диакон Андрей Кураев (diak_kuraev) wrote,
диакон Андрей Кураев
diak_kuraev

Деяния патриархов

Две выписки из научной литературы:



Патриарх Мефодий оказывал жесткое противодействие церковному расколу, истоки которого уходят в так называемую "михианскую схизму" конца VIII в. и связаны с непримиримой позицией ревнителей церковной акривии (прежде всего Феодора Студита и его последователей) по вопросу об обязательности канонических предписаний для особ императора и патриарха.

Одержимый идеей объединения и примирения Церкви, долгое время пребывавшей в состоянии гонений и раскола, Мефодий придавал огромное значение авторитету патриарха и не мог допустить публичной критики своих действий, пусть даже со стороны таких убежденных поборников и исповедников православия, как студиты.

Понимая, что духовное наследия Феодора Студита всегда будет определять позицию монахов его монастыря по любым церковным вопросам, патриарх попытался несколько релятивировать его значение. Весьма вероятно, что именно по распоряжению Мефодия в Синодик в неделю православия была введена анафема сочинениям тех, кто критиковал патриархию: "Απαντα τα κατά των άγιων πατριαρχών (Γερμανού), Ταρασίου, Νικηφόρου και Μεθοδίου ... γραφέντα ή λαληθέντα, ανάθεμα.

Когда этот косвенный путь не привел к желаемым результатам, Мефодий предъявил Навкратию и Афанасию прямое требование - им предписывалось осудить памфлеты Феодора в адрес патриархов Тарасия (784-806) и Никифора I (806-815). Эти полемические сочинения (до нас, разумеется, не дошедшие) подлежали осуждению, как подрывающие авторитет не только названных патриархов, но и самой вселенской патриархии в целом, и самого Мефодия в частности. Студиты отказались анафематствовать сочинения своего учителя (между прочим, незадолго до этого официально признанного святым исповедником) - не впервые вынужденные действовать по совести, а не по расчету, они без колебаний избрали путь конфронтации с волевым и уверенным в себе патриархом.

В этих речах, выдержанных в духе высокой обличительной риторики, патриарх угрожает студитам крайними мерами дисциплинарного воздействия (вплоть до отлучения от Церкви), если они не осудят написанных в свое время Феодором Студитом обличений в адрес патриархов Тарасия и Никифора.

http://webcache.googleusercontent.com/search?q=cache:9QKng4h-q-gJ:www.vremennik.biz/sites/all/files/022_%25D0%259D%25D0%25B5%25D0%25B8%25D0%25B7%25D0%25B2%25D0%25B5%25D1%2581%25D1%2582%25D0%25BD%25D1%258B%25D0%25B5%2520%25D1%2584%25D1%2580%25D0%25B0%25D0%25B3%25D0%25BC%25D0%25B5%25D0%25BD%25D1%2582%25D1%258B%2520%25D0%259A%25D0%25B0%25D1%2582%25D0%25B0%25D1%2584%25D0%25B5%25D0%25BC%25D1%258B%2520%25D0%25BF%25D0%25B0%25D1%2582%25D1%2580%25D0%25B8%25D0%25B0%25D1%2580%25D1%2585%25D0%25B0%2520%25D0%259C%25D0%25B5%25D1%2584%25D0%25BE%25D0%25B4%25D0%25B8%25D1%258F%2520I_0.pdf+&cd=29&hl=ru&ct=clnk&gl=ru&client=firefox-b


***

Несмотря на полное отсутствие сторонников Халкидона, власти, тем не менее, принимают решение направить в Александрию патриарха-халкидонита, наделив его при этом широкими гражданскими и военными полномочиями. Александрийский патриарх Павел Тавеннисиот с 537 г. получил еще и значительные военные полномочия, превратившись не только в важного гражданского чиновника, но и в военачальника. Поскольку, как уже было сказано выше, в самой Александрии практически не было сторонников Халкидона, с этого времени патриарх избирался и поставлялся непосредственно в Константинополе, и только после этого, вместе со значительным военным эскортом, отправлялся в Египет. ).

Новая египетская политика Константинополя предполагала начало массовых репрессий монофизитов в Египте, и новоназначенные александрийские патриархи-халкидониты довольно ревностно подошли к порученной им миссии. За несколько десятилетий абсолютно все монофизитские церкви Александрии были закрыты, множество монофизитов было выслано и убито, в Александрии не осталось ни одного монофизитского епископа.

Главным объектом, против которого действовал Павел, был главнокомандующий в Александрии Илия, за которого ходатайствовал дьякон Псой. Узнав о сочувствии Псоя к Илие, Павел посадил Псоя в тюрьму и подверг его таким истязаниям, что от мучений Псой умер. Детей Псоя, чтобы скрыть своё преступление, патриарх хотел забрать и изолировать, но они бежали в Константинополь, где дело получило огласку. После этого император Юстиниан I сместил Павла.

https://www.liveinternet.ru/users/1160909/post161154987/

***
Пояснение первой истории из художественной литературы:

Прошло чуть больше года после перенесения мощей Студийского игумена и его брата-святителя, и монастырь за это время стал местом стечения многочисленных паломников, приезжавших со всех концов Империи поклониться святым останкам исповедников. Нередко у мощей совершались исцеления.

Патриарх в годовщину их перенесения побывал в обители и совершил праздничную литургию. Казалось, отношения его со студитами были прекрасными, поэтому то, что произошло всего несколько дней спустя, произвело на всех впечатление внезапного удара молнии или землетрясения: за неделю до начала Великого поста патриарх издал обращение ко всей Церкви, где, вкратце обозрев историю борьбы и победы православия над иконоборчеством, напомнил, что близится тридцатая годовщина изгнания святителя Никифора с Константинопольской кафедры, и подчеркнул, что торжество веры ни после первого, ни после второго всплеска ереси не могло бы состояться, если бы не твердость патриархов Тарасия и Никифора.

«Поскольку же, - говорил патриарх, - еще находятся некоторые люди, дерзающие укорять этих доблестных служителей Троицы, пустословя на развращение слышащих, будто великие наши отцы и святители отступали от божественных законов и действовали во вред церковному стаду, то вот, мы ныне полагаем предел этой несмысленной болтовне и предаем анафеме всё, что когда-либо было написано против святых и блаженных отцов наших святейших Тарасия и Никифора, чтобы исполнить заповедь божию о почитании отцов и заповедь апостольскую о почитании наставников наших, и чтобы не допустить более бесчестия духовных родителей наших, как это в обычае у отцеубийц...»

Действительно, анафема на «всё написанное против патриархов Тарасия и Никифора» была не просто принята на созванном Мефодием соборе епископов, но и внесена в текст Синодика для прочтения в первое воскресенье Великого поста в память о торжестве православия.

Мефодий ясно дал понять, что под хулами на патриархов-исповедников он имеет в виду писания студитов, прежде всего игумена Феодора, по делу о венчании экономом Иосифом прелюбодейного брака императора Константина, причем сообщил на соборе, что студиты хранят в монастырской библиотеке несколько памфлетов, написанных Феодором во время разрыва общения с патриархом Никифором, где последний назывался «начальником прелюбодействующих» и подобными словами. Мефодию удалось достать копии этих писаний через монаха из Хорского монастыря, который некоторое время, с позволения игумена Навкратия, переписывал книги в библиотеке Студия.

- Конечно, они уже давно не распространяют эти злочестивые писания, - сказал патриарх на соборе, - но, тем не менее, до сих пор не уничтожили их, и это представляется мне подозрительным. Итак, я почитаю за лучшее предписать всей нашей пастве уничтожить и сжечь таковые хулы на святых отцов-исповедников, если у кого-нибудь они еще сохранились.

Выждав несколько дней, Мефодию обратился к студитам с требованием анафематствовать известные сочинения и уничтожить их. В ответ игумен Навкратий написал патриарху, что они не выполнят его требования, поскольку в сложившихся обстоятельствах это равносильно признанию, будто игумен Феодор в свое время действовал ошибочно и был не защитником канонов, а раскольником.

К середине лета события приняли неприятный оборот. Поскольку монахи Студия и Саккудиона не желали подчиниться требованию патриарха, Мефодий, после нескольких обращений к ним, издал распоряжение, согласно которому непокорным монахам впредь до раскаяния запрещалось общаться с кем бы то ни было из собратий и принимать в своих обителях паломников и гостей; им позволялось покидать монастыри только ради того, чтобы купить пищу или продать рукоделие, и для хозяйственных послушаний.

Одновременно патриарх обратился к студитам с пространным посланием, составленным в довольно резких выражениях. Патриарх не остановился даже перед тем, чтобы заявить, будто игумены Навкратий и Афанасий вообще не были законным образом поставлены на игуменство, поскольку не имеют соответствующих указов, подписанных патриархом Никифором, а значит, все их монахи могут покинуть их в любой момент и "присоединиться к Церкви».

Что же до тех, кто по прежнему упорствовал в своем отказе признать требования Мефодия, то патриарх даже насмехался над ними, говоря, что они, издавна любя занимать особое положение и быть не как все, теперь, когда он запретил им общаться с собратиями, улучили желаемое: «Как вам и нравилось, вы отсечены, и как вам любо, отколоты, поскольку вы по природе не входите в стадо, словно какие-то одичавшие вепри-одиночки, что вам и было по душе, - чтобы растление ваше не вредило людскому множеству».

Поскольку волнения в обществе по поводу разгоревшейся смуты не прекращались, патриарх счел нужным на Рождество Христово произнести в великой церкви пространное слово: он сравнил «схизматиков» с Дафаном и Авироном, напомнив, что тех, восставших против Бога, когда-то поглотила земля, и нынешние «смутьяны» тоже не избегнут наказания.

- Скажите, дерзкие, - обращался он к своим противникам, -говорите, бесстыжие, не таитесь, лицемеры, скажите, упившиеся, произведите на свет уродцев, зачатых вами в темноте ваших помышлений! Желаете ли вы повиноваться канонам? Они заставляют вас молчать, и, даже если вы не хотите, вы умолкните.

Приведя правила, запрещавшие монахам презирать своего епископа и вмешиваться в какие-либо гражданские и церковные дела без позволения архиерея, а священникам - творить свои особые собрания без его позволения и отвергать его предписания, если епископ не приказывает ничего противного благочестию, патриарх напомнил, что все таковые нарушители канонов подвергаются отлучению и низложению, а в случае неповиновения передаются в руки государственной власти. Предвидя возражения по поводу того, что священники должны учить народ, даже если они монахи, и должны исправлять своих собратий, если те погрешают, Мефодий говорил, что низшим не по чину исправлять высших и епископов могут исправлять только епископы, а вовсе не священники или диаконы, которые должны повиноваться архиереям, а не учить их.

- А что для священников подобающее им по достоинству определяют епископы, то есть иерархи, а для иерархов -апостолы и преемники апостолов, то есть патриархи, это со всей очевидностью покажут сочинения боговещанного Дионисия и предписания канонов. Ибо подобающее по достоинству определяют вышестоящие чины для нижестоящих, вплоть до апостолов, а их преемники, то есть патриархи, тоже суть апостолы, как показывает божественнейший Дионисий.

Итак, каноны запрещали монахам и священникам даже «шевельнуть языком», а не то что выступать с публичной критикой патриарха. Но поскольку соответствующие правила очевидным образом указывали только на низший клир, а не на епископов, Мефодий пояснял, что епископы «обязаны подчиняться апостолам, то есть патриархам», и утверждал, что иерархи, попытавшиеся вступиться за «схизматиков», позволили ввести себя в заблуждение, защищая аудитов, «восставших не просто против епископов, но против преемников апостолов, или, скорее, против самих апостолов - нас, грешных».

- Епископ есть имя и дело обыкновенное, - говорил Мефодий, - а что до апостолов и преемников их, то это - редкое и весьма немногочисленное, начальственное и самовластное...

Патриарх не только отлучал тех, кто не хотел повиноваться его предписаниям, но и запрещал верным дружески общаться с ними и посещать их, утверждая, что таким образом всякий сочувствующий им подпадает под анафему. Речь эта, тут же записанная и распространенная по всем церквам и монастырям, произвела на многих слушателей и читателей впечатление тяжкое.

- Да, если Мефодий сам себя приравнял к апостолам, так чего уж больше ждать! - проговорил Студийский игумен. - Не иначе, антихрист при дверях!




Это из романа Татьяны Сениной "Кассия".
Т. Сенина - серьезный исследователь, и ее роман построен на весьма доброкачественном изучении исторического материала
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 76 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →