Смотрите, кто ушел...
Андрей Десницкий:
Об о. Иннокентии Павлове...
Он был первым из всех, кого я знал, кто категорически не вписался в систему РПЦ МП. Когда мы встретились впервые летом 1992 г., он был секретарем Синодальной библейской комиссии, и там он точно был на своем месте - образованный, глубоко мыслящий человек огромной душевной широты, неутомимый труженик с горой планов и идей. И со своими особенностями - очень порой категоричный, сильно пьющий, да. Но кому в этой системе это когда мешало?
Уже к середине девяностых его там не было. Занимался он много чем, всегда это было как-то связано с церковной жизнью, но уже никогда - не в РПЦ МП.
Потом та же судьба постигла многих иных. Но он был первым, кто оказался несовместим с системой, из всех, кого знал лично. Я сам так еще долго трепыхался, пытался что-то как-то...
Четверть века. Сколько он мог бы подготовить молодых библеистов (меня он отправил учиться в Амстердам), сколько мог бы организовать интересных проектов... Церковный перевод Библии на современный русский точно был бы давно издан и повсеместно бы использовался.
А то я слышу вечное нытьё: "да кто это будет делать, да мы неготовы..."
Потому что всех готовых разогнали.
***
В моей жизни первым ушедшим из системы был умница епископ Никандр Коваленко. Формально он не лишен сана. Есть лишь решение синода от 18 октября 1995 года об освобождении его от должности представителя патриарха Московского при патриархе Антиохийском «в связи с истечением его срока зарубежной командировки» (ЖМП 1996.№1, с.8).
Об о. Иннокентии Павлове...
Он был первым из всех, кого я знал, кто категорически не вписался в систему РПЦ МП. Когда мы встретились впервые летом 1992 г., он был секретарем Синодальной библейской комиссии, и там он точно был на своем месте - образованный, глубоко мыслящий человек огромной душевной широты, неутомимый труженик с горой планов и идей. И со своими особенностями - очень порой категоричный, сильно пьющий, да. Но кому в этой системе это когда мешало?
Уже к середине девяностых его там не было. Занимался он много чем, всегда это было как-то связано с церковной жизнью, но уже никогда - не в РПЦ МП.
Потом та же судьба постигла многих иных. Но он был первым, кто оказался несовместим с системой, из всех, кого знал лично. Я сам так еще долго трепыхался, пытался что-то как-то...
Четверть века. Сколько он мог бы подготовить молодых библеистов (меня он отправил учиться в Амстердам), сколько мог бы организовать интересных проектов... Церковный перевод Библии на современный русский точно был бы давно издан и повсеместно бы использовался.
А то я слышу вечное нытьё: "да кто это будет делать, да мы неготовы..."
Потому что всех готовых разогнали.
***
В моей жизни первым ушедшим из системы был умница епископ Никандр Коваленко. Формально он не лишен сана. Есть лишь решение синода от 18 октября 1995 года об освобождении его от должности представителя патриарха Московского при патриархе Антиохийском «в связи с истечением его срока зарубежной командировки» (ЖМП 1996.№1, с.8).