Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Как я поспал на приговоре

На этом надо поспать
sleep on it.

Я решил последовать этой английской поговорке. И к пяти утра вызрело решение о моих дальнейших действиях.

Спойлер: третья серия будет :)

А. Ф. Кони про "эффект Барбары Страйзанд"

"По неисповедимым судьбам русского печатного слова генерал Шидловский, сколько мне известно, совершенно чуждый литературе, был в 1871 году назначен начальником главного управления по делам печати. В июле 1871 года, занимая должность прокурора Петербургского окружного суда, я получил сообщение петербургского цензурного комитета с требованием возбуждения уголовного преследования против редактора юмористического журнала «Искра» по обвинению его в кощунстве, выразившемся в напечатании в течение истекших четырех месяцев двух стихотворений кощунственного содержания.

Комитет сообщал, что обращается ко мне с таким, очевидно, запоздалым, требованием по указанию «высшего начальства» и что хотя ст. 182 Уложения о наказаниях, карающая за кощунство, и не может применяться буквально к поступку редактора, так как в ней говорится о язвительных насмешках над обрядами церкви, к каковым нельзя отнести употребленных «Искрой» выражений, но что преследование представляется необходимым для поддержания принципа недозволительности кощунственных выходок вообще. В присланных комитетом номерах «Искры», в это время едва влачившей свое существование, были помещены два весьма слабых по форме стихотворения, в одном из которых горячие поклонники только что возникшего учения о непогрешимости папы взывали к господу о сохранении светской власти римского первосвященника и о недопущении перенесения столицы Италии в Рим, призывая в молитвенных возгласах все муки ада на итальянское правительство, состоящее «из супостатов и чад ереси, дерзающих взять в десницу жезл светской власти»; а в другом, очевидно, навеянном недавней Франко-прусской войной, говорилось, что дух Старины и обскурантизма воскрес из праха и возобновил век Скалозуба и что благодаря этому опять вошел в свои права милитаризм, высшей доктриной во главе всех наук стала пушка, а общим идеалом немецкий капрал, причем эти утверждения оканчивались возгласом: «Воистину воскрес!».

Нужна была особая и предвзятая односторонность взгляда, чтобы в этой грубоватой дани злобе дня усмотреть поругание обрядов христианской веры. Поэтому я представил министру юстиции, согласно закону о печати 1866 года, о том, что не считаю возможным возбудить преследование против «Искры», так как суд и обвинительная власть должны иметь дело с конкретным преступлением, точно обозначенным в законе, и в задачу последней не входит привлечение кого-либо к ответственности без фактических оснований, а лишь для поддержки принципа недозволительности тех или других выходок.

Вместе с тем я указывал на то, что подобный образ действий — ad majorem censurae gloriam — неминуемо повлечет за собой оправдательный приговор и обратит путем судебного разбирательства внимание общества на легковесные в сущности стихотворения, конечно, давно уже позабытые немногочисленными читателями мало распространенного и давно утратившего прежнее значение журнала. Копию с моего представления я послал в цензурный комитет.

Через некоторое время прокурор судебной палаты В. А. Половцов рассказал мне, что при свидании с начальником главного управления по делам печати ему пришлось выслушать самые ожесточенные нападения на меня со стороны генерала Шидловского, который доказывал ему, что я обязан начать преследование, не рассуждая, и сказал в заключение: «Ваш прокурор — не прокурор, а нигилист!» — «Вы, я думаю, не ожидали подобной оценки?» — спросил меня, смеясь, Половцов. «Напротив, — ответил я, — именно ничего другого я не ожидал»".

МИРОВЫЕ СУДЬИ (Том 1 "Из записок судебного деятеля")
https://dslov.ru/txt/357/t357_13.htm

Шидловскому как Тульскому губернатору Салтыков-Щедрин посвятил свои строки, и в итоге Шидловский вошел в русскую историю как «Помпадур» и «губернатор с фаршированной головой».
см. https://btula.ru/fn_318465.html

Когда поэзия в коме

АРХИЕПИСКОП ПИТИРИМ (Павел Волочков, член Союза писателей России).

ЗАМОРСКИМ СУДЬЯМ

Уж сколько раз стремились полозы
Россию нашу запугать.
Но не сломили злые образы
Бесов заморских нашу рать.

Пройдёт зима, и слава Господу,
Мы с ним в единстве не умрём!
Заморский суд не Божий, попусту
Трещит по швам, нет проку в нём.

Наступит лето, землю вспашем мы,
И будет Божий урожай.
И хлебосольностью украшены
Все улыбнёмся невзначай.

Россия - Матушка великая,
Бескрайностью своей сильна,
С любовью смотрит светлоликая
На жителей Земли она.


***

1. Полозы это милые неядовитые ужики..
2. Фраза "слава Господу, Мы с ним в единстве не умрём!" отдает богоборчеством. Обычно христиане мечтают умереть в единстве с Господом.

Хейтинг и аборты

В современном мире пробуют запретить слова и речи ненависти. Слова, дегуманизирующие оппонента и лишающие его человеческого статуса.

В самом деле, человеку трудно убить человека, но легко убить носителя какого-то ярлыка.

Так вот, женщина, которая желает стать мамой, с первых признаком беременности называет ощущаемую в себе новую жизнь малышом и говорит ему слова любви.

А та женщина, которая готовится малыша продать или убить, конечно называет его "эмбрионом". Это подготовка к локальному или глобальному убийству (локальное - изгнание из своей жизни, глобальное - из жизни вообще). И, значит, это терминология хейтинга.

***
Лишенный сана священник РПЦ Андрей Кураев в эфире НСН рассказал, что РПЦ пыталась запретить аборты, но этому помешал тогда еще действующий вице-премьер Сергей Приходько.
Путин: Важно не только отговорить от аборта, но и помочь в воспитании

«На днях бывший вице-премьер ушел из жизни. Он известен, в частности, тем, что блокировал законопроект, предусматривающий ограничения на аборты в России. Была идея хотя бы исключить аборты из бесплатных медицинских услуг, но Приходько не дал этого сделать. Это не мешает патриарху Кириллу очень тепло о нем отзываться. Это показывает степень решительности РПЦ в отстаивании тех или иных ценностей. Может, это и на благо обществу, что РПЦ только на словах может что-то требовать», - отметил он.

Собеседник НСН напомнил, что для всех религий мира аборт считается действием по отношению к человеку, а не к «безымянной биомассе».

«Надо сказать, что в российских законах есть противоречие, что в ряде случаев эмбрион оказывается наделен правами человека. Скажем, в вопросе наследования. Хотя бы поэтому проблема сложнее, чем кажется на первый взгляд. Все мы знаем, что женщина с первых же признаков беременности очеловечивает ребенка, но только когда он желанный. А так должно быть всегда», - заключил Кураев.
https://nsn.fm/society/polza-dlya-obschestva-kuraev-obvinil-rpts-v-nereshitelnosti-po-zapretu-abortov

***
"Комикс о женившихся друг на друге принцессах для детских библиотек Украины приобрели в рамках госзакупки книг на общую сумму 666 тысяч гривен.

Министерство культуры Украины и «Украинский институт книги» закупили 1240 экземпляров книги «Принцесса+принцесса: долго и счастливо» для детей от 5 лет, сообщили на сайте общественного движения «Всі разом!».

В ответ на запрос движения в Минкульте подтвердили, что комиксы на тему ЛГБТ-отношений действительно были приобретены за госсредства и разосланы в детские и школьные библиотеки по всей Украине.

Автор книги – новозеландская писательница и илюстратор Кейт О'Нилл

Перечень книг, в который вошла необычная «сказка», был утвержден Кабмином еще 5 июля 2019 года.

https://spzh.news/ru/news/77259-pravitelystvo-ukrainy-tratilo-byudzhetnyje-sredstva-dlya-propagandy-lgbt-detyam

(православный киприот, правда, не смог обойтись без привирания: 666 000 это стоимость семи разных изданий см https://vsirazom.ua/news/ponad-tisyachu-knizhok-pro-divchat-lesbijok-zakupiv-ukra%D1%97nskij-uryad-dlya-dityachih-bibliotek)

У ПЦУ появился шанс показать, что они умеют драться не только с православными...

"Ублюдки" бывают разные

Июнь 1929 года. На 2 Съезд Союза безбожников в Москву приехало 956 человек. Среди выступающих - Бухарин, Калинин, Луначарский.

На этом съезде В. Маяковский произнес слова "На бога - вот лозунг сегодняшнего писателя". Увы, до пули оборвавшей жизнь действительно великого поэта, оставалось менее года.

Кроме делегатов в зале были и приглашенные гости. Как писала "Правда" - "На две тысячи людей затесался один ублюдок. "Исповедник", пожелавший остаться неизвестным, прислал с галерки в президиум лаконичную записку: "Горе тому, кто идет против Создателя". Записку огласил Максим Горький, съезд ответил на нее взрывами негодующего смеха" (Правда, 11 июня 1929).

В этой же статье безбожие названо "религией будущего, к которой неотвратимо движется мир".

Читаем приговор. ч.20 (забытая). Лука М.

(кажется, забыл опубликовать вот эту часть):

Четвертый пункт обвинения под заголовком «цитаты, носящие характер церковного правонарушения» сформулирован так:

«Употребление бранной лексики в адрес архиепископа Запорожского Луки: «Лука Мудищев-Запорожский» (неоднократно)
https://diak-kuraev.livejournal.com/1869921.html (Дата публикации: 25.12.2017)
https://diak-kuraev.livejournal.com/1881123.html (Дата публикации: 06.01.2018)
https://diak-kuraev.livejournal.com/1879783.html (Дата публикации: 05.01.2018)
Всего не менее 11 публикаций с этим словоупотреблением».

«Лука Мудищев» это не бранная лексика. Это устойчивое словосочетание из истории русской литературы. Ну как «князь Андрей», «Пьер Безухов», «унтер-офицерская вдова», «человек в футляре», «старуха процентщица» и т.п. С точки зрения упоминания, «Лука Мудищев» = «Иван Дурак» = «Елена Прекрасная».

Восходит оно к Ивану Семёновичу Баркову (1732—1768) — русскому ученику Михаила Ломоносова. Именно ему обычно приписывается авторство поэмы «Лука Мудищев». Впрочем, порой в этой поэме видели руку А. С. Пушкина.

Или, неопределеннее: «афористические формулировки, незаурядное мастерство владения словом, тонкое пародирование Пушкина (или подражание ему) — все это делает поэму интересной страницей вольной русской поэзии XIX в. … Все варианты «Луки» обнаруживают поразительное сходство с пушкинским стихом 1830-х гг. (лирикой 1830—33 гг. и двумя поэмами: «Езерский», 1832 и «Медный всадник», 1833). Данное сходство, разумеется, вовсе не означает, что мы хотим приписать авторство «Луки» Пушкину; о подобной атрибуции не может быть и речи — пушкинская эротическая образность и юмор много утонченнее и не имеют ничего общего с грубым натурализмом «Луки». Куда справедливее будет предположить, что вышеупомянутые поэмы Пушкина способствовали созданию «Луки»». http://mai.exler.ru/barkoviana/luka_preface.html

В современном русском языке нет слова «мудищев» ни в бранном, ни в каком-то ином контексте.
Если читатель пожелает разобрать на части целостный устойчивый мем «Лука Мудищев», он сможет найти редкое, но вполне литературное слово «мудо», заимствованное из церковно-славянского языка https://ru.wiktionary.org/wiki/%D0%BC%D1%83%D0%B4%D0%BE

Конечно, отсылка к миру барковианы не есть комплимент. Но:

1. Мир барковианы по определению не известен церковным людям, и потому не может быть понят монахом Лукой (я был уже студентом, когда впервые услышал эту поэму. Именно услышал: с родителями я был в гостях у их друзей; зашел сосед хозяина (майор КГБ) и под всеобщий смех зачитал несколько самиздатских страниц с этим текстом; с тех пор я в курсе, что русская литература бывает и такой). А, значит, вряд ли может быть им воспринят как «бранная лексика».

2. В деятельности митрополита Луки я не вижу оснований для комплиментов.

Суд, как всегда, не обращает внимания на причины моих реакций и оценок и не пробует понять, почему, слыша про запорожского Луку, я вспоминаю Луку Мудищева, а не официальный титул Его Высокопреосвященства.

А причины таковы:

В 2009 году прибыв в Сумы в гости, он начал Литургию с громогласных проклятий в адрес настоятеля местного собора (https://diak-kuraev.livejournal.com/1881123.html)

Далее он издал послание, в котором протестовал против того, чтобы Украина впервые на официальном государственном уровне объявила праздниками Рождество не только по старому календарю (7 января), но и по новому (25 декабря). Это его послание я привел в той самой записи, которую Решение суда упоминает первой (https://diak-kuraev.livejournal.com/1869921.html) И дал такой комментарий: «Владыка, ну какое ж ваше дело до чужих праздников? Вас же там танцевать не заставляют! Но своим дурацким обращением вы подставили всю церковь. Ей, оказывается, мало своего. Нет ей счастья, если и у соседа все хорошо. Вы явили свойство тоталитарного мышления. Социально опасного. Дай таким людям власть - они не будут знать пределов».
Однако, едва произнеся горячую проповедь с призывом не отмечать новостильное Рождество, митр. Лука тут же уехал в Венгрию, где рождественскую службу провел именно по новому стилю (https://diak-kuraev.livejournal.com/1875069.html).

Он запретил в служении священника за то, что тот в День Победы появился с георгиевской ленточкой, хотя еще недавно митр. Лука с ней ходил сам (https://diak-kuraev.livejournal.com/1267435.html).

Кстати, во время Великой Отечественной войны советские военнослужащие прозвали «Лукой Мудищевым» фугасный реактивный снаряд М-31 (к установке-модификации "Катюши") https://nvo.ng.ru/history/2010-03-05/12_katusha.html. и http://samlib.ru/w/wasilxew_wjacheslaw_wasilxewich/katysha.shtml). Другое фронтовое прозвище этого снаряда «Андрюша», что тем более интересно, так как митрополит Лука, как и я, в миру зовется Андрей Вячеславович.

Он запретил отпевать годовалого младенца, крещеного у филаретовцев (https://diak-kuraev.livejournal.com/1882512.html и https://diak-kuraev.livejournal.com/1880615.html).

Еще прекрасное от него: "Константинопольская Церковь, как Церковь-Мать, учредила Церковь на землях Киевской Руси, но при этом мало того, что никогда не давала Ей афтокефалию, так еще и пыталась Ее уничтожить. Как кукушка выбрасывает своих птенцов из гнезда, так и Она поступила с нами".
Ну да, именно кукушка и именно своих птенцов выбрасывает из гнезда...

И, наконец, вот эта фраза митр. Луки: «Сейчас Фанар намерен действовать на канонической территории Украинской Православной Церкви, мотивируя это тем, что Константинополь для нас – «Церковь-Мать». Однако давайте разберемся, что же это за «Мать», которая некогда отдала «Дочь» за соболя и золотые монеты».

Моя реакция: «А как тогда назвать того "папика", который покупает девушек за соболя и золотые монеты? Да еще и против их желания. Ну, и назвать свою митрополию продажной девкой - это тоже круто. Ну не Мудищев ли сей Лука?» (https://diak-kuraev.livejournal.com/2150271.html).

Вывод: использование мною мема «Лука Мудищев» это не брань, а эвфемизм, т.е. средство избежать бранных слов.

И уж точно не запорожскому казаку обижаться на фамильные прозвища. Традиция Сечи донесла до нас гораздо более звучные имена.

***
предыдущие записи с разбором приговора

https://diak-kuraev.livejournal.com/3196374.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3200083.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3202070.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3204054.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3204954.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3205547.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3208025.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3209380.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3210535.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3210916.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3211159.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3211366.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3212484.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3212585.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3213093.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3214516.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3214733.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3215700.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3216021.html
https://diak-kuraev.livejournal.com/3216379.html

Человек, который сделал себе лицо

На студенческих фотографиях, без бороды, Кирилл Вахромеев некрасив.



(крайний справа)

Но после сорока человек сам в ответе за свое лицо.

Митрополит Филарет стал настолько прекрасен, что моя мать, беседовавшая с ним лишь однажды, буквально влюбилась в него, и если вдруг видела его в телевизоре, то слушала до конца.

Из жизни пророков

Его строки знают все благодаря фильму «Ирония судьбы»:

Если у вас нету дома,
Пожары ему не страшны.
И жена не уйдет к другому,
Если у вас, если у вас,
Если у вас нет жены.

Первая книга Аронова «Островок безопасности» вышла в 1987 году, когда автору было 53 года. Вторая книга «Текст» увидела свет через два года. В предисловии к ней отмечено, что Аронов «не любит принимать жреческие позы. Он не считает себя ни пророком, ни проповедником, ни мэтром. Он не рвется на Олимп, локтями расталкивая своих собратьев и конкурентов. Он, если уж на то пошло, вообще никуда не рвется. И никогда не толкается…»

И все же он чувствовал свою силу настолько, что решился – после Пушкина, Лермонтова – написать третьего «Пророка»:

Он жил без хлеба и пощады.
Но, в наше заходя село,
Встречал он, как само тепло,
Улыбки добрые и взгляды,
И много легче время шло;
А мы и вправду были рады…

Но вот зеркальное стекло:

А мы и вправду были рады,
И много легче время шло;
Улыбки добрые и взгляды
Встречал он, как само тепло,
Но, в наше заходя село,
Он жил без хлеба и пощады.

Прочтите вслух, и вы увидите, как стихи – не меняя ни одной буквы! – повернутся вокруг «зеркальной строчки», и смысл слов – тех же самых! – изменится на противоположный.

Пред-новогоднее достоевское

Новый год в мире, смертельная болезнь в городе, суд надо мной...

Время рефлексии, воспоминаний, переоценок.

Ах, да, говорят, я предатель в рясе и иуда.

Что ж, вспоминаю, с чего всё началось.

Я на третьем курсе МГУ, и мне едва только мне исполнилось 18. Всерьез заболеваю Достоевским.

Книга, которая по-настоящему перепахала меня,— это «Братья Карамазовы». Я действительно болел ею. Две недели, пока читал, ничего, кроме этого, в голове не было. Я убегал с этой книгой из дома и прятался в соседней «районной библиотеке» - чтобы никто из домашних меня не видел и не отвлекал.

Но более всего меня поразила легенда о Великом инквизиторе. В этой легенде для меня сошлись все те философские проблемы, о которых я тогда думал.

Чудо, тайна, авторитет – три угрозы человеческой свободе. Все, что тогда меня пугало в жизни, сконцентрировалось в словах Великого Инквизитора.

Тема свободы очень важна для подростка, тем более для советского подростка позднебрежневских лет. Его Величество План. Государственное управление всем и вся. В теории и практике социализма ясно читалась несоизмеримость целей и средств: "если для блага человечества надо уничтожить половину человечества - мы готовы". Разум Партии для твоего блага и без тебя решает, что тебе читать и что тебе носить, когда и чему аплодировать и кого проклинать. И где тебе "исполнять свой интернациональный долг".

Дома на отцовском магнитофоне звучат Галич и Высоцкий, с каждым годом становясь всё понятней.

Социализм рекламирует себя как проект глобального и строго рационального переустройства мира - вопреки капиталистическому рыночному хаосу.

А ведь уже прочитано у Гегеля и про него:
Гегель: «Мировой Дух не обращает внимания даже на то, что он употребляет многочисленные человеческие поколения для работы своего сознания себя, что он делает чудовищные затраты возникающих и гибнущих человеческих сил: он достаточно богат для такой траты, он ведет свое дело en grand, у него достаточно народов и индивидуумов для такой траты» (Гегель. Сочинения. М.-Л., 1929-1958. т. 9, сс.39-40).

Реакция У. Джеймса: гегелевская вселенная напоминает пансионат на побережье – мир без какой-либо возможности уединиться; в этом мире нельзя не чувствовать легкого удушья. (цит. по: Barett W. What is existentialism? N.-Y. 1969, p. 25).

Реакция В.Белинского: «лучше умереть, чем помириться с ними. Субъект у него не сам себе цель, но средство для мгновенного выражения общего, а это общее является у него в отношении к субъекту Молохом, ибо, пощеголяв в нем (в субъекте), бросает его, как старые штаны. Судьба субъекта, индивидуума, личности важнее судеб всего мира и здравия китайского императора (т. е. гегелевской Allgemeinheit - всеобщности). Мне говорят: стремись к совершенству, лезь на верхнюю ступень лествицы развития, - а споткнешься - падай - чорт с тобою - таковский и был сукин сын... Благодарю покорно, Егор Федорыч, - кланяюсь вашему философскому колпаку; но со всем подобающим вашему философскому филистерству уважением честь имею донести вам, что если бы мне и удалось влезть на верхнюю ступень лествицы развития, - я и там попросил бы вас отдать мне отчет во всех жертвах условий жизни и истории, во всех жертвах случайностей, суеверия, инквизиции, Филиппа II и пр. и пр.: иначе я с верхней ступени бросаюсь вниз головою. Я не хочу счастия и даром, если не буду спокоен насчет каждого из моих братии по крови, - костей от костей моих и плоти от плоти моея. Говорят, что дисгармония есть условие гармонии; может быть, это очень выгодно и усладительно для меломанов, но уж, конечно, не для тех, которым суждено выразить своею участью идею дисгармонии» (Письмо В. П. Боткину от 1 марта 1841).

А тут - Достоевский с его "правом на глупость". Лев Шестов с пояснениями этого права. Семен Франк с критикой социализма именно за его рационализм, не оставляющий места и оправдания для индивидуального поиска.

А теперь вот и Карамазовы возвращают свои «билет» на будущее счастье, замешанное на невинной крови.

Я вдруг понял, что те искушения в пустыне, которые были предложены сатаной Христу, — это предельный, точный и емкий выбор.
И поэтому согласился с той характеристикой, которую Достоевский дал этому евангельскому персонажу: «дух сверхчеловечески умный и злобный».

Так сначала я признал существование сатаны. Но, как сказал Ставрогин – «а можно ли веровать в беса, не веруя совсем в Бога?». Но Ставрогин не мог читать «Великого Инквизитора». А я его прочитал. И если евангельский Христос смог отвергнуть эти искушения, значит, Он тоже сверхчеловечески умен, но добр. Пришло осознание Христа как Спасителя. Ощущение внутренней пустоты прошло, свет в окошке забрезжил.

Копились и аргументы, позволяющие отгородиться от назойливой навязчивости марксизма.
Очень помог Семен Франк. Первая его книга, которая мне попалась – парижский сборник его поздних работ «По ту сторону правого и левого» (1972). Его религиозные размышления я еще не понимал. Но его социально-этические мысли оказались мне очень близки и нужны. Согласие с ними расположило меня и к понуждению себя к пониманию его религиозной логики.

У Франка я увидел неожиданный переворот «научно-коммунистического» тезиса.

Коммунисты говорили, что владея всеми экономическими и политическими силами, они смогут перестроить жизнь общества на рационально-плановых началах. Франк не возражает. Да, сможете. Но что же произойдет с частной жизнью маленького человека при таком всеобщем плановом расчете? Как свобода его воли и его каприза будет учтена громадье планов? По его формуле социализм это рационализм государственного деспотизма:

«Замысел подчинить всю хозяйственную жизнь, все социальные отношения между людьми государственной власти, построить всю социально-¬экономическую жизнь планомерно с помощью государственного принуждения, вырождается в замысел деспотизма: нравственно возродить жизнь методами «тащить и не пущать». Он упускает при этом из виду, что жизнь есть не искусственное, рациональное построение, а органическое творчество — в том числе и нравственное — совершается только в стихии свободы, и что поэтому всякое подавление свободы парализует жизнь и, тем самым, силы добра, вне действия которых невозможно никакое совершенствование жизни. Из сказанного явствует, что дело тут не в каком-либо заблуждении в содержании социально-политической программы интегрального государственного социализма, а, в общем, социально-философском — в конечном счете, религиозно-философском — заблуждении утопизма, как такового, только частным случаем, которого является социалистическая утопия. Утопизм есть замысел в корне пресечь эту опасность через планомерное принудительное водительство общественной жизни единой направляющей разумной волей к добру. В сущности, именно в этом состоит чисто философская идея тоталитаризма» (Франк С. Л. Ересь утопизма // По ту сторону правого и левого. Париж, 1972, с. 93).


То есть дело не в «искажении» великой идеи социализма при его строительстве «в одной отдельно взятой стране», а в самой сути этой идеи. Для меня это означало, что не стоит слишком много надежд связывать со сменой Генерального Секретаря (Брежнев тогда очевидно доживал свои последние дни).

Меня удивило, что свою философию этот религиозный мыслитель называл «реализмом» (и в политике и в философии). И хотя понять и оценить его философию я еще не мог – именно его политические оценки мне показались именно реалистическими и трезвыми. И при этом он сам пояснял, что от политического фанатизма спасает именно сознательная христианская вера.

То, что на лекциях преподносилось как дурман, вдруг оказалось противоядием от пропагандистского дурмана, от тщеты утопических хлопот.

Позднее я узнал о замечательном эпизоде из его жизни, тем более удивительный, что в ту пору Семен Людвигович еще не был крещен (он – еврей):

«Раскаленные январские дни первой революции 1905 г., после несчастной кровавой провокации 9 января. Русский интеллигентский мир куда-то неудержимо несся в вихре стихийной, повелительно захватывающей революционной мобилизации. 9-го января высекло искру решимости у Эрна и Свенцицкого. Юные активисты явились на собрание в редакции «Вопросы Жизни». Обсуждалось отношение Церкви к текущим революционным событиям. Только что Св. Синод, еще под цензурой К. П. Победоносцева, опубликовал свое «Послание ко всем чадам Православной Церкви». Послание холодно-обличительное, как говорили тогда «казенное». Вот в какой сумасшедшей атмосфере происходило январское собрание кружка «Вопросов Жизни», где были и С. Н. Булгаков, и С. А. Аскольдов, и С. Л. Франк — участники «Проблем Идеализма» (1903 г.) и позднейших «Вех» (1909). Московские гости, Эрн и Свенцицкий выдвигали предложение об организации большой демонстративной панихиды по жертвам 9 января. Даже у умного Эрна сорвалась рискованная фраза: «в пику Синоду». Тут обычно молчаливый и вообще человек тихого голоса, С. Л. Франк, возвысил голос и запротестовал: «Молиться Богу «в пику кому-то», — этого я ни понять, ни принять не могу». Как холодной водой окатил разгоряченные головы. Все было затушевано шумным переходом к русскому чаю. И вся затея была забыта» .

Значит – выход все же не в политике. От коммунистов надо просто уходить «на другую планету». В другое измерение. Самому строить свою душу и жизнь без оглядки на них.

Для кого-то Христос в Его первом прикосновении это целитель. Для кого-то - устрашитель. Для меня он был Освободитель. Не от ада (мысли о нем в моем сознании тогда не было). Освободитель от засилия "актуальной текущей повестки дня". От массовой пропаганды. От безликости. "Я поднял глаза к Небу, чтобы увидеть - видят ли меня".

И у Христа есть очевидный недруг - государственный Левиафан. Великий Инквизитор. Авраг моего врага - мой друг"

Гонимая и униженная церковь, вдобавок просто отсутствующая в повседневности советских людей тех лет, с этим Левиафаном и Инквизитором, казалось, не может иметь ничего общего. И вообще Инквизитор он там, далеко, в Севилье и у католиков.

В этом я ошибся. Севилья (а не Москва) у Достоевского появляется в том числе и по цензурным соображениям.

"В этом и есть самая основная черта римского католичества: «всё, дескать, передано тобою папе и всё, стало быть, теперь у папы, а ты хоть и не приходи теперь вовсе, не мешай до времени по крайней мере. Ты дал нам право связывать и развязывать... Нет заботы беспрерывнее и мучительнее для человека, как, оставшись свободным, сыскать поскорее того, пред кем преклониться. Но ищет человек преклониться пред тем, что уже бесспорно, столь бесспорно, чтобы все люди разом согласились на всеобщее пред ним преклонение. Ибо забота этих жалких созданий не в том только состоит, чтобы сыскать то, пред чем мне или другому преклониться, но чтобы сыскать такое, чтоб и все уверовали в него и преклонились пред ним, и чтобы непременно все вместе. Вот эта потребность общности преклонения и есть главнейшее мучение каждого человека единолично и как целого человечества с начала веков".

Вокруг меня не было ни одного церковного человека. И поэтому мое обращение ко Христу было "единолично". Никто из рясофорных отцов не рожал меня во Христе Иисусе. И я, тая свою рождающуюся веру даже от семьи, вовсе не чувствовал в себе пафоса Данко. Это так хрупко, так моё...

Минуло почти 40 лет. Кто изменился? Да никто.

Я остался верен "Легенде". В ней Христос "вместо того чтоб овладеть свободой людей, ты увеличил им ее еще больше! Ты возжелал свободной любви человека, чтобы свободно пошел он за тобою. Вместо твердого древнего закона — свободным сердцем должен был человек решать впредь сам, что добро и что зло, имея лишь в руководстве твой образ пред собою. Ты не сошел с креста, когда кричали тебе, издеваясь и дразня тебя: „Сойди со креста и уверуем, что это ты“. Ты не сошел потому, что опять-таки не захотел поработить человека чудом и жаждал свободной веры, а не чудесной. Жаждал свободной любви, а не рабских восторгов невольника пред могуществом, раз навсегда его ужаснувшим".

Как, приняв это, потом радоваться "двушечкам", цензурным заверткам, пьянкам с генералами, поздравлениям гулаговских ветеранов и их преемников?

Так что повторюсь: в этой своей "первой любви" я не изменился.

Церковь по сути тоже не стала иной. Церковь и в СССР была с Левиафаном, но поскольку она вообще была малоприметна, то и эта ее связь тоже не бросалась в глаза. А если и примечалась - истолковывалась как навязанно-недобровольная и даже жертвенная.

Прошли годы, и оказалось, что это все же собственный и основной инстинкт и князей церкви и даже приходской массы: быть во власти и с нею, карать и "не допускать".

Церковная власть осталась верна своему инстинкту.

Просто я надеялся, что пройдя через опыт гонений, церковь будет смотреть на свою миссию глазами Достоевского (причем не его "Дневников писателя", а его романов). Я ошибся. Счел жажду инквизиторства навязанностью и пережитком. На деле она оказалась вполне органична и своя.

Но делать эту органику своей я все же по прежнему не хочу.