Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Крылья в землю

В Москве установили новый памятник поэту Сергею Есенину. Его автором стал скульптор Григорий Потоцкий, сам памятник находится на территории Музея имени Есенина. Скульптор назвал свою работу «Ангел русской поэзии», или «Реквием по Есенину». Потоцкий добавил к фигуре Есенина крылья, так что он, опираясь на них и прогибаясь в спине, «парит» над постаментом. Взгляд поэта устремлен в небо.




Этим памятником принято возмущаться. А мне кажется, он точен.
Это Есенин из "Москвы Кабацкой".

Памятник точно подходит к строке из "Гамлета" Высоцкого
Груз тяжких дум наверх меня тянул,
А крылья плоти вниз влекли, в могилу".


И еще - опять из Высоцкого. Гололед:

Гололёд на Земле, гололёд,
Целый год напролёт — гололёд,
Будто нет ни весны, ни лета.
Чем-то скользким одета планета —
Люди, падая, бьются об лёд.

Даже если планету — в облёт,
Не касаясь планеты ногами,
Не один, так другой упадёт —
Гололёд на Земле, гололёд, —
И затопчут его сапогами.

Конечно, могут другие и даже противоположные ассоциации и толкования. Но это и есть удача автора.

Шумский о православных карателях

В конце 80-х – начале 90-х годов прошлого века в среде православных неофитов появилось так называемое «опричное движение». У его адептов была своя газета под названием «Земщина». Руководили движением два человека – Вадим Петрович Кузнецов и Андрей Щедрин, взявший себе псевдоним Николай Козлов (в переводе самого Щедрина – «победитель козлов»). Вадим Кузнецов в ту пору занимался ещё распространением православной литературы в виде ксерокопий, его квартира на Старом Арбате вся была завалена этой печатной продукцией, и туда шёл непрерывный поток людей, желавших купить ксерокопию той или иной православной книги. Поток этот не прекращался даже в ночное время. Но Вадим Кузнецов, которого соратники называли просто Петровичем, занимался не столько коммерцией, сколько агитацией и пропагандой. Он заманивал покупателей на свои посиделки и мог вещать буквально сутками. Когда Петрович говорил, то становился похожим на камлающего шамана. И многие покупатели книг довольно быстро превращались в «прихожан» арбатской квартиры, а некоторые – в адептов и даже «духовных чад» арбатского «гуру». Поначалу Вадим Кузнецов был прилежным прихожанином Русской Православной Церкви и даже ездил к одному известному духовнику в Троице-Сергиеву Лавру, но постепенно стал уходить «на сторону далече» и в конце концов – совсем ушёл. Видимо, именно Петрович ввёл в обиход термин «Царь-искупитель», на котором и была выстроена вся система будущего «опричного движения». Предполагалось, что в случае победы «опричного движения» в России будет восстановлена монархия, которая физически уничтожит всех своих оппонентов. Собственно, с уничтожения врагов Бога и Царя-искупителя и должна была начаться «новая эра» в истории нашего Отечества.
Однажды, придя к Вадиму Кузнецову за книгами, я встретил там черноволосого человека с мрачным лицом и очень тяжёлым взглядом. Это был Андрей Щедрин (Николай Козлов). Он прихрамывал и, если мне не изменяет память, опирался на тросточку. Я тут же про себя прозвал его «хромым старцем» (потом эта кличка прочно к нему приклеилась). После знакомства со мной «хромой старец» тут же взял с места в карьер и начал выяснять моё отношение к «опричному движению». На мой вопрос – что будут делать победившие «опричники» с теми, кто с ними не согласен, Николай Козлов, мрачно потупив взгляд, коротко ответил: «казним» (причём, особенно, по их мнению, виновны были именно православные, не согласные с ними). Вспомнив роман Достоевского «Бесы», я подумал – а вдруг Петровичу и «хромому старцу» придёт желание кого-нибудь «казнить» ещё до прихода новых «опричников» к власти? – и на всякий пожарный перестал приходить за книгами на арбатскую квартиру. Тем более отпугнула меня в то время фраза одного из адептов этой секты о том, что казни будут публичными."

https://radonezh.ru/2020/08/13/besnovatyy-so-srednego-urala-i-ego-predtechi

Жаль только, что реальность православного фашизма он приметил так поздно - лишь в августе 2020го

(Я писал об этих "мечтателях" еше в 1997м)

Да и обьективно его собственный сталинизм вполне работал на расползание "опричных" мечтаний.

В защиту папы Франциска

Он недавно сказал доброе слово о сексуальном удовольствии. Ему тут же начали пенять тем, что, он, мол, взялся говорить о том, что ему как пожизненному целибату не должно быть знакомо.

Но это не впервые.

В 2009 году польский католический священник написал и опубликовал книгу с богословскими и практическими советами как улучшить сексуальную жизнь супружеским парам.

В своей книге "Секс, о котором вы не знаете: для супружеских пар, которые любят Бога" преподобный отец Ксаверий Кнотц советует освободиться от пуританских представлений об интимной жизни.

Монах ордена Францисканцев объясняет, что секс в браке должен быть не скучным и рутинным, а "непредсказуемым и наполненным фантазиями".
https://www.bbc.com/russian/life/2009/05/090514_priest_sex

А византийская энциклопедия 10 века ("Словарь Суды") сообщает о писателе Ахилле Татии, что он "стал в конце концов христианином и епископом». А до того он писал романы, своим стилем вызывавшие восхищение св. патриарха Фотия («слог у него текучий и нежный» (Фотий. Библиотека 94.73в.33).

Когда он жил? Возможно, во 2 веке н.э.

Так вот, в своем романе "Левкиппа и Клитофонт" будущий епископ со знанием дела описывает весьма разнообразный любовный опыт. Причем это один из первых в истрии "я-романов" (то есть повествований от лица самого атвора):


Во время рассказа Менелая Клиний несколько раз принимался плакать, будто бы о Патрокле, а на самом деле, конечно, вспоминал Харикла.

— Ты плачешь из-за того, что случилось со мной, или мое несчастье напоминает тебе твои собственные переживания? — спросил Менелай у Клиния.
Клиний тяжело вздохнул и поведал Менелаю о смерти Харикла, а потом и я рассказал о своих злоключениях.

Видя, что Менелай совсем пал духом, растравив душу воспоминаниями о возлюбленном, а Клиний утопает в слезах, думая о Харикле, я решил рассеять их грусть и завел речь о любовных утехах. Я, улыбаясь, начал так:

— Ничего не поделаешь, Клиний теперь одержит верх надо мной. Ведь он, по обыкновению, хочет выступить против женщин. Но теперь, когда он нашел себе единомышленника, ему легче будет отстоять свою позицию. Никак не могу взять в толк, почему теперь так распространилась любовь к мальчикам.

— Но разве, — возразил мне Менелай, — эта любовь не превосходит во всех отношениях любовь к женщинам? Мальчики ведь в сравнении с женщинами безыскусственны, а красота их доставляет более острое наслаждение.

— Как более острое?! — воскликнул я. — Ведь красота эта, едва мелькнув, исчезает и не дает любящему возможности насытиться ею. Ее можно сравнить с питьем Тантала. Любовник только начинает наслаждаться красотой возлюбленного, как она уже исчезает, и приходится покинуть волшебный источник, не испив из него. Словно питье жаждущего Тантала. Покидая мальчика, любовник никогда не испытывает полного удовлетворения, он жаждет по-прежнему.

— От тебя, Клитофонт, — сказал Менелай, — укрылось самое главное в наслаждении. Влечет к себе то, что не насыщает. То, что постоянно в твоих руках, постепенно пресыщает и теряет свою сладость. Похищенное же всегда ново, и сознание того, что вот-вот оно ускользнет от тебя, вызывает еще больший расцвет страсти. В страхе потери таится нестареющее наслаждение, и чем оно быстротечнее, тем сильнее.

Потому, мне кажется, и роза — самое прекрасное из растений, что красота ее исчезает на глазах. Я полагаю, что двум видам красоты суждено жить среди людей, красоте небесной и красоте земной. Небесная по самой своей природе стремится как можно скорее улетучиться, освободившись от тяготящей ее смертной оболочки. Что касается земной красоты, то она более прочна и своей оболочки долго не покидает. В доказательство того, что красота небесная возносится на небо, я приведу тебе строки Гомера, послушай их:

Он-то богами и взят в небеса, виночерпцем Зевесу,
Отрок прекрасный, дабы обитал среди сонма бессмертных.

Между тем ни одна женщина не удостоилась того, чтобы благодаря своей красоте стать небожительницей, а ведь Зевс дарил свою благосклонность и женщинам. Но уделом Алкмены стало горе и изгнание. Даная получила в дар ларец и море, Семела стала пищей огня. И только полюбив фригийского мальчика, Зевс даровал ему небо, чтобы отрок мог жить вместе с ним, разливая нектар; та же, что прежде исполняла обязанности виночерпия, своего места лишилась, — и думаю, потому, что она была женщиной.

— Именно неумирающая красота женщин представляется мне небесной, — перебил я Менелая, — она непреходяща и тем приближается к божественности, в то время как быстрогибнущее подражает природе смертных и является обычным. Да, Зевс полюбил фригийского мальчика и вознес его на небо, но из-за красоты женщин, случалось, Зевс сам покидал небо и спускался на землю. Он мычал из-за женщин, он плясал из-за них, превратясь в сатира, обращался ради них в золото. Пусть Ганимед разливает вино, ведь среди богов пьет и Гера, и мальчик ей прислуживает. Чувство жалости вызывает во мне его похищение, хищная птица набросилась на него и унесла его на небо, уподобив повешенному, тем самым подвергнув его оскорбительному насилию. Позорное зрелище являл собой висящий в когтях хищника мальчик. Семелу же увлек на небо огонь, а не какая-нибудь злая птица. И не следует тебе удивляться тому, что с помощью огня попадают на небо, — так ведь и Геракл стал небожителем. Если же ты насмехаешься над ларцом Данаи, то почему молчишь о Персее? Алкмене же достаточно и того подарка, что Зевс ради нее украл у солнца целых три дня.
Но оставим мифы и поговорим о самой радости обладания. Должен признаться, что мой опыт в этом деле невелик, так как до сих пор я имел дело лишь с теми женщинами, которые продают утехи Афродиты за деньги. Возможно, человек более сведущий мог сказать бы больше, чем я. Все же я не промолчу о том, что узнал сам.
Заключенное в объятие тело женщины податливо, губы ее нежны при поцелуе. Поэтому, когда обнимаешь женщину, тело твое как будто полностью окутывается ее плотью, и любовник словно погружается в наслаждение. Целуя, она накладывает свои уста на уста возлюбленного как печать, искусны ее поцелуи, она умеет сделать их сладкими. Женщина хочет целовать не только губами, зубы ее тоже участвуют в поцелуе, и она упивается устами любовника, покусывая их. Особая радость таится в прикосновении ее груди. На вершине наслаждения Афродиты она в исступлении обнимает возлюбленного и целует его, близкая к безумию. Языки стремятся коснуться друг друга и, встретившись, нежно ласкаются своими кончиками. Ведь если при поцелуе уста открыты, это еще больше усиливает радость обладания. Когда же предел наслаждения достигнут, женщина тяжело дышит, погруженная в зной страсти. Дыхание ее, слившись с любов¬ным дуновением, на устах встречается с блуждающим на них поцелуем, который ищет дорогу. Поцелуй следует за дыханием и пронзает сердце, — пораженное поцелуем, оно трепещет. Если бы оно не было связано с другими внутренностями, то, без сомнения, выскочило бы из груди вслед за поцелуями.
Мальчики же целуют без всякого искусства, объятия их неловки, притязания Афродиты тщетны, наслаждения никакого.

— Однако ты вовсе не кажешься мне новичком в делах любви, — заметил Менелай, — тебе, оказывается, доподлинно известны все женские ухищрения. Что же, теперь пришла твоя очередь послушать о мальчиках.
Все у женщин поддельно, и речи их, и красота. Если женщина поначалу и кажется краси-вой, то это лишь следствие многочисленных притираний. Вся ее красота — это мирра, крашеные волосы и прочие выдумки. Если же лишить ее всех этих хитростей, то она уподобится галке из басни, с которой сняли чужие перья.
Красота мальчика не нуждается в помощи благовонной мирры и прочих чужих ароматов, — приятнее всех женских притираний запах пота отроческого тела. Еще до того, как заключить мальчика в любовные объятия, можно бороться с ним на палестре, когда тела сплетаются открыто, и нет в этом переплетении ничего постыдного. В объятиях тело мальчика не расслабляется из-за рыхлости его плоти, крепкие тела борются друг с другом за наслаждение. Поцелуи отрока, в отличие от женщины, бесхитростны, не сыщешь в его губах тех праздных обманчивых ухищрений, которым научены женщины, нет ничего искусственного в поцелуях мальчика, — он целует как дитя. Если бы сгустился нектар, то ты пил бы его с уст возлюбленного. И такие поцелуи не насыщали бы тебя, но вызывали еще бо́льшую жажду, и, наконец, ты бы оторвался от источника наслаждения, чтобы не ощутить избыток его.

http://ancientrome.ru/antlitr/t.htm?a=1504002000

***
Следующая, третья книга этого романа интересна описанием жертвоприношения девушки.

"— Если среди пленных, — сказал он, — есть какая-нибудь девушка, то ее велено отослать богу как будущую очистительную жертву за войско.
Вдруг я вижу, как два каких-то человека ведут девушку, руки ее связаны за спиной. Я не мог различить их лиц, но заметил, что оба они были вооружены, в девушке же я сразу узнал Левкиппу. Сначала они совершили над ее головой возлияния, а затем обвели вокруг жертвенника. Слышались звуки флейты, а жрец пел, наверное, египетскую песнь, — видно было, как он шевелит губами и раздувает щеки. Затем по какому-то знаку все отходят подальше от жертвенника. Один из юношей навзничь опрокидывает девушку и привязывает ее ко вбитым в землю кольям, как связанного Марсия привязывали к дереву ваятели. После этого юноша, схватив меч, погружает его в тело девушки около сердца и вспарывает ее тело до самого низа живота. Тотчас оттуда вываливаются все внутренности, разбойники вытаскивают их руками и кладут на жертвенник.
Когда внутренности девушки изжарились, они поделили их между собой и съели. При виде всего этого воины в ужасе вскрикивали и старались не смотреть на происходящее. Я же просто остолбенел. Невероятно, но я сидел и не сводил глаз с жертвенника. Несчастье, которому не было меры, повергло меня в оцепенение. Тогда-то я понял, что миф о Ниобе правдив, — нечто подобное происходило и с ней, когда она смотрела на гибель своих детей, — настолько застыла она в своем горе, что казалась окаменевшей. Когда разбойники покончили со своим делом, они положили тело в гроб, закрыли его крышкой, уничтожили жертвенник и убежали без оглядки, — таково было повеление жреца.

Весна-освящение-аннексия

Дагрон в книге "Император и священник: этюд о византийском цезарепапизме" указывает на употребление слова τα ανοιξία в смысле "освящение" (с. 270). Речь идет об именовании в Синаксаре и Типиконе праздника освящения храма св. Софии 22 декабря

Сегодня это называется Τα θυρανοίξια της Αγιάς Σοφιάς

(см. www.iefimerida.gr/news/385565/27-dekemvrioy-530-mh-ta-thyranoixia-tis-agias-sofias-eikones)

В др.-греческом ανοίγω значит открывать, отпирать, выходить в открытое море

Может ли латинское annexio-annexus быть связанным с греческим ανοίξια аниксиа? Латинское nexo - связывать. С отрицающей приставкой а- получается как раз от-вязывание, и смысл становится близким к греческому.
Два языка, издревле соседствующие и взаимно влияющие, семантические поля обоих слов имеют общие точки.

А в современном греческом Ανοιξη это весна.

В гостях у сказки

Сегодня какой-то День Правды: Глава российской разведки признал, что Навальный был отравлен, а Ефремов признал, он таки был за рулем.

3 сен - РИА Новости. Глава Службы внешней разведки Сергей Нарышкин не исключил, что ситуация с якобы "отравлением" блогера Алексея Навального могла быть подстроена западными спецслужбами. "Исключать этого нельзя", - сказал Нарышкин журналистам, отвечая на вопрос, может ли ситуация с Навальным являться провокацией западных спецслужб.
https://ria.ru/20200903/navalnyy-1576681398.html

Отравление, значит, было. А как же ранние официальные версии про диабет, панкреатит и самогон?

Эту сказку я знаю: "Во-первых, не брала я ваш кувшин. Во-вторых, я его уже давно вернула, и, в - третьих, он уже был с трещиной!".

Или: испанский диспетчер навел украинского летчика на голландский боинг, и тот поразил его ракетой Бук с земли, контролируемой ВСУ.


***
см. https://meduza.io/feature/2020/09/03/navalnogo-otravili-yadom-iz-gruppy-novichok-meduza-otvechaet-na-glavnye-voprosy-ob-etom

Тише солдат, слышишь солдат, люди пугаются взрывов

Тысячи глаз в небо глядят — Губы упрямо твердят:

Oh mon Dieu, garde mama
Oh mon Dieu, garde papa.
Donne nous le soleil
Et mon Dieu, garde moi


или так:
Elohim shmor al ima
Elohim shmor al aba
shmor Eli et ha-shemesh
Elohim shmor alay

Господи, храни маму
Господи, храни папу
Храни, Господи, солнце
Господи, храни меня



Это переводы. А началось все с упражнения 4-летнего Кости Баранникова, которому только что объяснили, что такое «всегда»:

Пусть всегда будет солнце,
Пусть всегда будет небо,
Пусть всегда будет мама,
Пусть всегда буду я.

Это четверостишие было опубликовано еще в 1928 году в журнале «Родной язык и литература в трудовой школе» в статье исследователя детской психологии К. Спасской. Затем эти стихи попали в книгу К. Чуковского «От двух до пяти», которая и попалась на глаза художнику Николаю Чарухину, который сделал плакат «Пусть всегда будет солнце…».

А потом Лев Ошанин развил тему в стихе. Аркадий Островский положил их на музыку.

И получилась прекрасная иллюстрация к теме различия магии и религии. Отличие религии от магии это различие молитвы и заговора. Молящийся просит, колдун - приказывает. Советский вариант - магический. Иврито-французский - религиозный.

На иврите, правда солдаты упоминаются иначе: "храни, Боже солдат, потому что они одни там в темноте. Правда, они уже большие, но храни и их тоже, мой Боже!».

Но в эти дни в Минске уместнее изначальный текст: "Тише, солдат!"

Атака на Зееловские высоты с прожекторами

воспетая в мемуарах Жукова и в киносказке "Освобождение", похоже, была заимствована отсюда

https://novate.ru/blogs/270119/49255/?fbclid=IwAR08hQ8qDT07jnB6jWnhuIGcUwGGjg7XQ9EnnkeiJseR2wrvVxi-7XtfboA

Маршал Чуйков считал, что прожектора лишь навредили.

Сирийский фронт летом 1941-го

Вышла очередная кина с фейком про письмо ливанского митрополита Илии Сталину.
https://www.youtube.com/watch?v=Hp3Y64rBEuA&feature=youtu.be&fbclid=IwAR29EN5brXpiPkUv2hayNq9iH5OhXINWv7Z_HhkoQ72R9mygpRngdof-VcA

Много раз я разбирал эту сказку.

Сегодня - о политическом контексте.

После Первой Мировой Сирия и Ливан оказались под французским мандатом. Накануне Второй Мировой тут было 120 000 французских солдат.

Ну, относительно французских. На 70 процентов это были колониальные войска (Сенегал и прочая Африка). Были и русские бойцы. За французскую державу им ни капельки не было обидно, и потому они спокойно приняли капитуляцию Франции и подчинились правительству Виши.

Летом 41-го англичане атаковали их из Палестины и из Ирана (который успешно оккупировали вместе с СССР).

Интересно, что 22 июня 1941 года англичане выбили французов из Дамаска.

Слово "англичане" тут тоже довольно условно: это были части "Свободной Франции", индусы, австралийцы, чехи (см. https://diak-kuraev.livejournal.com/2755781.html).

Пехоты было одинаково. У французов были танки, зато у англичан были самолеты. Турция не пропустила помощь от немцев и вишистов.

Французы сдались. Но только 6 000 французских и колониальных солдат и офицеров из более чем 30 000 капитулировавших вишистов приняли решение присоединиться к войскам-Де Голля.

(подробнее https://www.unification.com.au/articles/840/ )

Так что территория антиохийского патриархата была плотно занята английскими войсками, что и определило антигерманскую риторику его лидеров.

О книгах ненаписаных

Андрей Десницкий:

"Я на днях обнаружил одну интересную вещь...
Когда-то я хотел написать еще одну книгу о Библии для думающих верующих, для "воцерковленной интеллигенции", о том, как можно сочетать веру и научное знание. У меня лежал в папочке отдельный файл, куда я периодически дописывал главы...
И я обнаружил, что последняя дата изменения - август 2016 года. Что около четырех лет я к этому файлу не притрагивался, и объяснять это лишь моей ленью или занятостью невозможно. Ясно, что я просто расхотел писать эту книгу.
И только сейчас я понял: уже тогда я почувствовал, что этой аудитории больше просто нет. Писать не для кого. Люди или сами нашли свои ответы, или прекратили поиск.
Сугубо церковной публике это всё уже давно не интересно, там в фокусе внимания - славные победы предков и западная бездуховность.
А для светской - не стоит сама проблема.
Позвонили на днях с одного православного телеканала, приглашали к ним на передачу, поговорить о том, как гад Эрдоган хочет открыть в Святой Софии мечеть. "Я, - говорю, - в турецких делах не разбираюсь, а вот не хотите ли поговорить о Библии? К примеру, в чем права и не права Латынина и в чем - Эрман? Тут мне есть, что сказать".
"Нет, - отвечают, - нам бы про Турцию".
Ну да, про то, как науськанный англосаксами Эрдоган отнимает у нас святыню, а мы его накажем помидорами...
Без меня.
Книгу я, надеюсь, сделаю другую и уже активно думаю, как изменить всё, что у меня в той папочке сложено. Для другой аудитории с другими вопросами и запросами.
А той аудитории больше нет. Я сам из нее вышел, пожалуй. Я или нашел ответы, или перестал искать."

***

У меня похожие ощущения.