри-церковный диалог?

Вот, например, те монахи, что слушали эту речь Святейшего, имели право задать ему вопросы или тем более в чем-то подискутировать с ним?

В чем свобода духовенства и мирян тех епархий, куда им из Москвы присылают непрошеных незнакомцев качестве "смотрящих"?

В чем свобода духовенства и мирян тех епархий (Ульяновск, Костомукша...), которым патриарх присылает в качестве сверх-отцов людей со скандальной и порочной репутацией?

В чем свобода церковной Белоруссии, которой иностранца, ни дня в ней ранее не жившего, назначили в митрополиты?

Свободно ли епископы восприняли дробление своих епархий на кусочки?

С восторгом ли Академии согласились на ломание своих учебных планов и традиций ради принятия полюбившейся Патриарху "болонской системы" бакалавра-магистра?

Свободна ли Церковь, от которой прячут проекты решения близ есть, при дверех стоящего всеправославного Собора?

Свободна ли Церковь, если ей навязали Чаплина в качестве ее спикера?

Молчит Русь, не дает ответа...
Сегодня в своей передаче "Церковь и время" м. Иларион решил озвучить вопрос о мнении А. И. Осипова о всеобщем спасении.

Это не прямой эфир. Не звонок в эфир или студию. Ведущий сам отбирает вопрос, сам зачитывает его и сам на него отвечает.

И отвечает не кто-нибудь, а автор книги "Христос - победитель ада", которая подводит читателя к мысли об апокатастасисе и публикатор "второго тома" творений преп. Исаака Сирина, в котором содержится аналогичная мысль. Можно было бы ожидать определенной солидарности с заслуженным профессором Московской Академии.

Но ответ оказался совершенно иным: да, такие мнения у Отцов были, но Церковь на Пятом Вселенском соборе их отвергла. Учение об аде есть учение Христа.

Интересно, почему именно сейчас м. Иларион решил отречься от своих прежних взглядов? Причем не в виде фундаментального научного труда, а в виде полутораминутного ответа в телепередаче.

Это его забота о своем имидже и своем будущем? Старт его патриаршей компании? Его личное решение?
Или послушание и заказ от патриарха?

Это вопросы не богословские, а церковно-политические.


***

Из прежнего владыки Илариона:
Епископ Венский и Австрийский Иларион: "Эсхатология преподобного Исаака Сирина в свете православного Предания" http://www.reshma.nov.ru/texts/illarion_isaak_sirin_eshatologia.htm

"...В своем богословском поиске Исаак Сирин, безусловно, зашел дальше, чем это позволяет традиционная христианская догматика, и заглянул туда, куда доступ человеческому разуму закрыт. Но Исаак был не единственным, кто верил во всеобщее спасение – среди его предшественников, помимо упомянутых выше учителей Сирийской Церкви, был святитель Григорий Нисский, который говорил: «Наконец, после длинных периодов, зло исчезнет, и ничего не останется вне добра. Напротив, и теми, кто в преисподней, единогласно исповедано будет господство Христа» 115. Учение Григория Нисского о спасении всех людей и демонов, как известно, не было осуждено ни одним Вселенским или Поместным Собором. Напротив, VI Вселенский Собор включил имя Григория в число «святых и блаженных отцов», а VII Вселенский Собор назвал его «отцом отцов». Что же касается Константинопольского Собора 543 года и V Вселенского Собора, на которых был осужден оригенизм, то весьма показательно, что, хотя учение Григория Нисского о всеобщем спасении было хорошо известно Отцам обоих Соборов, его не отождествили с оригенизмом. Отцы Соборов сознавали, что существует еретическое понимание всеобщего спасения (оригенистический апокатастасис, «находящийся в связи» с идеей предсуществования душ), но существует и его православное понимание, основанное на 1 Кор. 15:24–28. Свою трактовку учения Григория Нисского о всеобщем спасении предложил преподобный Максим Исповедник. Из других древних Отцов Церкви идею всеобщего спасения, по-видимому, не исключал святитель Григорий Богослов, который, имплицитно ссылаясь на учение Григория Нисского об апокатастасисе, говорил о возможности толковать посмертное наказание грешников «более человеколюбиво и сообразно с достоинством Наказующего». В другом месте Григорий Богослов прямо говорит о том, что «Бог будет все во всем во время восстановления (апокатастасиса)… когда мы сделаемся всецело богоподобными, вмещающими всецелого Бога и только Его».


***
Забавно, но судя по интернету, я был единственным зрителем этой передачи.

Latest Month

August 2019
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Powered by LiveJournal.com