диакон Андрей Кураев (diak_kuraev) wrote,
диакон Андрей Кураев
diak_kuraev

Category:

Глубинное монашество и его нравы

О пьяно-драчливом игумене Севастиане:

"Этого героя я знаю хорошо. Во-первых, в бытность мою в братии Лавры он был помощником благочинного, а во-вторых, я одно время был канонархом в Лавре и часто замещал его в качестве уставщика. Уставщиком он был знающим и очень придирчивым. Буйным был давно и нрав имел грубый. Пил тоже давно. Он однажды ударил меня по лицу кулаком за то, что я имел, по его мнению, наглость возмутиться его самоуправством. И он тогда был совершенно трезв. Я подал рапорт об этом наместнику, но тот сделал вид, что ничего не произошло. Ведь он был помощником благочинного, а начальник всегда прав... Зато когда один из братии, не выдержав систематических издевательств благочинного, дал благочинному пощечину, его сдали в психушку. Причем один из скрутивших этого монаха иеродьяконов накануне этого случая зверски избил другого иеродьякона, после чего целый таз крови собрали. Разумеется, ему тоже ничего за это избиение не было...При таких порядках удивительно, что Бог столько лет не попускал такому случиться, а не то, что такое в конце концов случилось."

***
И верное суждение Батюшки Лютера.



Во всей этой истории с поножовщиной в Троице-Сергиевой лавре (напомним, игумен в состоянии алкогольного опьянения с ножом напал на иеродиакона) самым омерзительным является реакция священноначалия. О. Севастиана, имевшего пристрастие к выпивке и допившегося до уголовки, можно понять - он повторяет судьбу миллионов российских мужчин, искалеченных жизнью и уходящих в запой от чувства тоски, выученной беспомощности и внутренней пустоты. К тому же, говорят, что он страдает от рака, поэтому определенное, чисто человеческое, снисхождение к нему - это не только христианский, но просто гуманистический долг. Но не таково наше священноначалие.

Комментируя происшествие в первой половине дня четверга, свящ. Александр Волков заявил, что «в отношении церковного прещения, видимо, он (игумен Севастиан) будет запрещён к служению. По крайней мере, на время разбирательства». Спустя пару часов СМИ уже публикуют «решение Духовного совета» (он вообще собирался?), утвержденное патриархом, об исключении о. Севастиана из числа братии монастыря, лишении его права ношения монашеских одежд и священного сана. Расправа последовала стремительно. Также стремительно, как пьяная поножовщина. Состояние самого о. Севастиана сейчас даже страшно представить - в одночасье вся его жизнь оказалась перечёркнута и выброшена на помойку.

Вы мне скажете: «Погодите, а что надо было делать, раз с его виновностью и так всё ясно?». Надо было, как минимум, дать человеку возможность оправдаться и сказать слово в свою защиту. Именно так будут поступать в Церкви после реформы - прещения против духовенства будут налагаться только в результате независимой судебной процедуры и слова в свою защиту.

Мы видим, что церковь земная в этой ситуации продолжает идти строго перпендикулярно Евангелию. Если Христос произносит притчу о заблудшей овце, на поиски которой бросается пастырь, то РПЦ не то, что не пытается разобраться, а сразу отказывается от человека. Он больше не нужен, он является источником репутационных потерь. При этом наше сказочное священноначалие заботится о репутационных потерях только тогда, когда косячат рядовые священники. К нам нет пощады и никакая презумпция невиновности в церкви по отношению к нам не работает. При этом, на откровенные залеты церковного истеблишмента просто закрывают глаза или всячески оправдывают. Недавно патриарх Кирилл сказал, что «Церковь - это иерархия любви». Бедный о. Севастиан и миллионы простых попов эту «любовь» испытали на себе по полной.

Игумен Севастиан, очевидно, будет судим и наказан по светским законам, но проходить всё это он будет с сознанием, что церковь, которой он отдал всю жизнь, от него отказалась. Преступник должен сидеть в тюрьме, но член семьи Христовой, пусть и трижды виновный, не может быть так брошен.

***
Вкратце от меня: Севастиан оказался плохим монахом. Но монашество это не священство. Оно не дается "иерархией", а творится самим монахом. Постригать может даже диакон и монах без сана. ("Аще ключится человеку в велицей болезни и восхощет в черньцы, а не будет игуме-на, лзе ли епископу пострищи его? – Не токмо епископу, но и попу и дьякону; при смерти причетник пострижет" - Вопросы Феогноста, еп. Сарайского, цареградскому собору владык и ответы на оные 12 августа 1291. // Русская Историческая библиотека. Т.2. Спб, 1875, стб. 3).

Это его обеты Богу, его душа и его жизнь. Посторонний- будь он хоть трижды патриарх - не может тут что то дать или отнять. Лишение монашества епископским судом это банальная административная дурь.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 122 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →