September 7th, 2020

Как же они себя любят!



Это Храм Христа Спасителя, у входа в "Зал заседаний Высшего Церковного Совета".

Фото 2018 года.

И с каждой кадровой перестановкой портретики перевешиваются (за два года сменились шесть из 19; еще один покидал сей клуб и вновь вошел)...

Интересно, в Министерстве образования (культуры, правды, нападения, газонефтеэкспорта...) при входе в зал заседания коллегии тоже висят портреты членов коллегии?

На стене висели в рамках бородатые мужчины..
Хорошо, что вас, светила, всех повесили на стенку -
Я за вами, дорогие, как за каменной стеной

(Высоцкий)

А задолго до Высоцкого про некоторые преосвященные лики написал Михаил Анчаров:

И ушел он походкой гордою,
От величья глаза мутны.
Уродись я с такою мордою,
Я б надел на нее штаны.

Протокольное

https://www.facebook.com/100038098503388/videos/316524872960794/



Знакомство митрополита со светским начальством "коммунистического Вифлеема".

С одной стороны - губер и мэр сами приехали в епархию для этого знакомства.

С другой стороны - они это сделали чуть не в трениках.

Что сей нарочитый кэжуал значит? "Мы тут все свои, не парься, владыка!", или "Поехали, градоначальник, на новую обезьянку посмотрим!"?

А нас-то за что?

Оглашение приговора декабристам:

"Наконец мы достигли запертых дверей, охраняемых каким-то чиновником. Он же растворил их при нашем приближении, и глазам нашим представилось необыкновенное зрелище. Огромный стол, накрытый красным сукном, стоял покоем.

В середине его сидели четыре митрополита, а по фасам Государственный совет и генералитет; кругом всего этого на лавках, стульях, амфитеатром - сенаторы, в красных мундирах. На пюпитре лежала какая-то огромная книга, при книге стоял чиновник, при чиновнике сам министр юстиции к<н>. Лобанов-Ростовский в андреевской ленте. Все были en grand gala, и нас поставили в шеренгу, лицом к ним.

Без всякого предупреждения чиновник, стоявший за пюпитром, стал читать: "генерал-майор Фон-Визин, по собственному признанию в том-то и в том-то, лишается всех прав состояния: чинов, орденов и ссылается на каторжную работу на 12 лет и потом на вечное поселение", и так далее до конца; последним был к<н>. Одоевский".

http://az.lib.ru/l/lorer_n_i/text_1867_zapiski.shtml

Впрочем, обычный священник был человечнее митрополитов (в те времена в Империи как раз всего и было 4 митрополита)

"в один день, совершенно неожиданно вошел ко мне в камеру священник Павел Николаевич Мысловский, высокого роста, дородный, с лицом добрым и приветливым. "Не думайте,-- сказал он мне,-- что я агент правительства... Мне нет дела до ваших политических убеждений... Я считаю вас всех моими духовными детьми... Со многими из ваших товарищей я познакомился, сумел снискать их любовь и приобщил их святых тайн. Пришел и с вами познакомиться",-- и с этим словом протянул мне руку... С первого шага он очень мне понравился, и я с душевным удовольствием отвечал ему рукопожатием. Это был протоиерей Казанского собора Мысловский. Он сделался впоследствии утешителем, ангелом-хранителем наших матерей, сестер и детей, сообщая им известия о нас. Никогда не говорил он со мною о политических делах, но постоянно утешал надеждою на лучшую будущность и ободрял слабеющий дух мой. Я храню до сих пор глубокое уважение к этому почтенному служителю алтаря...

Однажды добрый наш священник Петр Николаевич принес мне поклон от моей доброй невестки, но мне показалось, что он был что-то особенно грустен, часто подымал глаза к небу и как бы молился. После я узнал, что благородный пастырь этот узнал уже о решении судьбы пятерых из нас. О решении, которое заставило содрогнуться всю Россию.

... Меня удивляет только, что и благородный Бенкендорф, знавший многих из нас и любивший, не сумел отклонить от себя этой грустной обязанности. На деревянных подмостках расхаживали палачи в красных рубахах. Пять мучеников, с вечера еще отделенные от целого мира, всю ночь провели с нашим священником и готовились предстать чистыми пред судилище вечного. С Пестелем беседовал пастор Ренгольд. Их тут не было...

... вечером ко мне вошел в каземат наш священник П<етр> Николаевич, бледный, расстроенный, ноги его дрожали, и он упал на стул, при виде меня залился слезами, и само собой разумеется, что я с ним плакал... Петр Николаевич рассказывал, что когда под несчастными отняли скамейки, он упал ниц, прокричав им: "Прощаю и разрешаю". И более ничего не мог видеть, потому что очнулся тогда уже, когда его уводили. Говорят, что когда сорвался Пестель, Муравьев-Апостол, Рылеев, то Чернышев, подскакав, приказал подать другие веревки и вешать вторично... Говорят также, что Бенкендорф, чтоб не видеть этого зрелища, лежал ничком на шее своей лошади...

... При нашем разговоре с священником я заметил, что у него Анна на шее, и, не видав прежде сего ордена, я догадался, что он получил ее за исполнение своих обязанностей при нас в крепости, и поздравил его с монаршею милостью, но он глубоко вздохнул и просил не поздравлять.
Тут я простился с этим почтенным человеком, мы обнялись, ом меня благословил и, растроганный, вышел от меня. Я видел, как он отчаливал от берега, направляясь на Дворцовую набережную, стоя и держа шляпу в руке, молился за нас. Это было мое последнее свидание с ним в этом мир"

(Николай Лорер)

***
Там же о погребении Лермонтова:

"По закону священник отказывался было сопровождать останки поэта, но деньги сделали свое, и похороны совершены были со всеми обрядами христианина и воина".

Преосвященный воришка

Обмен между РФ и Сербией семи картин Рериха на Петербургский лист из Мирославова Евангелия ожидается до конца года

Санкт-Петербург. 7 сентября. ИНТЕРФАКС - Обмен семи картин Николая Рериха на Петербургский лист из Мирославова Евангелия между Россией и Сербией ожидается до конца текущего года, сообщила замминистра культуры РФ Алла Манилова.

"Юридически у нас все готово, у обеих сторон. Мы очень рассчитываем на то, что такой обмен культурными ценностями высочайшего уровня произойдет до конца этого года", - сказала Манилова журналистам по итогам встречи с губернатором Ленинградской области Александром Дрозденко.

По ее словам, картины, которые получит РФ, будут переданы Санкт-Петербургскому музею-институту семьи Рерихов и музею-усадьбе Рериха в Изваре (Ленинградская область). Одну из работ - эскиз костюма к опере Римского-Корсакова "Снегурочка" - планируется разместить в музее композитора в Тихвине.

В свою очередь губернатор Ленинградской области Александр Дрозденко отметил, что регион рассчитывает получить три работы Рериха.

Как сообщалось, в июле президент России Владимир Путин подписал федеральный закон о ратификации соглашения с правительством Сербии по обмену семи картин Рериха на Петербургский лист из Мирославова Евангелия.

Сербия обязуется передать России семь картин Рериха, находящихся в Народном музее Белграда. Работы художника пропали во время нападения нацистской Германии на Югославию в апреле 1941 года. Речь идёт о картинах "Бургустан. Кавказ" (1913), "Звоны" (1919), "Благие посетившие" (1923), "Берендеи. Деревня" (1921), "Преподобный Сергий Радонежский" (1922) и двух эскизах костюмов к опере Римского-Корсакова "Снегурочка" (созданы в 1921 году).

В свою очередь РФ должна передать Сербии хранящийся в Российской национальной библиотеке один лист на пергаменте (166-й), изъятый в XIX веке из Мирославова Евангелия. Само Евангелие находится также в Народном музее Белграда.

Мирославово Евангелие - старейшая кириллистическая рукописная книга, которая была создана в Которе в XII веке по заказу князя Мирослава. До 1896 года рукопись находилась в монастыре Хиландар на Афоне, позже была перевезена в Белград. В середине XIX века ученый и епископ Порфирий (Успенский) изъял один лист из книги и передал в Публичную библиотеку в Петербурге.

Для сербов это национальная святыня, восстановление целостности этого памятника истории и культуры имеет большую ценность. Власти Сербии в разные годы неоднократно поднимали вопрос о возвращении реликвии.

Соглашение было подписано 19 октября 2019 года в Белграде в рамках визита Дмитрия Медведева, занимавшего тогда пост премьера РФ.
http://www.interfax-religion.ru/?act=news&div=75659


на Афоне в 1846 году кодекс увидел епископ Чигиринский Порфирий (Успенский), знаток и собиратель христианских древностей. Один лист из месяцесловной части Мирославова Евангелия (л. 166) он увез с собой.

Впрочем, тогда греческие монахи что на Афоне, что на Синае не сильно то и ценили древние книги.

Но прецедент все равно сильный: великие мужи науки и церкви "блага ради научно-церковного" могли красть не только цитаты и идеи.