December 5th, 2019

Егор Жуков - своим (и нашим) судьям

Российское государство сегодня позиционирует себя как последний защитник традиционных ценностей. Много внимания уделяется институту семьи и патриотизму. А ключевой традиционной ценностью называют христианскую веру. Ваша честь, и мне кажется, может быть, что это даже хорошо, потому что христианская этика, действительно, включает в себя две ценности, которые мне близки. Во-первых, это ответственность. В основе христианства лежит история про человека, который решился взвалить страдания всего мира на свои плечи, история про человека, который взял на себя ответственность в максимально возможном смысле этого слова. По сути, центральная идея всей христианской религии - идея личной ответственности.

Во-вторых, любовь: "Возлюби ближнего твоего, как самого себя". Это главная фраза христианской религии. Любовь есть доверие, сострадание, гуманизм, взаимопомощь и забота. Общество, построенное на такой любви, есть общество сильное - пожалуй, наиболее сильное из всех в принципе возможных. Для того чтобы понять мотивы моей деятельности, достаточно всего лишь взглянуть на то, как нынешнее российское государство, гордо выставляющее себя защитником христианских ценностей, на самом деле их защищает.

Перед разговором об ответственности сперва надо ответить на вопрос, что из себя представляет этика ответственного человека, какие слова он произносит себе в течение жизни. Мне кажется, такие: "Помни, весь твой путь будет наполнен трудностями подчас невыносимыми, все твои близкие умрут, все твои планы нарушатся, тебя будут обманывать и бросать, и ты никуда не убежишь от смерти. Жизнь - это страдания. Смирись с этим. Но, смирившись с этим, смирившись с неизбежностью страдания, все равно взвали свой крест на плечи и следуй за своей мечтой. Потому что иначе все станет только хуже. Стань примером. Стань тем, на кого можно положиться. Не подчиняйся деспотам, борись за свободу тела и духа и строй страну, в которой твои дети смогут стать счастливыми".

Разве такому нас учат? Разве такую этику усваивают дети в школах? Разве таких героев мы чествуем? Нет. Существующая в стране обстановка уничтожает любые возможности для человеческого процветания. 10 процентов наиболее обеспеченных россиян сосредоточили в своих руках 90 процентов благосостояния страны. Среди них, конечно, есть весьма достойные граждане, но основная их часть, вернее, основная часть благосостояния, получена не честным трудом на благо людей, а банальной коррупцией.

Наше общество разделено на два уровня непроницаемым барьером. Все деньги сконцентрированы сверху, и их оттуда никто не отдаст. Снизу же, без преувеличения, осталась лишь безысходность. Понимая, что рассчитывать им не на что, что как бы они ни старались, ни себе, ни своей семье они принести счастья не смогут, русские мужчины либо вымещают всю злость на своих женах, либо спиваются, либо вешаются. Россия - первая страна в мире по количеству мужских самоубийств на 100 тысяч человек. В результате треть всех семей в России - это матери-одиночки с детьми. Потому так хочется спросить: традиционный институт семьи защищаем?

Мирон Федоров (рэпер Оксимирон), не раз приходивший на мои заседания, очень верно в свое время заметил: у нас алкоголь дешевле, чем учебники. Государство создает все условия для того, чтобы между ответственностью и безответственностью россиянин всегда выбирал второе.

А теперь про любовь. Любовь невозможна без доверия. А настоящее доверие зарождается во время совместной деятельности. Во-первых, совместная деятельность - редкое явление в стране, где не развита ответственность. Во-вторых, если совместная деятельность все-таки где-то проявляется, она тут же начинает восприниматься охранителями как угроза. И неважно, чем ты занимаешься - помогаешь ли заключенным, выступаешь ли за права человека, охраняешь ли природу. Рано или поздно тебя настигнет или статус "иностранного агента", либо тебя просто так закроют. Государство ясно дает понять: ребята, разбредитесь по своим норкам и друг с другом не взаимодействуйте. Собираться друг с другом больше двух на улице нельзя - посадим за митинг. Работать вместе по социально полезной повестке нельзя - дадим статус "иностранного агента". Откуда в такой среде взяться доверию и в итоге - любви? Не романтической, а гуманистической любви человека к человеку.

Единственная социальная политика, которую последовательно проводит российское государство, это разобщение. Так государство расчеловечивает нас в глазах друг друга; в его глазах мы уже давно расчеловечены. Как иначе объяснить такое варварское отношение к людям с его стороны? Отношение, которое каждый раз подчеркивается избиениями дубинками, пытками в колониях, игнорированием эпидемии ВИЧ, закрытием школ и больниц и так далее.

Давайте взглянем на себя в зеркало - кем мы стали, позволив сотворить с собой такое. Мы стали нацией, разучившейся брать на себя ответственность. Мы стали нацией, разучившейся любить.

Более двухсот лет назад Александр Радищев, проезжая между Петербургом и Москвой, писал: «Я взглянул окрест меня — душа моя страданиями человечества уязвлена стала. Обратил взоры мои во внутренность мою — и узрел, что бедствия человека происходят от человека». Где сегодня подобные люди? Люди, чья душа так же остро болит за происходящее в родном Отечестве. Почему их почти не осталось? А все дело в том, что на поверку оказывается, что единственный традиционный институт, который подлинно чтит и укрепляет нынешнее российское государство — это самодержавие. Самодержавие, которое норовит сломать жизнь любому, кто искренне хочет добра своей родине, кто не стесняется любить и брать на себя ответственность.

В результате гражданам нашей многострадальной пришлось выучить, что инициатива наказуема, что начальство всегда право просто потому, что оно начальство, что счастье здесь, может быть, и возможно, но только не для них. Выучив это, они начали постепенно исчезать. По статистике Росстата, Россия постепенно исчезает со средней скоростью минус 400 тысяч человек в год. За статистикой не видно людей - так увидьте же их. Это спивающиеся от бессилия, это замерзающие в непрогретых больницах, это убитые кем-то, это убитые самими собой люди - такие же, как мы с вами.

Наверное, к этому моменту мотивы моей деятельности стали ясны. Я действительно желаю видеть в своих гражданах два этих качества - ответственность и любовь. Ответственность за себя, за тех, кто рядом, за всю страну. Любовь к слабому, к ближнему, к человечеству. Это мое желание - еще одна причина, ваша честь, почему я не мог призывать к насилию. Насилие развязывает руки, ведет к безнаказанности, а значит, и к безответственности. Ровно так же насилие не ведет к любви.

И все же, несмотря на все преграды, я ни на секунду не сомневаюсь, что мое желание исполнится. Я смотрю вперед, за горизонт годов, и вижу Россию, наполненную ответственными и любящими людьми. Это будет по-настоящему счастливое место. Пусть каждый себе представит такую Россию. И пусть этот образ руководит вами и вашей деятельностью так же, как он руководит мной.

В заключение скажу следующее. Если сегодня суд все же примет решение, что эти слова сейчас произносит действительно опасный преступник, ближайшие годы моей жизни будут наполнены лишениями и невзгодами. Но я смотрю на ребят, с которыми меня свело "московское дело", - на Костю Котова, на Самариддина Раджабова - и вижу улыбки на их лицах. Леша Миняйло и Даня Конон в минуты нашего недолгого общения в СИЗО никогда не позволяли себе жаловаться на жизнь. Я постараюсь последовать их примеру. Я постараюсь радоваться тому, что мне выпал этот шанс - пройти испытание во имя близких мне ценностей. В конце концов, ваша честь, чем страшнее мое будущее, тем шире улыбка, с которой я смотрю в его сторону. Спасибо

Разговор с комсомольцами

Радио "Комсомольская правда", 2 декабря:

Е. Афонина:
- С вами ведущие программы «Национальный вопрос» Андрей Баранов и Елена Афонина. Сегодня мы пригласили в нашу студию протодиакона РПЦ Андрей Кураева.
В последнее время начали разворачиваться дискуссии вокруг преподавания основ религии. Глава Министерства образования и науки России Ольга Васильева пообещала, что таких уроков должно стать больше. Чтобы детям было не так тяжело учиться, она предложила убрать из программы второй иностранный язык. Изучение основ религии действительно необходимо изучать в школе?

А. Кураев:
- Я не претендую на то, что моя позиция будет объективной. Я заинтересованное лицо. Помимо очевидно конфессиональной ангажированности на мою позицию, наверное, влияет еще и то, что именно я автор учебника по основам православной культуры для четвертого класса. Это не единственный учебник. На самом деле их существует пара десятков. И школа имеет право выбрать, с каким учебником работать. Но мой издательство «Просвещение» издает уже десять лет. Поскольку это частичка моего труда и моей жизни, я стараюсь держать руку на пульсе и беседую с педагогами. Позицию слышу одну: мало уроков. Дети хотели бы продолжения разговора. Четвероклашки, когда оканчивают начальную школу, хотели бы продолжения разговора.

Но с самого начала я полагал, что уместно было бы сделать этот курс спиральным. По одному году в каждой школе – начальной, средней, старшей. Четвертый, седьмой и десятый классы, скажем. По мере взросления детей у них копятся свои вопросы, ассоциации, проблемы. И об этом надо говорить. В школе моей мечты это разговоры не на тему Библии, а на тему жизни самих ребят. С привлечением иногда материала из Библии или истории религии, из истории церкви и так далее.

У ребят в школе есть свои проблемы. В начальной школе – ябеды, зависть. А потом они усложняются, любовь приходит и прочее. В старших классах – поиск самоидентичности. Кто я, что мне делать с моими недостатками. Кому-то кажется, у меня нос неправильный. А у кого-то серьезные хронические болезни. А кто-то не отличник. И что, повеситься из-за этого, что ли? У кого-то семья неполная. Как это пережить? И здесь религия может оказать свою помощью. Еще темы: Подростковый суицид, например. Смысл жизни и смысл смерти. Цена смерти и цена жизни. По сути, это выход на религиозные вопросы. Что может быть выше человеческой жизни?

Тут есть о чем говорить. Надо рассказывать детям не о том, как Содом поругался со своею Гоморрою. Не то, что детям и даже педагогам будет казаться просто древнееврейскими сказками, которые они почему-то должны предпочитать древнегреческим. А просто из Библии брать материал для разговора о реальной жизни этих самых детей.

А. Баранов:
- Кто будет детям об этом рассказывать? Православный священник, мулла, иудей? Или это будет светский ученый, учитель?

А. Кураев:
- Уже есть десятилетняя практика. Когда речь идет не о факультативе, не о том, чтобы дети остались после урока. Тогда и священник может прийти, и мулла, и кто угодно. По приглашению классного руководителя и с согласия родителей. Можете боксера пригласить, а можете священника. Ваш выбор. Кстати, учитель спрашивает в классе: «Дети, скажите, у вас есть в семье какие-то принципы? Как вас учат жить?» И мальчик говорит: «Вы знаете, а мне папа говорит, что лучше давать, чем принимать». – «Да ты что, это же слова Священного Писания. У тебя папа – священник?» - «Нет, боксер».

Но курс ОПК не факультатив. Он входит в Федеральный образовательный стандарт, в программу. при этом только в четвертом классе – 32 урока. И выбор в рамках этого курса не между актером, боксеров и священником. Есть шесть модулей. Основы исламской культуры, православной, буддистской, иудейской. Или просто светская этика. Или коктейль – понемножку о мировых религиях. Родители имеют право выбрать. Каждый учитель четвертого класса в школе моей мечты обязан уметь вести любой из шести модулей, независимо от личной религиозности педагога. Педагог лично может любить Достоевского и ненавидеть Толстого. Или наоборот. Бердяев говорил, что все русские интеллигенты делятся на три группы. Те, кто любит Достоевского, те, кто любит Толстого, и те, кто никого не любит.

Ты можешь любить Есенина и ненавидеть Маяковского. Но когда ты литератор и доходишь до преподавания уроков по Маяковскому, ты должен влюбить свой класс и в Маяковского тоже.

А. Баранов:
- У нас страна многонациональная. Я не представляю, чтобы в Чечне или Дагестане другой модуль, кроме исламского, восторжествует.

Е. Афонина:
- Из регионов приходят сведения о том, что чуть ли не на уровне губернатора идет продавливание курса православного.

А. Кураев:
- Я пока говорю о школе моей мечты. Но реалии разнообразных российских регионов бывают всякими. Субъектом выбора является семья, а не класс, не педагог, не школа и не гороно.

Е. Афонина:
- Проект запущен с 2012 года. Семь лет прошло. Для чего нужен был курс?

А. Кураев:
- Курс не был направлен на увеличение числа прихожан. Такая цель мною точно не ставилась.

А. Баранов:
- Тогда на что?

А. Кураев:
- Главная цель этого курса – чтобы ни до меня, ни до вас не доходили сведения о школьных драках на религиозной основе. Чтобы дети, пока они еще котята, узнали о том, что люди делятся не только на мальчиков и девочек, до появления подростковой агрессивности. Мы разные. Бывают брюнеты, бывают блондины. Бывают мусульмане, бывают христиане. И это не повод для драки.

Е. Афонина:
- Удалось ли реализовать эту цель?

А. Кураев:
- Подростковую агрессию снизить почти невозможно. Канализировать можно. Нужно, чтобы она не выплескивалась по религиозным поводам.

Е. Афонина:
- На связи со студией заслуженный учитель России, доктор педагогических наук, действительный член Российской академии образования Евгений Ямбург. Удалось добиться чего-то положительного в поведении учеников, в их оценке мира, самих себя, своих близких?

Е. Ямбург:
- Я с отцом Андреем Кураевым знаком давно. У нас есть общие позиции, есть разногласия. Но я не могу сказать, что это было хорошее решение. В многонациональной и поликонфессиональной стране школа должна оставаться светской. Но быть светской – не означает быть агрессивно атеистической. Для меня и ислам, и христианство, и иудаизм – это разные команды альпинистов, которые поднимаются на одну и ту же высоту. И здесь важно подчеркнуть не то, что разъединяет нас, а то, что нас объединяет. И в этой ситуации я глубоко убежден, что христианский ребенок должен знать, что ислам в переводе – это смирение. И что джихад – это не уничтожение людей, а греха в себе. И что есть сура Мухаммеда, которая говорит, что пусть все религии соревнуются в добре. С другой стороны, исламский ребенок должен понимать, что очень много общего в хорошем добром классическом исламе с Новым Заветом, с Евангелием.

Я убежден, что то, что мы разогнали детей по разным конфессиональным квартирам, здесь больше опасности, чем положительного. В таком возрасте дети не выбирают самостоятельно, выбирают родители. И в этой ситуации это политическое решение. Вместе с тем, я имел счастье видеть, как работали с детьми отец Александр Мень, отец Григорий Чистяков. Они никогда не путали лекцию и проповедь. Будучи очень серьезными учеными, они не утверждали, что дарвинизм – это полная гадость, потому что есть неодарвинизм. И здесь надо понимать то, что очень хорошо выразила великолепная религиозная поэтесса Зинаида Миркина, жена философа Померанца:

Качнулся лист сырого клёна
И тихо дождь зашелестел.
Душа живёт иным законом,
Обратным всем законам тел.

Религия – это про душу. А законы тел – это наука. И никто не бегает по потолку. Вот это смешивать не надо. И в этой ситуации мы пытаемся сгладить эти вещи. У меня в школе 22 национальности. И чеченцы, и дагестанцы, и евреи, и татары. Там разные традиции. Но это не означает, что они должны друг другу противостоять. Собираем через какое-то время этих ребят из разных конфессий, и они друг другу рассказывают про свои религии. Но это решение было политическое и, на мой взгляд, совершенно неверное.

Есть люди – администраторы, кстати, к ним относятся… я никогда не путаю Патриархию и приходских священников, с которыми у меня со многими просто идеальные отношения. Это умные люди. Но там почти военная дисциплина. И в этой ситуации, когда из одного из регионов ко мне привозят девочку, не буду называть регион, они эмигрировали и специально здесь прописались, я спросил: а что случилось? Там ввели православие. А что ж тут плохого? Разговариваю с девочкой. Какое счастье, что мы православные. Но вы не представляете, как я ненавижу католиков. А чего они тебе сделали? Вы не понимаете, они молятся Примадонне. Я говорю: деточка, Примадонна – это Алла Борисовна Пугачева. А они молятся Деве Марии, православной Матери Божией. Это одна и та же женщина. Ей уже успели отравить голову ненавистью к братской конфессии.

А. Баранов:
- Это зависит от преподавателя.

А. Кураев:
- Наш с Евгением Александровичем диалог длится не одно десятилетие. Мне жалко, что он застрял в 90-х годах и не видит того, что происходит реально в этой тематике. Он прав, решение о появлении этого курса – решение политическое. Это опровергает второй тезис, что школа должна оставаться светской. Школа в России остается светской и оставалась бы такой, даже если бы там преподавали Закон Божий с первого по одиннадцатый классы. Слово «светский» означает «антиклерикальный». То есть проект, который управляется не попами, а людьми в пиджаках. У этих людей могут быть убеждения в том числе религиозные. Но они финансируются не за церковные деньги и управляются не церковной иерархией, поэтому это светский проект.

Если решение политическое, значит, принималось оно не в Патриархии, а на уровне президента и премьер-министра. А тогда это были те же лица, но в другом порядке. Решение принималось в 2008 году. Политика состояла вот в чем. Главный модуль из шести – основы исламской культуры. Важно добиться того, что потом назвали импортозамещением, спустя несколько лет, после крымской истории. Чтобы детям российских мусульман об их вере рассказывали не гастарбайтеры из Афганистана или Саудовской Аравии, а чтобы мы, государственная школа, успела бы рассказать им о том, что ваша вера не учит вас ненавидеть.

А. Баранов:
- Успели за это время?

А. Кураев:
- В то, что мы с вами беседуем в более-менее мирной Москве, может быть, этот проект тоже свою копеечку внес. Выплесков агрессии в связи с этим курсом не было. Яростными противниками этого курса являются российские имамы – лидеры мусульманского мира. Их позиция такова: своим детям мы и сами расскажем, что такое наша вера. Дайте нам шанс рассказать русским детям хоть немножко об исламе. Хотя бы в рамках курса мировых религий.

А. Баранов:
- В логике им не откажешь.

А. Кураев:
- Да. Государство по своим политическим соображениям не спешит давать им в этом карт-бланш.

А. Баранов:
- И как эту коллизию решать?

Е. Ямбург:
- Такая амбивалентная история. С некоторыми тезисами я согласен, а с некоторыми – категорически не согласен. Я не застрял в 90-х годах. Я стою у учительского стола с 90-х и по сегодняшний день. Отец Андрей прав, что нельзя вульгаризировать в политических целях ни одну конфессию. И это может сделать только очень хорошо подготовленный преподаватель, который знает психологию детей.

На деле вот что происходит. Существует еще администрация. Если в одном регионе дается негласная установка загнать в курс православия 85 % детей, причем там живут и мусульмане, - это вызывает агрессию. А в другом регионе, наоборот, загнать в исламский. Это недопустимо. Быть светской – не означает быть агрессивно-атеистической.

Е. Афонина:
- Что ученикам эти курсы дают?

Е. Ямбург:
- История и педагогика – провод многожильный. Ни одна из этих жил не отвечает решению всех вопросов. Школа стоит не на Луне. Агрессии кругом столько. Все, что связано с буллингом, с травлей, с детскими самоубийствами, - это не то что американцы или кто-то специально сделал. Это в нас самих. Посмотрите СМИ, мы везде ищем врагов. А эти враги становятся козлами отпущения. Укры, америкосы, либерасты – враги. Идет взаимное оскорбление. Дети этого не слышат, что ли? Здесь есть масса причин. Школа – не единственный актор, который формирует доброту.

Мне повезло в жизни, я очень дружил с Померанцом. Он говорил, что двадцать первый век будет веком Духа Святого. Он не был обскурантом, но прекрасно понимал, что здесь религиозное прозрение … значит не меньше, чем в научной. Логика двадцать первого века будет диалогикой. Сочетанием позитивистских научных знаний и глубоких религиозных прозрений. Для того, чтобы так работать, нужна огромная культура педагогов.

Е. Афонина:
- Не так давно представители научной общественности и православной церкви заявили о том, что должны объединить усилия для совместной работы по идеологическому воспитанию общества и молодежи. Глава Российской академии наук Александр Сергеев сказал, что эта мера необходима в деле реализации нацпроекта «Демография», который ставит задачей увеличение к 2024 году продолжительности жизни до 78 лет, к 2030 году – до 80 лет. Мы начинаем со школы и того, как преподаются основы религии.

А. Баранов:
- Очень большое значение имеют преподавательские кадры. Кто готовит этих людей? Чтобы они могли беспристрастно, интересно, с одинаковым отношением внешне рассказать и о православии, и об исламе, и об иудаизме, и о буддизме? И об атеизме, который присутствует очень зримо в жизни многих цивилизаций. Кто-то готовит специально эти кадры?

А. Кураев:
- Евгений Александрович упомянул имена замечательных священников-педагогов – отца Александра Меня, отца Георгия Чистякова. Я думаю, что он упомянул их совершенно не к месту. Смысл этого проекта в том, что не представители конфессий идут в школу на эти уроки. Не священники, а обычные школьные учителя должны быть готовы вести эти уроки. Таких педагогов должны готовить педагогические университеты.

А. Баранов:
- Сейчас есть такие специальности?

А. Кураев:
- Я опять говорю о школе моей мечты. Мне когда-то мечталось так. Когда Патриарх мне сказал, что надо этой темой заняться, я полагал, что у меня есть лет десять в резерве. Иначе эту проблему решить нельзя. В нашем наследии в России есть уникальная страничка нашей культуры. У нас удивительным образом в советские годы развивался именно культурологический подход к изучению религий и разговору о них. Это было следствием запрета на богословие и религиозную философию. Но это великие имена. Алексей Федорович Лосев, Арон Яковлевич Гуревич, Сергей Сергеевич Аверинцев, Юрий Михайлович Лотман, Александр Панченко и так далее. Имена высшего академического разбора. Они великолепно умели об этом размышлять, не переходя на религиозную пропаганду.

И тогда доходило до смешного. Аверинцев в своих книгах, если он цитировал книги Библии, он ссылки ставил по латыни. Советский цензор не мог понять, что это Io - это Евангелие от Иоанна. Поэтому пропускал. Поскольку традиция высокой науки уже была, можно было бы от нее перебросить мостик в высшую педагогику – вузовскую. В этой интонации начать разговаривать со студентами. А потом готовить студентов, которые смогут этот же метод перенести в школу.

Я же педагогам говорил так: каждый урок ведите так, как если бы вы рассказывали о православии в азербайджанской школе в Баку. Или есвли бы весь ваш класс состоял бы из детей азербайджанских гастарбайтеров в Москве. Речь педагога должна быть инклюзивной. Если ты говоришь «мы», с твоим «мы» должны согласиться все дети, независимо от их национальности, состояния здоровья, отношения к религии и так далее. Не имеет права педагог, даже на уроке основ православной культуры, сказать «мы – православные». Или «Господь заповедал нам».

Научить этой интонации, этой аналитике должны наши университеты. Увы, сейчас на аверинцевы, а попы учат училок, как рассказать о нашем Господе.

Е. Афонина:
- Протоиерей Дмитрий Смирнов сказал: «Дело школы – подготовить человека к жизни. Главная тема – геометрия или география? Нет, это все хорошие предметы, но они не главные. Главное, чтобы мальчик вырос отцом, а девочка выросла матерью. Поэтому на священниках лежит задача, чтобы каждый рожденный русский мальчонка превращался в воина и отца большого семейства". Родители говоря: а мы не хотим растить воина. А кто-то скажет: а мы не хотим, чтобы была большая семья.

А. Кураев:
- К сожалению, отец Дмитрий Смирнов давно стал фабрикой не то что фейков, но просто скандальных заявлений, которые просто неинтересно разбирать. А вот то, что сказал человек из Академии наук, что церковь должна участвовать в создании идеологии и так далее, это страшно. Тут я, как убежденный марксист, скажу: это возмутительно. В терминологии Маркса идеология – это синоним ложного воззрения. В постмарксистской современной политической философии идеология – это способ промывки мозгов. Это манипулятивные технологии. И обэтом даже в советских вузах рассказывали.

Когда сегодня звучат голоса о том, что нам нужна новая идеология, во-первых, конституция России это прямо запрещает. Никакая идеология не может быть объявлена в качестве государственной.

А. Баранов:
- Говорят, что это значительное упущение. Нет национальной идеи.

А. Кураев:
- И уж тем более нельзя церковь к этому привлекать. Ибо это означает признание, что работа цекровников и в самом деле сосьтоит в создании мифов, которые полезны для того или иного правительства, чтобы удачнее поставлять пушечное мясо и налогоплательщиков, послушных этому правительству, и вообще люди – вторая нефть, - к этому сейчас, по сути, все сводится. Увы, ныне церковные риторы поддерживают именно такое юзание самой идеи христианской веры и жизни. Но нигде Христос не говорит апостолам: идите и воспитайте из мальчиков воинов, которые высоко пронесут стяги нашей империи. И после этого мы всю Африку и Азию покорим под знаком моего креста. Нет такого нигде. Это ужасная профанация.

А. Баранов:
- Но ведь говорится о том, что патриотизм – чем не идеология?

А. Кураев:
- Мне это тоже не нравится. Если государство начинает называть себя Родиной, значит, оно хочет принести тебя в жертву. И сегодня, к сожалению, естественные человеческие чувства становятся предметом циничных манипуляций.

А. Баранов:
- Когда я рос, для меня Родина, которую приучили сызмальства писать с большой буквы, ни тогда не нужно было убеждать меня в том, что это моя Родина, за которую я буду сражаться до конца, как умею, ни сейчас тем более, когда я прожил…

А. Кураев:
- Сражаться за свою Родину – значит, сражаться и против манипуляторов.

Е. Афонина:
- В советское время никаких основ религии не существовало. Дети превосходно понимали, что такое хорошо, что такое плохо, что нужно делать, чего делать нельзя. И того беспредела, который сейчас есть в школах, не было. Такого уровня агрессии, ненависти друг к другу. И того, что каждый день мы обсуждаем и в новостях. Можно это притормозить?

А. Кураев:
- Вернемся к идее преподавания основ религиозной культуры детям. Шесть модулей. Эти учебники построены по принципу морального экуменизма. То есть представления о добре и зле одинаковые во всех шести вариантах. Есть лекарство, оно состоит из трех частей. Первое – лечащий компонент. Второе – оболочка. И третье – средство доставки. Лекарства в этих учебниках одинаково понимают добро и зло. Но как это донести до детей? Любое воспитание – это примеры, герои, антигерои и авторитетные учителя. Если оказывается, что в одной семье для одного ребенка авторитетен Лев Николаевич Толстой, а в соседней семье авторитетен Иисус Христос, а в третьей – пророк Магомед, та хорошо, пусть семья скажет: вы это лекарство донесите до моего ребенка вот в такой упаковке. В этом смысл курса.

А. Баранов:
Как правило, в семьях говорят: да не слушай ты их там, слушай, что я тебе говорю. И живи так, как надо.

А. Кураев:
- Тем более тогда задача школы – расширить кругозор этого ребенка, чтобы он не только телеящик своего папы видел. И слышал не только сплетни своей мамы. И хотя твои родители давно уже ничего не перечитывают, ни Достоевского, ни Толстого, но в школе давай мы с тобой это сделаем. Педагогика – это всегда понуждение.

Е. Афонина:
- А кого растит-то будем? Воинов или еще кого-то?

А. Кураев:
- Меня уже не спросят. К сожалению, общий курс ясен: шагом марш, с Калашниковым, с детского сада. Идет жуткая милитаризация всей системы воспитания. Как и информационного пространства. И это меня очень пугает.

Е. Афонина: Спасибо

https://radiokp.ru/obschestvo/kuraev-na-urokakh-pravoslaviya-ne-nado-rasskazyvat-kak-sodom-porugalsya-so-svoeyu-gomorroyu_nid6000_au414au66


https://www.youtube.com/watch?v=FYz3qq5MET4

(после чего ведущий начал учить меня родину любить. Вы понимаете, что все ополчились на Россию?! Америка хочет нас завоевать! Или Гитлер или Сталин, или Путин, или Трамп!"

Кто и как хоронит церковь в 21 веке

Нет, не коммунисты, не сектанты и не масоны

А попы и епископы, покрывающие их "слабости"

***
Католические священники в Аргентине получили тюремные сроки до 45 лет за педофилию
Ранее жертвы заявили, что не нашли поддержки, правды и справедливости в церкви



БУЭНОС-АЙРЕС. Католические священники в Аргентине получили тюремные сроки до 45 лет за педофилию, а их жертвы в ходе суда заявили, что не нашли поддержки, правды и справедливости в церкви, сообщает theguardian.

Суд в Аргентине осудил двух римско-католических священников и бывшего садовника церковной школы для глухих по 28 пунктам обвинений в сексуальном насилии и развращении несовершеннолетних. Судебное разбирательство стало серьезным шоком для католической церкви на родине папы Франциска. Коллегия из трех судей в городе Мендоса приговорила Никола Корради (Nicola Corradi) к 42 годам и Горацио Корбахо (Horacio Corbacho) к 45 годам за жестокое обращение с детьми в школе для глухих и слабослышащих детей им. Антонио Проволо в муниципалитете Лухан-де-Куйо, на северо-западе Аргентины. Корради, 83-летний итальянец, и Корбахо, 59-летний аргентинец, были арестованы в 2016 году. Суд также приговорил садовника Армандо Гомеса (Armando Gómez) к 18 годам тюремного заключения, с возможностью обжалования приговора.

Судьи признали обвиняемых виновными в 20 случаях насилия, в том числе изнасилований, свершенных в период с 2005 по 2016 год. Суд заслушал показания 10 жертв из числа несовершеннолетних на тот период бывших учеников. После вынесения приговора несколько глухих жертв выразили свою радость в коридоре здания суда, прыгая и хлопая в ладоши над головой, и обнимая прокуроров, участвовавших в расследовании и разборе их дел. «Я счастлива, большое спасибо за ваше участие в сражении за нас, за вашу добрую помощь ... Торжество справедливости изменило мою жизнь, в ней появилась надежда на лучшее» – сказала Ванина Гарай, 26 лет.

Судебное разбирательство шокировало аргентинцев – в особенности тот факт, что Корради ранее уже обвинялся в подобных преступлениях в такой же школе для глухих им. Антонио Проволо в Вероне (Италия), но сумел избежать ответственности. Многих возмущает, что в Ватикане знали о наклонностях Корради с 2009 года, когда итальянские ученики школы Проволо предали гласности факты жестокого обращения наставников, не скрывая обстоятельств, подробностей и имен. Ватикан приказал тогда провести расследование и наложил взыскания на четырех священников, но Корради, насколько известно, избежал наказаний и взысканий во время своей службы в Италии.

Обвиняемые настаивали на своей невиновности и отказались от дачи показания в суде до вынесения вердикта. Все они во время заседаний выглядели мрачными и безмолвными, а Корради появлялся на заседаниях в инвалидной коляске с прикованным к земле взглядом. В своем заявлении архиепископство Мендосы подтвердило свою «солидарность и поддержку жертвам и их близким» и пообещало «сделать все возможное, чтобы подобные преступления не повторились впредь».

Жертвы подчеркнули в суде, что не нашли поддержки, правды и справедливости в местной церкви и Ватикане, которые оставались глухи к их жалобам, а потому вынуждены были обратиться в суд. «В аргентинском суде травмированные дети школы Проволо сумели найти ту справедливость, в которой отказала им католическая церковь – отметила в интервью службе Associated Press Энн Барретт Дойл (Anne Barrett Doyle), соучредитель сетевой базы данных BishopAccountability.org.

«Преступления в школе Проволо вызывают двойной ужас – как из-за мучений глухих детей, так и из-за беспомощности церкви, не способной или не желающей предотвратить эти мучения, – указала Дойл. – Мы надеемся, что прокуроры вскоре возбудят уголовные дела по фактам бездействия архиепископов и других деятелей церкви, которые знали или должны были знать, что школой руководит педофил и растлитель детей». Дойл подчеркнула, что «папе следует принять на себя ответственность за невообразимые мучения этих детей, поскольку он игнорировал неоднократные сигналы о том, что Корради творит в Аргентине».

Папа Франциск по сей день ни разу не высказался по этому делу, хотя в 2017 году Ватикан направил двух аргентинских священников для расследования событий в Мендосе. Бывшие ученики школы, юноши и девушки, свидетельствовали, что священники постоянно прикасались к ним, время от времени насиловали их в общежитиях и туалетах, вынуждали смотреть на порнографические изображения и запугивали, принуждая к молчанию. Следователи нашли жалобы родителей, оставшиеся без ответа, фотографии обнаженной девушки на компьютере Корбахо, а также цепи, которые он использовал для издевательств над одной из девушек.

Многие в Аргентине задаются вопросом, почему папа Франциск хотя бы не отстранил Корради от руководства школой глухих в Мендосе, когда получил информацию о выдвинутых обвинениях.

Имя Корради впервые появилось в прессе еще в 2009 году, когда 67 человек подали жалобы о том, что во время учебы в школе глухих в Вероне подверглись насилиям со стороны 24 священников, мирян и послушников, и предупреждали о том, что Корради перевели на должность наставника такой же школы в Аргентине.

http://www.sedmitza.ru/text/9405480.html

По улицам кого водили? Сына египетского бога Онубиса (бар-онубис)



Чтоб втроем (вчетвером?) нести мантию одного преемникаапостолов - такого я еще не видел.

Напомню,что мантия архиерея - это просто монашеская мантия, то есть дорожный плащ странника. Его надо СНИМАТЬ при входе в храм, а не надевать. А можно без всяких понтов просто оставлять пальтишко в машине.

Реконструкторы не унимаются.


https://www.youtube.com/watch?v=PzCiUTeUi_4

***

про связь Варсонофия с Онубисом тут
https://diak-kuraev.livejournal.com/1354055.html

Как поссорились Доцент с Профессором

Сказ о том, как поссорились доцент архимандрит Августин Никитин с профессором протоиереем Георгием Митрофановым, облетел избранные сайты интернета.

Видео Рождественских Чтений с эскападой Доцента:
https://cloud.mail.ru/stock/cj7H2P4pQXi2iGdzKxM21ffX

Региональные Рождественские Чтения - 2020. Время - первый день Рождественского поста. Место действия - Петергоф. Титул епископа Петергофского носит ректор Спб Академии Силуан. Вид со спины на него, сидящего в первом ряду, есть в ролике.

Волей патриарха Кирилла церковно-педагогической общественности про Рождество Христово велено забыть, и РОЖДЕСТВЕНСКИЕ чтения по всей стране посвятить победе атеистической армии (то есть армии, командный состав которой по должности и убеждениям отстаивал атеизм) над армиями, в которых было христианские капелланы (в в румынской королевской армии- православные капелланы).

Вот типовое словоизвержение на заданную тему:

"Страна попранного Православия потерпела сокрушительное поражение в Первой мировой войне, уменьшилась в размерах, покрылась сетью концлагерей. На духовно обессиленный СССР напала, в полной уверенности своего превосходства, фашистская тьма. Фашистский Рейх был олицетворением неоязыческих мировых оккультных сил. Казалось, грядет неотвратимое наказание за отступление народа России от Бога, за клятвопреступление перед царем Николаем II и легковерность; правительство оставило Москву. Но Святая Русь, Церковь Небесная и земная пришли на помощь, и помогли своему Отечеству его великие святые, и люди вспомнили о Боге, у народа появилась вера в победу, и одумались власти, и взмолились военачальники. А началось это невероятное преображение тогда, когда Сталин осознал, что без Божией помощи, без святых заступников Земли Русской, без всенародной молитвы — невиданного по силе врага не победить. Можно говорить о многих видах патриотической деятельности Русской Православной Церкви. Прежде всего, это богослужебная и проповедническая деятельность, зачастую в прифронтовой полосе и под вражеским обстрелом. В решающие моменты Сталинградской битвы митрополит Киевский и Галицкий Николай (Ярушевич) служил молебны перед Казанской иконой Божией Матери»
(Митрополит Петрозаводский и Карельский Константин (Горянов). Из выступления на открытии регионального этапа XXVIII международных Рождественских чтений http://eparhia.karelia.ru/news2019.11.26_1574772531).


(Так мы узнали, что православие было попрано в царской России, а с митрополитом Николаем, находившемся в 1942-43 годах по большей части в Ульяновске, Сталин согласовывал "решающие моменты Сталинградской битвы" и подключал его молитвы в качестве решающего резерва Главного командования. Учитывая, что прорыв произошел на румынском участке фронта, выходит, что соревнование в молитвах православные румыны-фронтовики проиграли тыловому русскому митрополиту-чекисту).


Вот и доклад архим. Августина был заявлен на тему "Великая Победа: наследники. Клеветникам России". То есть разговора о Христе заведомо не предполагалось. Но и рассказу о прошловековой войне он предпочел публичное объявление войны своему коллеге и современнику.

В зале сидят школьные учительницы, согнанные на это мероприятие. Им, конечно, было очень назидательно услышать, как один священник поливает грязью другого.

Я не буду обсуждать изгибы власовской судьбы. Как внук двух фронтовиков я не готов принять даже рациональные и "духовные" апологии его выбора. Но все же помню, что значимая часть нашей РПЦ считает Власова своим героем (см. https://diak-kuraev.livejournal.com/34423.html).

Вот тут в трапезной одного из храмов РПЦЗ ММ на стене портрет Власова рядом с портретами русских полководцев


(именно тут я познакомился с хоккеистом Дацюком)

У этих "возлюбленных сослужителей" нашего патриарха тоже "гнилая сущность"?

Но мне не нравится, когда внутри академической преподавательской корпорации начинают разбирать действия ее члена, совершаемые вне его собственно академических лекций. Ну, как когда-то совет МДА выгонял меня из Академии не за мои лекции и книги, а за "деятельность в блогосфере". Или как проф. Зубова изгоняли из МГИМО вовсе не за то, что рассказывал о религии Древнего Египта.

Мне не нравится, когда преподаватели одной школы ругают друг друга не в рамках кафедральных прений, а публично.

Тем более считаю нарушением как обычной этики, так и корпоративной, тот псогос, что устроил Доцент (за свою долгую академическую жизнь не создавшего ни одной книгам по церковной истории, не знающий древних языков, и, как кажется, всерьез ни одного нового, и удивляющийся, отчего это его предпочли другим специалистам).

Нашлись и тонкие ценители этого дерьма:

"Александр Пелин
Красиво и справедливо о так называемой «пятой колонне» в Церкви. Совершенно согласен - есть, есть среди нас волки в овечьих шкурах. Кстати, в ютубу канале это видео теперь редкость - постарались сотрудники «либеральной православной церкви»! Но все же, сохранилось эта видеозапись, где архимандрит Августин (Никитин) вскрывает гнилую сущность протоиерея Георгия Митрофанова... "
https://www.facebook.com/cpmm.ru/posts/2858659730830965

Если это просто личный конфликт Доцента и Профессора - то что мне встревать в него?

Меня волнует спина Ректора, колышущаяся от аплодисментов. Ректор в СПбДА новенький. Может, этот выпад Августина вовсе не "срыв", а декларация нового курса на торжество церковного сталинизма? Тогда следует ждать возвращения в Академию диакона Василика. И исхода оттуда нормальных ученых.

И паки станет питерская Академия обычным ПТУ для западенцев и африканцев - как в те времена, когда ее ректором был архиепископ Кирилл (Гундяев).


***

Комментарий Сергей Чапнина:

Центральной фигурой в этом конфликте является не о. Георгий (который пока молчит), и не о. Августин (который наговорил уже достаточно), а новый ректор СПбДА епископ Силуан. Оба священника его преподаватели. Это конфликт внутри «корпорации», которой он руководит и за которую отвечает перед патриархом. Епископ Силуан явно недооценил выплеснувшийся в публичное пространство конфликт. Видимо он считает, что своей епископской властью (где увещанием, а где и угрозой) он может заставить всех замолчать. Тем более, что ему удалось быстро удалить скандальное видео из сети и потребовать от всех участников и свидетелей полного молчания. Если нет комментариев, то нет и проблемы.
Что на самом деле хочет ректор СПбДА епископ Силуан (Никитин)? Здесь возможны три варианта:
Первый вариант. Он искренне хочет примирения сторон и готов приложить к этому максимум усилий. Это значит, что оба – и о. А. Никитин, и о. Г. Митрофанов – останутся преподавателями СПбДА.
Почему это вариант плохой? Он ясно показывает семинаристам, что публичные доносы на собрата-священника стали в РПЦ нормой. За это не наказывают. Более того, если преподаватели являются для семинаристов примером, то пример архимандрита-доносчика – это тоже пример для подражания. Я уверен, что многие семинаристы сделают «правильный» вывод: доносы в Церкви не наказуемы. И потом пойди и докажи, что это не так. Они видели это своими глазами.
Второй вариант. Епископ Силуан хочет воспользоваться ситуацией и удалить из СПбДА прот. Георгия Митрофанова. Однако своими руками он делать это не хочет, понимая, что репутационные риски для него лично будут слишком высоки. И здесь донос архим. Августина приходится как нельзя кстати. Сочинить повод для увольнения о. Георгия будет гораздо проще. И не имеет значения, что он будет шит белыми нитками. Всё свалят на о. Августина, который лишь пешка в большой игре.
Почему это вариант тоже плохой? Во-первых, потому же, почему и первый. Это подтверждение, что доносы в РПЦ не наказуемы и их вполне можно использовать для достижения своих целей. Во-вторых, увольнение о. Георгия – это удар по духовной академии. Сегодня для о. Георгия как заведующего кафедрой церковной истории адекватной замены нет. Ослабить и даже разрушить академию легко, а для того, что сохранить ее сильной, епископу Силуану придется приложить много усилий. Но никто не поверит в добрые намерения Силуана, если он начнет с изгнания из академии самых сильных и авторитетных преподавателей.
Наконец, третий вариант. Подозреваю, что для епископа Силуана он будет самый сложный. Ему необходимо признать, что публичные доносы для пастыря и преподавателя духовной академии категорически недопустимы. Для этого ректор должен совершить соответствующий (мужественный) поступок – уволить архим. Августина и не затягивать с этим. Конечно, лучше сказать прямо, почему. Но если ему это сложно, можно и промолчать. Все поймут.

Посмотрим, какой вариант будет выбран.