June 14th, 2021

Святейший патриарх Кирилл против святого патриарха Полиевкта

"Идите смело исполнять свой воинский долг и помните, что если вы жизнь свою положили за Родину, за други своя, как говорит Священное Писание, то вы будете вместе с Богом в Его Царстве, в Его славе, в Его вечной жизни».
http://www.patriarchia.ru/db/text/5819726.html

Не говорит такого Писание.
Христос говорит так:"Сие сказал Я вам, да радость Моя в вас пребудет и радость ваша будет совершенна. Сия есть заповедь Моя, да любите друг друга, как Я возлюбил вас. Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих. Вы друзья Мои, если исполняете то, что Я заповедую вам. Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его; но Я назвал вас друзьями".

То есть это вовсе не армейский контекст и вовсе не про солдат.

Христос эти слова сказал о Себе, о Своей Жертве и о Своих отношениях с учениками,а не о солдатах.

Тут интересна история экзегезы этого места.

Есть ли в святоотеческих толкованиях на Евангелие от Иоанна приложение этих слов к солдатам? У Златоуста и Феофилакта нет. Берем сборник "Библейские комментарии отцов Церкви. Новый Завет. Том 4б", сс. 203. Приводятся толкования из Августина и Григория Великого. И опять никакой проекции этих евангельских слов на солдат.

Так когда и у кого они впервые стали прилагаться к военным? Когда и у кого эти слова стали тотальной индульгенцией, прилагаемой ко всем погибшим солдатам, без всякого вдавания в детали о справедливости данной войны и обстоятельствах гибели данного воина?

Очевидная нижняя дата закрепления воинского толкования – 70-е годы IX века, время составления Жития Константина (св. Кирилла, просветителя славян»). В 6 главе, описывающей диспут с мусульманами, в уста Константина вкладывается тезис: «Бог сказал: «В этой жизни никто не может явить большей любви, чем положивший душу свою за друзей (своих)" Ради друзей мы и делаем это, чтобы с пленением тела и душа их в плен не попала».

Но это еще лишь личное мнение автора Жития. Спустя сто лет император Никифор Фока (963-969) решил уравновесить боевой дух имперских солдат с фанатизмом мусульманских воинов, и для этого "задумал издать закон, чтобы тех воинов, которые погибли на войне, причислять к лику святых только за то, что пали на войне, не принимая во внимание ничего иного. Он принуждал Патриарха и епископов принять это как догмат. Патриарх и епископы, храбро оказав противодействие, удержали императора от этого намерения, делая упор на канон Василия Великого, который гласит, что воин, убивший на войне врага, должен быть отлучен на три года от причастия" (Лев Диакон. Недостатки правления Никифора // Лев Диакон. История. М., 1988, сс. 118-119). Патриархом, который имел мужество воспротивиться императору, был св. Полиевкт.

В раннем средневековье "большинство покаянных книг за убийство врага в открытом бою предусматривает 40 дней покаяния... Вступление германцев в христианскую историю создало совершенно новую ситуацию. Война была образом жизни германских народов. Для них война сама по себе была формой морали, более высоким типом жизни, чем мир" (Карл Эрдман. Происхождение идеи Крестового похода. Спб., 2018, сс. 79 и 82).

Какая-то глубокая и мало кем замечаемая шизофрения есть в нашей церковной жизни в этом вопросе. С одной стороны, наши священники литургически чтят памяти воинов-мучеников, отказавшихся от воинской службы . С другой - те же священники чуть ли не вместе с военкомами ходят по квартирам, разыскивая и зазывая призывников. Широк человек, слишком широк. Евангелие и нормы ранней Церкви слишком жмут нашим митрофорным замполитам.

Жаль, не помнит Святейший патриарх заметки Сергея Худиева из былых еще мирных времен:

Sergey Hudiev
15 сентября 2014 г.
Однажды некий отважный миссионер прибыл на острова, где жили охотники за головами. Отрезанные головы они сушили, и тщательно зашивали им рот, чтобы дух убитого врага оставался внутри и не мог им навредить. Такие головы считались мощным оберегом. Миссионер выучил язык дикарей и приобрел у них некоторое доверие и авторитет. Он успел строго запретить им охотиться за головами, но тут умер от какой-то местной болезни.
Новообращенные островитяне каждый день с усердием читали его наставление - «Дети мои! Отвергните этот худой обычай и не охотьтесь больше за головами!»
Островитяне понимали, что эту заповедь нельзя исполнять буквально.
Во-первых, все люди всегда охотились за головами. Так же как они дышали, ели, вступали в брак, строили хижины. Это часть жизни, и тут уж ничего не поделаешь.
Во-вторых, если перестать охотиться за головами, старые обветшают и придут в негодность, и племя лишится мощных магических амулетов, оберегающих его от злых духов.
В-третьих, все соседние племена, не видя больше голов, станут считать наше племя слабым и начнут дерзко угонять его скот.
В-четвертых, молодые воины больше не смогут становиться настоящими мужчинами и доказывать, что они — нашего рода, пройдя испытание по добыче головы врага.
В-пятых, наши великие и премудрые предки считали обычай охоты за головами очень важным — а это были достойные, почитаемые люди.
В-шестых, белые люди, как это всем известно, сами убивают врагов, но не делают ничего путного с их головами — так что не им запрещать нам хотя бы употребить отрезанные головы с пользой для племени.
В-седьмых, в Толстой Книге Белого Брата ясно сказано, «Тогда Давид подбежал и, наступив на Филистимлянина, взял меч его и вынул его из ножен, ударил его и отсек им голову его» (1Цар.17:51), из чего видим, что и Толстая Книга одобряет охоту за головами.
Следующий миссионер обнаружил племя христианских охотников за головами, которые сушили отрезанные головы и зашивали им рты с пением псалмов.


Именно таков славный "Исторический путь православия".
От «Рука, принявшая Евхаристию, да не осквернится мечом и кровью» (Киприан Карфагенский. О благе терпения, 14) - до ГХ ВС РФ.

Документ московского папизма



повторю свою запись 2018 года:

о, что епископ выдает антиминсы "с благословения" кого-то еще - это нонсенс. Его "освящающая" власть вполне автокефальна и не знает высшей над ним инстанции.

Не-нонсенс это лишь на католических (униатских) антиминсах с их формулой "Божиею милостию и святаго Римскаго апостольского престола благодатию такой-то епископ"

В Эрмитаже находится антиминс 12 века с надписью: "освящен архиепископом Новгородским по повелению епископа Ростовского" (т.е. для ростовской епархии)

(детективную историю о нем см.
http://www.zagraevsky.com/antimins.htm . Впрочем, вся она строится на придании старорусскому слову "повелети" его узкого современного значения)

"На антиминсах, при указании, каким местным архиереем освящен храм или антиминс, присоединялось указание, что архиерей совершал освящение с благословения высшей церковной власти. В бытность такой власти в лице митрополита, требовалось, чтобы имя митрополита было на антиминсе. В жалованной грамоте (1449—1460) митрополита Ионы на наместничество Киевской Митрополии сказано:

«Наместник Киевский по благословению нашего смерения и по заказанию, должен есть всяка церковнаа и духовная дела управляти, колика сила; и Христовы Божия церкви святыми антиминсы новоставленныя освящати, а ветхая подтверждати, с именем нашего смерения, в славу Божию и в богомолье Великого Короля и Великого Князя Казимира Королевича, и благородных и благоверных князей и княгинь, и панов и всего купно великаго православия, по доволу всяко божественных и священных правил и церковнаго правилнаго и нашего дохода» (Акты Исторические. Т. 1, № 48, с. 97).

Во время патриаршества епископы получали от патриархов дозволение давать антиминсы, что было обозначаемо в настольных грамотах. Епархии уменьшались, увеличивались, вообще изменялись по распоряжению патриарха; посему, по воле его, власть епископа к постройке церквей, к выдаче антиминсов прекращалась в той местности, которая была взята патриархом из-под управления его, и приобреталась в той, которая присоединялась к его епархии На этом основании, на антиминсах было обозначаемо, что они освящены с благословления патриарха. В дошедших до нас многих антиминсах этого времени видим имя патриарха вместе с именем местного архиерея.
Впрочем, находятся антиминсы времен патриаршества и без имени Патриарха.

В чине освящения храма, находящегося в Греческом Требнике Гоара, сказано: «Антиминсы прежде освящения отрезываются, сшиваются, моются; после же сего (освящения) ничего такого и подобнаго не совершается над ними, но только надписывается: жертвенник святаго N, освященный Митрополитом N, месяца N, года N. Если же освящается в городе (Константинополе), то прибавляется: во время N, святейшаго православнаго Патриарха» (EòxoXoy. Goari ed. 1647 an., p. 844).

Позднее: "Повелением Государя нашего Петра Великаго и благословением Святейшего Синода священнодействован преосвященным..." И лишь в конце 19 века " повелением" было заменено на "при державе".

(свящ. Константин Никольский. Об антиминсах православной русской Церкви. Спб., 1872).

Слово к молодежи

Без всякого исключения смерть придет к каждому и ко всем нам.
Комья земли падут на каждый наш гроб.
Тело, которое мы холим, станет гниющим месивом, мерзостью под землей. Наши собственные матери не смогли бы смотреть на него. Если же мы спасены, наши тела вновь воскреснут в свободе и славе с пришествием Христа.
Но если мы проиграем нашу битву с искушением, мы знаем, какая агония предстоит. Навечно пребудем мы в потоках огненных рек смерти. Навечно зловоние ада от гниющей плоти обреченных заполнит наши ноздри. Навечно уши наши заполнятся криками мучимых. Навечно боль наша станет болью человека связанного, лишенного движений, тогда как огненный червь поедает его внутренности.
Человек умоляет о потере сознания. Но нет потери сознания в аду. Червь пожирает и пожирает, и его дело никогда не прекратится, но продолжится бесконечно.
А что означает эта бесконечность?
Представьте себе металлический шар размером с Солнце. Представьте, что раз в 10 000 лет птичка подлетает к нему и касается его краешком крыла. И когда от этих касаний перышка этот шар истёрся бы в ничто – мы все равно еще продолжали бы быть в аду. Мы все еще вопили бы, обреченные не узреть Божия Лица!


***
Это замечательная проповедь из фильма "Площадка для игр дьявола" (The Devil's Playground, 1976).

https://ok.ru/video/1221138254393
с 59 мин 28 сек

Фильм очень наглядно говорит о том, что же именно в монашеской литературе именуется загадочными словами "падение" и "искушение". Он о том, как монахи, став голосом церкви, свою героическую борьбу с онанизмом возвели в главную проблему и главную добродетель, а сексуальность - в ранг главного греха.

И о том, как понуждение человека к тому, чтобы он видел себя неизменно и безнадежно виноватым и осужденным дает власть над ним.

А поскольку фильм довольно старый, в нем нет вроде бы ожидаемой темы педофилии монахов-педагогов. Этот сюжет станет важным позже, в своего рода римейке этого фильма - "Мальчики святого Винсента" (The Boys of St. Vincent, 1992).

Старейший из священников перед смертью говорит мальчику:
"Перестань думать об исправлении своего несовершенства. Оно никому не под силу, так что хватит переживать о нем, иначе у тебя будет нервный срыв. Жизнь слишком длинная,чтобы быть несчастным. Держись за жизнь, Том. Она ведь считается Божьим даром. А дар не может быть мучением" (1 час 15 мин).

Это развилка. С этого хода ("прими себя таким какой ты есть") может начаться агитация за вступление в гомосексуальное "братство". А может начаться тотальное расцерковление. А может - просто реабилитация.

Это - точка острейшего конфликта церковного и светского пастырства, то есть церковного духовничества и светской психотерапии. Восстань против себя, своих привычек, желаний, прошлого и даже просто физиологии. Или приими себя и перемести вину за свои проблемы в некоем прошлом ("травмы детства" и т.п.).

Перегибы есть с обеих сторон. Причем порой - своекорыстные перегибы коучей в рясах и без них. Как справедливо написал сегодня в ФБ библеист Яков Тестелец – жреческой корпорации как группе лиц, неспособных прокормиться иначе чем от данного культа, нужно богословие, которое объясняет ее (группы) необходимость. Поэтому зависимость жрецов от культа создает сильный мотив для внутригрупповой лояльности и дисциплины.

Так вернемся к вышеприведенной проповеди. Догматически там все верно (не вижу отличий от "Слова о смерти" Игнатия Брянчанинова).

Но кто рискнет пойти с ней к подросткам? А если нет - то почему?