диакон Андрей Кураев (diak_kuraev) wrote,
диакон Андрей Кураев
diak_kuraev

Categories:

"Поединок". Стенограмма.

Полная расшифровка: http://www.pravmir.ru/poedinok-v-soloveva-o-surrogatnom-materinstve-o-andrej-kurev-vs-l-milyavskaya-videotekst/

Здесь текст полностью не вмещается. поэтому даю только эпизоды с моим участием

Протодиакон Андрей Кураев: Кто бы мог подумать, что в ХХІ столетии в Европе и в России в частности возродится работорговля. Причем в самой подлой своей форме – торговля детьми. А суррогатное материнство – это одна из форм отчуждения человеческого тела. В данном случае, это надругательство и над женщиной, которая за деньги должна предоставлять свое тело для определенных физиологических услуг, и это надругательство и над судьбой ребеночка, выношенного ею, но отчужденного от нее и проданного за деньги.
Протодиакон Андрей Кураев: Давайте я сразу перейду на личности и скажу Лолите всё, что я про нее думаю.
Я далек от мира вот эстрады, музыки вот современной этой и так далее. Вы для меня – человек, которого я видел в одной передаче, Вы её вели, и гостем у вас была девчонка лет 15-ти. И она забеременела. И директор школы, учителя, родители, бой-френд, все ей говорили – аборт. Вы её отговаривали этого не делать. А в конце передачи сказали: Милая, я знаю твой телефон, ты рожай, я помогу тебе вот с этим малышом.
Лолита Милявская: Так было.
Протодиакон Андрей Кураев: Вот низкий Вам поклон за это. Вот Вы для меня – вот человек вот с той минуты замечательный совершенно. Очень человеческая Ваша и очень христианская позиция. Спасибо Вам, Лолита Марковна.
Лолита Милявская: столько, знаете, трепетные проблемы, что решить их государство не может. И я бы хотела Вас попросить объединить со мной усилия против некоторых аспектов в борьбе с государством, которое ставит людей в такие рамки и в такое положение, где человек вместо того, чтобы, да, пойти получать на работе деньги, должен вынашивать ребенка, и за это он купит квартиру, он будет содержать свою семью. Он, мне кажется, не совершает грех. Грех совершило государство.
Протодиакон Андрей Кураев: Начало этих Ваших слов напомнило мне все-таки книжный прецедент некий. У Достоевского, если не ошибаюсь, описывается модная риторика адвокатов той поры, конца ХІХ века: Господа присяжные заседатели, да, эта женщина задушила своего ребенка, но подумайте, в каких ужасных социальных условиях она росла, этот зверский режим, эта наша дурацкая Россия и так далее, крепостничество и его наследие… Кто бы из Вас, господа присяжные заседатели, на месте этой несчастной женщины не задушил бы собственного ребенка? – Поэтому все-таки давайте различать, да, есть, мягко говоря, неидеальность нашей социальной структуры, работа госслужб и так далее, да? Но есть проблема личной ответственности, каждого человека. Потому что оно, конечно, учили плохо нас всех, нехорошим вещам порой учили, да. Но зачем же ты, сволочь, отличником стал , – как говорится в одном старом советском анекдоте по поводу юноши, который поступил на работу в ОГПУ. Вот также и здесь.
Лолита Милявская: это речь адвоката Плевако.
Протодиакон Андрей Кураев: Очень хорошо. Видите, кто-то тут принижает свою собственную значимость.
Лолита Милявская: Я женщина, и Церковь мне не ставит такие условия, что я должна принижать собственные знания.
Протодиакон Андрей Кураев: Нет-нет-нет, как раз историки утверждают, что в средние века образованность женщин была выше, чем у мужчин. По той причине, что женщине не надо было зарабатывать на хлеб, а когда вот сидишь в светлице, то можешь не только чулочки вязать, но и книжки читать, и поэтому короли подписывались крестиком, а средневековые дамы – они имели возможность писать романы и так далее. Так теперь по сути. Параллели между Богородицей и суррогатным материнством очень натянуты. Первое, суррогатное материнство – это всё-таки платная услуга. Богородице никто не платил. Второе, суррогатная мать по-любому, даже если она бесплатно вынашивает ребенка, она от него отказывается, Богородица не отказывалась от своего малыша. Есть… Надо различать следующие вещи, есть экстракорпоральное оплодотворение, скажем, некая женщина, не имея возможности стать матерью, но мечтая об этом, и она, скажем, вот себе вот таким образом за свои деньги имплантирует эмбрион, который вынашивает и оставляет себе.
Владимир Соловьев: А в чем грех Киркорова? Нет, ну просто понять, в этой ситуации.
Протодиакон Андрей Кураев: Покупка ребенка. Мне очень не хочется обсуждать ничью личную жизнь. Просто мне бы не хотелось, чтобы люди, которые вот на глазах – Вы или Филипп, да? – чтобы такие люди, с которых кто-то, берет за образец Вас, прислушивается к Вашим словам. И если при этом, к моей радости, Вы себя отнесли к списку людей, которые ассоциируют себя с Православной Церковью, я Вам очень хотел, чтобы и вот с Вашей стороны было пояснение, что, да, ну, скажем: Мы не знали, что Церковь негативно относится к этой вещи – суррогатному материнству. Неважно, за деньги или нет, для церковной оценки это не имеет значения. И поэтому, пожалуйста, не подражайте мне.

Лолита Милявская: А Вы знаете, какая штука удивительная, ведь я считаю, что эти знания дал Бог. Если бы Он не хотел дать эти знания, они бы не пришли ученым, они бы не получили ученые степени, Нобелевские премии.
Протодиакон Андрей Кураев: Да-да-да, Хиросиму и Нагасаки мы тоже так оправдаем: знание ядерной бомбы дал Бог, поэтому давайте её использовать.
Лолита Милявская: Я говорю о том, что я, честно говоря, я думаю, что мы один на один встретимся в судный день, один на один с Иисусом Христом. И вот там нам расскажут всё, что мы сделали так и не так, а всё, что мы совершаем на Земле, мы совершаем, обдумав/не обдумав, но по своему желанию. По своему желанию иметь ребенка, неужели это плохо? Ну неужели это так страшно – подарить человеку жизнь? То, что сейчас рождается огромное количество детей, и оставляемых детей, в плохой экологии, с плохим социальным статусом, больных, не все могут взять на себя ответственность, удочерить.
Протодиакон Андрей Кураев: Лолита Марковна, вот я так хочу ребенка, что я вот украду его у соседей. Ну они так оставили у подъезда в колясочке.
Лолита Милявская: Ну почему украду?
Протодиакон Андрей Кураев: Ну, у меня-то желание доброе – я хочу ребенка. А методы уже неважны, правда?
Лолита Милявская: А Вы имеете право хотеть ребенка как священнослужитель?
Протодиакон Андрей Кураев: Конечно. А что ж, я не человек?
Лолита Милявская: Нет, я имею в виду, что у Вас нет сана?..
Владимир Соловьев: Монашеского.
Лолита Милявская: Ну, монашеского.
Протодиакон Андрей Кураев: Так это неважно.
Лолита Милявская: Как неважно? Подождите…
Протодиакон Андрей Кураев: Но желание иметь семью и детей, уверяю Вас, даже схимники этого желают.
Лолита Милявская: Как? Схимники желают? Они же должны хотят бороться с плотью…
Протодиакон Андрей Кураев: Конечно, а как же не желать? А другое дело, что есть иерархия желаний.
Владимир Соловьев: Вот. Вот.
Протодиакон Андрей Кураев: Иерархия желаний. Какие-то свои желания надо сдержать. Оно есть, и это не сексуальные просто желания.
Лолита Милявская: Но мы не давали обет безбрачия.
Протодиакон Андрей Кураев: Совершенно верно. Так вот, если, неважно, что на мне, да? Я вижу: Какой симпатичный малыш, и мамка куда-то ушла, куда смотрит федеральная полиция? Дайте-ка я этого малыша быстренько усыновлю. У меня же хорошее желание. Я этому ребеночку желаю блага.
Лолита Милявская: Мы говорим не об этом.
Протодиакон Андрей Кураев: А здесь чем это отличается?
Лолита Милявская: Мы говорим о том, что я отдам свою яйцеклетку…
Протодиакон Андрей Кураев: Это великий подвиг.
Лолита Милявская: Или моя мать отдаст свою яйцеклетку…
Протодиакон Андрей Кураев: Это великий подвиг.
Лолита Милявская: Вот чтобы я – её дочь – была счастлива. И сколько матерей отдают яйцеклетку за дочерей, у которых вырезано операционным путем всё. Объясните мне как женщине, я понять не могу…
Владимир Соловьев: Я не понимаю, у кого? Что вырезано у Филиппа Бедросовича Киркорова?
Лолита Милявская: Да причем здесь? Это мужчина, который неженат, который всю свою жизнь просил Бога о ребенке, у него не сложилось…
Владимир Соловьев: А он не пробовал дойти до женщины?
Лолита Милявская: Филипп мечтал – ребенка от этой женщины, не получилось. Он имеет право на отцовство? На личное отцовство.
Протодиакон Андрей Кураев: Если реализация этого права не связана с болью и горем другого человека, грехом.
Лолита Милявская: Так она и не связана.
Протодиакон Андрей Кураев: Почему?
Лолита Милявская: Не связана, потому что другая женщина с удовольствием подарила.
Протодиакон Андрей Кураев: Ещё не очевидно, что будет с этой женщиной потом. Сейчас она на это решилась, через двадцать лет она съест свою подушку и не одну с горя, от того, что нет у неё малыша этого.
Лолита Милявская: Почему? Она не делала аборт, она родила, она родит ещё ребенка. А вдруг у неё ещё был ребенок?
Протодиакон Андрей Кураев: И, тем не менее, и потом, взяв малыша своего на руки и тут же от него отказаться, это нормальное поведение? Что Вы скажете о женщинах, которая оставляют малышей в роддомах? Только родили, и сразу кукушки улетели. Не одобряем, да?
Лолита Милявская: Вы знаете, я Вам скажу, что это меньший грех, чем та женщина, которая недавно убила вместе со своим сожителем ребенка, и весь город искал ребенка и молил Бога.
Протодиакон Андрей Кураев: Давайте, поскольку все преступники не столь преступны, как Гитлер, давайте всех отпустим.
Владимир Соловьев: А я не понимаю другого. А вот когда ребеночек вырастет и скажет: Папа, папа, а у меня мама есть? А почему меня женщина меня так не любила, которая меня вынашивала, что от меня отказалась? А почему у всех моих подружек мамы есть, а у меня мамы нет?
Протодиакон Андрей Кураев: Ребенку надо пояснить, что Знаешь, иногда люди дарят собачек, иногда – кукол, а твоя мама тебя подарила любимому Филиппу. Так надо сказать.
Лолита Милявская: Ну, Вы знаете, это, я думаю, что Филипп…
Протодиакон Андрей Кураев: То есть, или продала, или подарила. Ответа вариантов только два. Или тебя продали, потому что маме были нужны деньги, или тебя подарили, потому что мама любила одного певца.
Лолита Милявская: Я более чем уверена, и сейчас недоказанный факт, если бы я была юристом, сказала бы: у Вас есть основания полагать, что ребенок продан?
Протодиакон Андрей Кураев: Я поэтому говорю: или, или.
Лолита Милявская: Вы знаете, подарил, только Господь Бог может подарить душу, потому что в тело он же вселяет душу.
Протодиакон Андрей Кураев: К Богу претензий нету.
Лолита Милявская: Захотел, чтобы. Иначе не случилось бы оплодотворение, случилось бы что угодно – выкидыш, прерывание беременности, что угодно, невозможное вынашивание любое. Но этот факт свершился. И когда сейчас маленький ребенок есть, а мы громко обсуждаем, а когда она подрастет и пойдет в злобную школу сегодняшнего времени и какая-нибудь девочка или мальчик абсолютно злобный, потому что родители такие, не в Христе, хотя они вроде бы и в церковь ходят, скажут: А вот ты вот, знаешь, тебя вот таким вот образом. – Что же будет с этим ребенком? То, что мы сейчас обсуждаем с вами, мы говорим на будущее, не о Филиппе.
Протодиакон Андрей Кураев: То есть, мы о правах ребенка вообще забыли? О его интересах.
Лолита Милявская: Мы сейчас говорим о том, каким вырастет ребенок. Она должна быть счастливой.
Протодиакон Андрей Кураев: По церковному учению, крещение – это, я скажу по церковнославянски, простите, у апостола Петра такие слова: Крещение же есть испрошение у Бога совести благи. То есть, просьба крестных родителей и физических родителей, чтобы малыш благодатью Христовой был обновлен в своем совестно. Все таинства Церкви адресованы людям, которые хотят этого, принцип христианства – синергия – сотрудничество Божьей воли и человеческого согласия. Здесь не может быть навязывания никакого – ни государственно-административного, ни вот на приходском уровне. И поэтому Церковь, доверяя родителям, что вот мы тебя знаем, ты церковный человек, наш прихожанин, поэтому ты хочешь ребенка принести в храм, уже с детства хочешь делиться с ним дарами церковной жизни. Прекрасно, если эти дары принимаешь ты сам, то мы верим, что ты поделишься ими с малышами. Тут возникает вопрос, а если этот родитель церковных даров никогда не просит, он не просил никогда причастия, он сам на самом деле не живет церковной жизнью, он не разделяет всерьез церковную веру и церковные учения и не знает и даже не интересуется, ну как он сможет передать ребеночку то, чего он сам себя лишил?
Лолита Милявская: Священник не может знать всех прихожан. Поскольку существует такса за то, что люди заходят – да? – в церковь, есть отпевание, оно стоит столько-то, есть… Она должна существовать, она отделена от государства, я не вижу плохого в этом.
Протодиакон Андрей Кураев: Я скажу, что одна из причин, почему я уже двадцать лет воздерживаюсь стать священником, одна из причин, это то, что я буду обречен на профессиональную ложь ежедневно. А именно, каждый раз, когда мне будут вносить покойника в храм, я должен…
Лолита Милявская: Вы за деньги будете его отпевать.
Протодиакон Андрей Кураев: И произносить страшные слова: Сие есть чадо мое по духу. Простите, я этого человека впервые в гробу увидал.
Лолита Милявская: А как должно быть?
Протодиакон Андрей Кураев: Какое он мое чадо по духу?
Лолита Милявская: То же самое с крещением, огромная очередь. И как можно поговорить со всеми родителями?
Протодиакон Андрей Кураев: Различие вот в чем, покойника принесли мне, я уже ничего не могу исправить. Когда же приносят малыша, то сейчас Церковь наша, было решение синода в декабре минувшего года 2011-го, о том, что необходимо с крестными родителями перед крестинами ребеночка и со взрослыми, желающими креститься, провести обязательные просветительские беседы. Надо спросить: Ты понимаешь, зачем ты пришел? Мотив твоего крещения? – Кто-то говорит: Я пришел креститься, потому что мне бабки-экстрасенсы сказали: пойди энергетикой зарядись.
Лолита Милявская: Кто-то ангела-хранителя хочет и просит для ребенка благодати.
Протодиакон Андрей Кураев: У кого-то там нянька отказалась сидеть, если дитя некрещеное будет. У кого-то, понимаете, повод, чтобы свою этнонациональную идентичность продекларировать или друзей собрать, поляну накрыть. И они говорят: Батюшка, не затягивай, у нас там уже водка согревается, и так далее, скорее надо. То есть, человек убежден: я тебе – попу – заплатил, обслужил, сделай мне духовненько. Вот этого не должно быть – такого низменного потребительского отношения к Церкви.
Лолита Милявская: Я с Вами согласна, в этом абсолютно. Но тут в другом дело. Ведь Бог принимает на себя новую душу, и Он ответственен, да? Душа встречается с Богом напрямую. И родители могут быть кем угодно.
Протодиакон Андрей Кураев: Нет, кем угодно не должны быть.

Анастасия Волочкова: Я считаю, что все люди, которые хотят иметь детей, и пользуются суррогатной матерью, такой возможностью, чтобы ребенок появился на свет, чтобы он появился от любви, и чтобы он жил в любви. Мне кажется, ничто не может этому препятствовать. И просто у меня к Вам вопрос господин Кураев. Вот если есть возможность иметь детей, и хочется это сделать, и хочется подарить ребенку жизнь, любым способом. Лучше это сделать или отказаться от этой идеи?
Андрей Кураев: Я не считаю, что цель оправдывает средства. В Вашем выступлении было очень инетересное слово «если он для этого пользуется суррогатной матерью». Вот нельзя пользоваться человеком.
Анастасия Волочкова: Ну, извините, не пользуется. Хорошо. Прибегает к помощи.
Андрей Кураев: Слова были сказаны именно такие.
Лолита Милявская: Я поняла. Вот сколько людей, вот смотрите. Есть люди, в интернете есть объявления: «Двое детей, кормить нечем». Государство не заботится. Пособие минимальное, не могут получить ведь ничего. Или еще муж бросил, а детей поднять надо. И вот здесь суррогатное материнство.. там есть цены..
Андрей Кураев: И вот здесь появляются такие объявления. Это сегодня из интернета. Цена суррогатного материнства в нашем центре с ЭКО колеблется в пределах 600 000 рублей.
Лолита Милявская: Смотрите, но за эти 600 000 рублей..ну, хотя это не важно, мать за эти деньги поднимет двоих детей, сделает ремонт в квартире..
Андрей Кураев: Анастасия сказала о детях инвалидах. Но медицинская статистика безжалостна. 75% детишек зачатных в результате экстракорпорального оплодотворения становятся инвалидами. Это тоже при нынешних технологиях проблема. Но вновь говорю, главное все-таки, это вопрос цели и средства. Вот поэтому меня не интересуют подробности интимной жизни кого-то. Вопрос в этической оценке. Причем я хочу (это уже в Вашу сторону) обратить внимание, что по этому вопросу есть очевидный конфликт в позиции государственной политики в России и церкви. Президент Медведев подписал закон, разрешающий суррогатное материнство, это было в ноябре 2011 года. Церковь с этим не соглашается. Это к вопросу о том, что якобы там церковь обслуживает Кремль, то ли наоборот Кремль и президент на побегушках у патриарха. Это не так. По очень серьезному вопросу. Гораздо более серьезному, чем проблемы той или иной церковной недвижимости. Есть серьезные расхождения. И мне бы хотелось, чтобы предметом общественной дискуссии.. закон был принят без особых дискуссий. Я благодарен Вам, Лолита, благодарен Филиппу Киркорову, тому, что произошло промыслом Божьим, то, что в результате вот этого вроде бы медийного скандала, серьезная этическая проблема..
Лолита Милявская: Согласна.
Андрей Кураев: .. стала предметом серьезного обсуждения. И вопрос цели и средства. Цели, предположим, хорошей..
Лолита Милявская: А я узаконивания..
Андрей Кураев: Но не слишком ли они эгоистические, эти цели? И не слишком ли высока цена? Расскажите, пожалуйста, о чувствах отца донора, который отделяет от себя семенной материал, чтобы послать заграницу за океан. Какие там чувства высокие?
Анастасия Волочкова: Да потому что он сам… ну как высокие чувства. Может, по какой-то причине человек не может сделать так, чтобы ему женщина родила..
Андрей Кураев: В детский дом идешь и берешь уже реального ребенка.
Анастасия Волочкова: Так вот Вы знаете, можно я Вас перебью? Вы считаете, что чужой ребенок, взятый из детского дома, непонятно от каких родителей..
Андрей Кураев: Я воспитывался еще в советской школе, и мне там говорили, что чужих детей не бывает.
Анастасия Волочкова: Ну, Вы знаете, да, но если опять же у Вас такое убеждение, а у людей другое, почему же человек не имеет права на свой поступок?
Андрей Кураев: А я тот человек, который обращается к людям с убеждениями, в надежде повлиять на эти убеждения. Я же не зову полицию и говорю, арестуйте этого суррогатного папу.
Анастасия Волочкова: А Вы знаете, мне кажется, каждый человек сегодня живущий на Земле имеет право принимать свои решения, жить свободно, жить так, как ему нравится. И не имеет никто права судить.
Андрей Кураев: Безусловно. Но тогда зачем говорить, что ты разделяешь убеждения христианской церкви?
Лолита Милявская: Ну, если он разделяет? Правда разделяет.
Андрей Кураев: Одно из этих убеждений христианской церкви в том, что суррогатное материнство – это грех.
Лолита Милявская: Где это написано?
Андрей Кураев: В основах социальной концепции русской церкви.
Лолита Милявская: Вы можете сейчас привести Писания Священные, Библию? Нет, вот те древние документы, на которые мы опираемся, как на настоящие документы.
Андрей Кураев: К сожалению люди изобрели множество грехов неизвестных ветхозаветным патриархам. Во-первых, в Библии не описан запрет не использование ядерного или бактериологического оружия.
Лолита Милявская: Это же личное дело Киркорова, его желание.
Андрей Кураев: Нет, пока он не пошел в церковь, это было личное дело. Он вошел в церковь, и церковь поэтому имее право ему сказать, вот этот поступок, не желание крестить ребеночка, нет, это хорошо. А вот то, что он тут же в храме, как видно по видеозаписи, говорит я еще и второго ребенка, мальчика, так теперь вот закажу.
Лолита Милявская: Да он воодушевлен.
Андрей Кураев: Не тем. Не Святым Духом он воодушевлен. Церковь имеет право ему об этом сказать.
Анна Берсенева: Может быть, я ошибаюсь, Андрей Вячеславович, но я слышала, что церковный венчаный брак может быть расторгнут в том случае, если пара бесплодна. Вот не кажется ли Вам, что это гораздо больший грех, чем дать возможность этой паре попробовать все способы все-таки иметь детей, если они этого хотят?
Андрей Кураев: В Ваших словах прозвучало что бесплодная пара должна испробовать все способы – вот не согласен я с этим. Не все, что можно, то можно. Есть нравственные ограничения у людей. Этим отличаемся от животных. Зигмунд Фрейд когда-то сказал, что культура – это система табу, ограничений, налагаемых на себя людьми. Замечательно, по поводу Вашего гимна прогрессу есть очень хорошие слова Андрея Вознесенского: «Все прогрессы реакционны, если рушится человек». Вот и в данном случае, как бы ни менялись технологии, в том числе репродуктивные, а человеком надо оставаться. Аксиомы остаются. Аксиома такая – нельзя торговать людьми. И эта норма, например, она есть во французском законодательстве. Французские законодатели запрещают суррогатное материнство на территории Франции именно с этой формулой, потому что это нарушает принцип неотчуждаемости человеческого тела.
Лолита Милявская: Простите, откуда знания приходят? Не от Господа ли?
Андрей Кураев: Бог дал человеку способность думать, как и способность любить и дар свободы. А вот куда я эти дары направлю.. могу спустить в канализацию, к сожалению. И поэтому не надо считать, что Бог одобряет любой предмет моего действия.
Лолита Милявская: А интернет одобряет?
Андрей Кураев: Не знаю. Как я им пользуюсь, от этого зависит.
Лолита Милявская: А Вы пользуетесь им.. Вы же пишете там, вы Киркорова назвали разными словами, ну это же тоже неправильно.
Андрей Кураев: Разное бывает. Поэтому то,что мы с вами существуем, не означает, что любой результат нашей жизни от Бога. Мы можем грешить, в том числе и ученый может согрешить и создать нечто, что принесет горе людям. Отравляющие газы например.
Лолита Милявская: Получается, и Вы тоже грешите?
Андрей Кураев: И я грешу.
Владимир Соловьев: Господи, какое страшное открытие.
Константин Сытнев: Так почему же отказывать тем людям, которые хотели бы иметь своего собственного генетически родного им ребёнка?
Соловьев: А я запомнил главное: если дают рыбу-змею – это напоминает поход в китайский ресторан.
Протодиакон Андрей Кураев: Во-первых, если к вам придет ваш взрослый сын и скажет: «Пап, ты знаешь, я педофил. Купи мне, пожалуйста, ребёнка для сексуальных утешений!».
Сытнев Вы сравниваете рождение ребёнка, Андрей Вячеславович, с педофильскими утехами?
Протодиакон Андрей Кураев: Я говорю, что суррогатное материнство это игрушка богатых гомиков. Вот об этом я говорю.
Сытнев: Вы знаете, это мягко говоря, мягко говоря, небрежное сравнение.
Лолита Милявская: Ну, нельзя это, отец Андрей, нельзя это.
Протодиакон Андрей Кураев: Можно, а вы что, не знаете целей этого?
Лолита Милявская: Нет, конечно.
Протодиакон Андрей Кураев: А вы что не знаете целей этого?
Лолита Милявская: Я не то, что не знаю.
Протодиакон Андрей Кураев: Увы, богатые гомосексуалисты, которые не могли родить детей естественным образом, на старости лет в них пробуждаются остатки нормального отцовского чувства, и они себе покупают такие игрушки. Не для сексуальных целей.
У человека есть естественное право что-то сделать. Покушать — естественное право. Кушайте, пожалуйста, но не детей.
Константин Сытнев: Так кто же кушает детей?
протодиакон Андрей Кураев: нет в мире более сильной связи, чем связь матери и ребёнка, выношенного ею. И Вы эту связь разрываете. За ваш гонорар. Вы свой кошелёк, ваше право на бесчестие сейчас защищаете! Лолита Милявская: Можно я скажу самую помойную вещь? Простите, самую помойную вещь, которую я сейчас в прямой эфир конечно, а вот на Владивосток они вырежут. Что делать с теми священниками, которые являются геями, и они служат честно, искренне, и любят людей, и служат Богу, но они геи.
Протодиакон Андрей Кураев: Вот пусть их Киркоров усыновляет.
Лолита Милявская: Так, подождите. Причём, я говорю сейчас о церкви, и они служат службы, и часть из них мои друзья, и ничего плохого я не могу сказать, они, ну это же как-то относится к церкви. Вроде бы как это всё против.
Я не Бог, я его частица, я вообще создана по образу и подобию, а значит и геи и все остальные, созданные по образу и подобию Бога. Значит ему так угодно, и удобно.
Протодиакон Андрей Кураев: Я не знаю, это хорошая черта или плохая черта в жизни Русской Православной церкви. Но у нас нет тайной полиции, которая бы следила бы за ночной жизнью своих священников. Если есть доказательства – такие люди извергаются из сана.
Константин Сытнев: И мой вопрос: угодно ли было Богу зачатие Алла-Виктории, и угодно ли было Богу её рождение, угоден ли этот ребёнок Филиппа Бедросовича Киркорова Богу? Скажите, пожалуйста, это мой вопрос.
Протодиакон Андрей Кураев: Поведение людей, которые за деньги ил как-то иначе отдают генетический материал в чужую матку, а потом оттуда забирают после периода инкубации – это поведение греховно. Дети за этот грех своих псевдо родителей не отвечают.
Лолита Милявская: Простите, отец Андрей. А душа от Бога?
Протодиакон Андрей Кураев: Душа от Бога.
Лолита Милявская: А если душа от Бога, то получается, что генетический материал мой не имеет значения.
Протодиакон Андрей Кураев: Вы знаете сколько детей рождаются в результате изнасилований? Что, изнасилование от Бога?
Лолита Милявская: Эээ, думаю от дьявола, но, ведь всё-таки душа здесь…
Протодиакон Андрей Кураев: Вот так и здесь, суррогатное материнство – это изнасилование самой сути человечности.
Лолита: Это сестринские …
Владимир Соловьев: Пожалуйста. Сестринский долг за деньги, да.
Протодиакон Андрей Кураев: В дочки-матери за деньги сыграют.
Лоита: суррогатные матери делают это добровольно
Протодиакон Андрей Кураев: Но тебе вот, денежками вот перед тобой вот шевелят, да? А потом вот говорят: «Это она сама согласилась, добровольно». И это не грех, да?
Лолита Милявская: Заботилась о людей так, чтобы они не стояли перед фактом.
Владимир Соловьев: Отец Андрей, как быть современному человеку, когда ему понять что да, вот здесь я соответствую православию, а вот тут дорогие друзья, это начетничество, придумка за православие, моя собственная трактовка православия, которая имеет право, как отношение к литературному памятнику, но не имеет никакого отношения к стройному зданию христианской религии?

Протодиакон Андрей Кураев: Есть среди многих критериев, вот как понять Бог, к которому обращаются – настоящий или нет? Ведь есть риск обращения к идолу. Идолу не каменному, а ментальному, которого я сам создал в своей голове. И один из критериев отличающего Бога от идола, если я вижу, что Бог не похож на мои ожидания. Вот если я встретил Бога, а он во всем похож на то, что «я тебя слепила из того, что было»
Это идол, созданный, соответственно, для надлежащих целей. Соответственно, у настоящего религиозного человека должно быть мужество услышать «нет» на свои просьбы, моления и «Бог другой, чем я думал», и «мои желания, оказывается, далеко не все мои хотелки от Бога». Вот, если эта готовность отойти назад, сказать «да, Господи, воля не моя, а твоя да будет», если эта готовность есть, это признак, действительно, религиозного человека. Если же топают ножкой, «будь по-моему», это не религия – это магия. Различают религиоведы религию от магии. Религиозный человек, какой бы религии он не принадлежал, он обращается к тому, кого он считает выше себя и не подвластным своей воле. А колдун приказывает – «Встань передо мной, как лист перед травой». К сожалению, у очень многих людей сегодня отношение к церкви чисто магическое – «вы обязаны меня обслужить». Упаси Господь, церкви сказать, что у нас есть система убеждений. А ты даже не хочешь с ними познакомиться. Вот, что странно. У любого клуба…
Владимир Соловьев: А система убеждений это то, что Моцарт – попса?
Протодиакон Андрей Кураев: В данном случае, скажем так, у нас есть система убеждений, а есть у каждого из нас святое право время от времени давать «петуха».
Владимир Соловьев: По крайней мере, критично.
Лолита Милявская: Тем не менее, чаяния Филиппа Киркорова иметь ребенка услышаны были Господом Богом. Иначе бы этот процесс не закончился бы оплодотворением.
Протодиакон Андрей Кураев: Чаяния Чикатилы тоже были услышаны – он таких детишек ему послал вовремя, Чикатиле.
Владимир Соловьев: Давайте сделаем храм в интернете. Зашел, так… креститься… заплатил переводом немножко денег e-money и получил e-крещение. О! Модненько! Может, пора?
Протодиакон Андрей Кураев: В общем-то, это правда. Это тот выбор, который уже 20 веков стоит перед церковью. Есть аргументы, и очень серьезные, — это отнюдь не только ерничество – аргументы в том, чтобы пойти в ногу с конкретными пацанами, которые сейчас у власти. В том IV веке или XII, или в XV. В любом. Чтобы быть модными комиками и так далее, которых народ почитает и над шутками смеется и так далее. С новыми открытиями новых теософов и так далее. Но надо иметь мужество для того, чтобы не быть современником. Как Марина Цветаева сказала: «У меня есть право не быть собственным современником». Для меня важнее быть современником с апостолами, с Христом, с Серафимом Саровским, с Сергием Радонежским. Для меня это больше радость, чем быть современником с Фабрикой звезд, скажем так.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 386 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →