Category: отзывы

Плач обезглавленного по волосам

После назначения в ректоры Академии Питирима Творогова - человека, не имеющего никакой богословской ученой степени - немного странно привлекать внимание Ученого Совета к тому, что кандидатура на должность завкафедрой не вполне соответствует уставным требованиям.

Но само по себе напоминание о том, что такое соответствие должно быть - это хорошо. У профессуры Академии мало прав (то, чего она добилась в ходе столетней войны с епископатом в 19 - начале 20 века было аннулировано патриархией). Но тем более стоит настаивать на соблюдении тех норм, что все же есть в уставе.

Итак, к сегодняшнему заседанию Ученого Совета преподавателям было разослано сие открытое письмо:Collapse )

Ольга и Феврония

Как Феврония осадила некоего похотливца, ныне известно всем:

"В одном судне с Февронией плыл некий человек, жена которого была на этом же судне. И человек этот, искушаемый лукавым бесом, посмотрел на святую с вожделением. Она же, сразу угадав его дурные мысли, обличила его, сказав ему: «Зачерпни воды из реки сей с этой стороны судна сего». Он почерпнул. И повелела ему испить. Он выпил. Тогда сказала она снова: «Теперь зачерпни воды с другой стороны судна сего». Он почерпнул. И повелела ему снова испить. Он выпил. Тогда она спросила: «Одинакова вода или одна слаще другой?» Он же ответил: «Одинаковая, госпожа, вода». После этого она промолвила: «Так и естество женское одинаково. Почему же ты, забыв о своей жене, о чужой помышляешь?» И человек этот, поняв, что она обладает даром прозорливости, не посмел больше предаваться таким мыслям".

Но есть аналогичный псковский рассказ в записи 19 века о том, как будущая княгиня Ольга отвергла притязания князя Всеволода:

"с первоначалу жизни, немного по после, была, как сказано, Ольга крестьянка перевозчицей в Лыбуте. Раз перевозит она князя Всеволода... Увидал Всеволод Ольгу и помыслил на Ольгу; а этот князь был женат... Стал тот князь говорить Ольге, а Ольга ему на те его на пустые речи ответ: «Князь! зачерпни рукой справа водицы, испей!» Тот зачерпнул, испил. — «Теперь, — говорит Ольга, — теперь, князь, зачерпни слева, испей и этой водицы». Князь зачерпнул и слева водицы, испил. — «Какая же тут разнота: та вода и эта вода?» — спрашивает Ольга у князя. — «Никакой тут разноты нет, — говорит князь, — всё одна вода». — «Так, — говорит Ольга, — что жена твоя, что я, для тебя всё равно».

(Якушкин П.И. Путевые письма из Новгородской и Псковской губерний. СПб., , 1860, сс. 155—156).

Это местное предание об Ольге нашло отражение в житии Ольги, открывающем Степенную книгу (1560—1563) — с той, однако, разницей, что в последнем Ольга перевозит своего будущего супруга, князя Игоря, а лаконичный ответ мудрой девы перевозчицы заменен пространным назиданием.

(см.: Степенная книга царского родословия по древнейшим спискам: Тексты и комментарии: в 3 т. М., 2007, т. 1: Житие св. княгини Ольги. Степени I—X. с. 152).

Данный фольклорный мотив, вероятно, отсутствовал в народном предании о муромском князе и его жене, послужившем основным источником «Повести о Петре и Февронии», и был внесен в повесть самим Ермолаем-Еразмом — пскови- чем, знакомым с псковской устной легендой об Ольге (см.: Дмитриева Р.П. Отражение в творчестве Ермолая-Еразма его псковских связей // Труды Отдела древнерусской литературы. Лд., 1989, т. 42. сс. 280—286).

На связь жития благоверных Петра и Февронии Муромских с псковской легендой об Ольге впервые указал Ф.И. Буслаев (см.: Буслаев Ф. Рецензия на кн.: Мгишер Ф. Илья Муромец и богатырство киевское // ЖМНП. 1871. Ч. 154, апрель. С. 229 (2-я паг.)).

А. Н. Веселовский указанный эпизод сочинения Ермолая-Еразма относил к числу общих мест житийной литературы XV—XVI вв.:

"На изгнании Петра и Февронии кончается собственно эпическое содержание муромской легенды. Что следует за тем, должно быть отнесено в область безразличных литературных украшений, которыми так любили щеголять списатели житий XV и XVI столетий. Приключение Февронии с лодочником передается в таких же чертах в житии Ольги, помещаемом в прологах".

(Веселовский А. Новые отношения муромской легенды о Петре и Февронии и сага о Рагнаре Лодброке // ЖМНП. 1871. Ч. 154, апрель. С. 100 (2-я паг.)).

Веселовский же все тот же фольклорный мотив видит в переведенном им Декамероне (День первый. Новелла 5):

"Маркиз Монферратский отправился за море в общем вооруженном хождении христиан. Французский король внезапно воспылал к маркизе любовью. Та не ошиблась в предположении, что его привела к ней молва об ее красоте. Она приказала тотчас же собрать всех кур, какие только нашлись в окрестности, она из них одних заказала своим поварам кушанья для королевского стола. Когда настал час обеда, король и маркиза уселись за одним столом. Многочисленные блюда, поочередно подносимые, приносили великую
утеху королю, с удовольствием поглядывавшему порой на прелестную маркизу. Тем не менее, когда одно блюдо стало являться за другим, король пришел в некое изумление, распознав, что хотя кушанья были и разные, но все изготовлены не из чего другого, как из кур. Королю хорошо известно было, что местность, где он находился, должна была изобиловать разной дичью и что, наперед объявив даме о своем прибытии, он тем самым дал ей время и срок для охоты; тем не менее, хотя и сильно удивленный, он пожелал объясниться с нею только по поводу кур; с веселым видом обратясь к маркизе, он сказал: "Разве в этой стране выводятся одни куры без петуха?" Маркиза отлично уразумела вопрос, и так как ей показалось, что сам господь бог послал ей удобный случай выразить свои помышления, она отвечала: "Нет, государь мой, но здешние женщины, хотя и несколько отличны от других одеждой и почетом, созданы так же, как и в других местах". Услышав эти слова, король хорошо понял повод к обеду из кур и тайный смысл речей и убедился, что с такой женщиной нечего тратить слов и нет места для насилия".


Этот же сюжет:
Зеленин Д. К. Великорусские сказки Пермской губернии
и
Федор Эмин. Нравоучительные басни. Спб., 1764). Басня 6 "Плотник и султан"

https://books.google.ru/books?id=BLdqCwAAQBAJ&pg=PA411&lpg=PA411&dq=%D0%BD%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%BE%D1%83%D1%87%D0%B8%D1%82%D0%B5%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D1%8B%D0%B5+%D0%B1%D0%B0%D1%81%D0%BD%D0%B8+%D0%BF%D0%BB%D0%BE%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA+%D0%B8+%D1%81%D1%83%D0%BB%D1%82%D0%B0%D0%BD&source=bl&ots=kGsnMGYEgm&sig=ACfU3U117yDVkKzuUXB2JMkSy3nETbZ4tA&hl=ru&sa=X&ved=2ahUKEwjg7o-F49TjAhVmoYsKHTxzCbsQ6AEwCnoECAgQAQ#v=onepage&q=%D0%BD%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%BE%D1%83%D1%87%D0%B8%D1%82%D0%B5%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D1%8B%D0%B5%20%D0%B1%D0%B0%D1%81%D0%BD%D0%B8%20%D0%BF%D0%BB%D0%BE%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA%20%D0%B8%20%D1%81%D1%83%D0%BB%D1%82%D0%B0%D0%BD&f=false


Отсюда сюжет попал в СУС под номером 983:
Сравнительный указатель сюжетов. Восточнославянская сказка. Л., 1979:

"Все женщины одинаковы: человек выражает желание завладеть чужой женой; она (муж ее) доказывает ему, что все женщины одинаковы; только платье или внешность разные (как одинаково вино в разных сосудах или яйца в разной скорлупе)".
http://www.ruthenia.ru/folklore/sus/index.htm


Украинская быличка героем аналогичного приключеняи делает библейского царя Давида:

царь Давид загляделся на одну женщину, мывшую на реке сорочку; она догадалась, что у него в мыслях, и говорит ему: «Напейся-ка воды по сю сторону реки». Давид взял и напился. «А теперь попробуй-ка с другой». Он и это сделал и нашел, что вкус воды одинаков там и здесь, как одинаков вкус двух яиц, белого и крашеного, которые подала ему та женщина. «Ну, теперь ступай своей дорогой!» — спроваживает его она.

(Иванов П.В. Из области малорусских народных легенд. Материалы для характеристики миросозерцания крестьянского населения Купянского уезда. V. Сказания о ветхозаветных событиях и лицах // Этнографическое обозрение. 1893. Кн. 17, № 2. с. 88).




***

Стыдно, конечно, что то, что считалось фольклором в русской науке уже в 19 веке, в 21 столетии и государством и церковью преподносится как реальная история, в честь которой ставят памятники и проводят школьные уроки.

***
А биология тем временем уверяет, что для мужика это вовсе не всё равно: "при регулярной половой жизни среднестатистический мужчина производит за один акт 300 миллионов сперматозоидов. С новой партнершей у него вырабатывается до 600 миллионов сперматозоидов"

https://books.google.ru/books?id=NxaLDQAAQBAJ&pg=PA144&lpg=PA144&dq=%D1%87%D0%B8%D1%81%D0%BB%D0%BE+%D1%81%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%BC%D0%B0%D1%82%D0%BE%D0%B7%D0%BE%D0%B8%D0%B4%D0%BE%D0%B2+%D0%BF%D1%80%D0%B8+%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B5+%D1%81+%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%B9+%D0%BF%D0%B0%D1%80%D0%BD%D0%B5%D1%80%D1%88%D0%B5%D0%B9&source=bl&ots=_XFj8PzAvk&sig=ACfU3U10S9UPxCxdzIp8-adMd5rZilKfMg&hl=ru&sa=X&ved=2ahUKEwiUjfOJ3NTjAhV2AxAIHdmJA5kQ6AEwBHoECAkQAQ#v=onepage&q=%D1%87%D0%B8%D1%81%D0%BB%D0%BE%20%D1%81%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%BC%D0%B0%D1%82%D0%BE%D0%B7%D0%BE%D0%B8%D0%B4%D0%BE%D0%B2%20%D0%BF%D1%80%D0%B8%20%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B5%20%D1%81%20%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%B9%20%D0%BF%D0%B0%D1%80%D0%BD%D0%B5%D1%80%D1%88%D0%B5%D0%B9&f=false

Ох, интересно будет посмотреть, что будет, если на одном уроке подросткам расскажут аргумент Февронии, а на другом - данные биологии. Кто победит - кит или слон?

Да разве же такие байки охладят молодого гиперсексуального человека?

Девушек надо учит говорить "нет". А парней учить слышать и правильно реагировать на это "нет". Но не на материале средневекового фольклора. Кстати, у Бокаччо умный король именно это и понял: ему сказали "нет", а насильником он стать не захотел.

Но даже вместо Бокаччо, на то что какого-то Еразма, лучше уж на уроке посмотреть американский фильм "Папе снова 17".

Не к чести епископа Василия (Родзянко)

ЕПИСКОП ВАСИЛИЙ РОДЗЯНКО

Москва, Ленинградское Шоссе д. 33, эт. 16, кв. 92

ПРИВЕТСТВИЕ ВСЕМ СОБРАВШИМСЯ НА ПЕРВУЮ ВСЕМИРНУЮ КОНФЕРЕНЦИЮ,

которая будет проводиться на о-ве Кипр на тему: "Информационно-пространственное строение Вселенной и закономерности нейрокосмогенетической взаимосвязи человека и космопланетарного мира. Глобальная катастрофа Планеты и пути её предотвращения".

Спасибо за приглашение.

Невозможность приехать и быть со всеми Вами вызвана исключительно визовыми трудностями и, если бы их не было, я бы счастливо был среди всех вас. Примите от меня искреннее дружеское приветствие с пожеланием плодотворной научной работы!



ОТЗЫВ НА "МИРОЗДАНИЕ"

"Мироздание" я получил ещё в Вашингтоне и очень рад, что имел возможность с ним ознакомиться.

Это несомненно ценный вклад в современную мировую науку. Научные прозрения г-жи О.В. Павловской-Хохловой сами за себя говорят и красноречиво подтверждаются отзывами целого ряда учёных, напечатанных в "Мироздании".

Ольга Васильевна - не только учёный, она и интуит, и философ, и богослов. Её глоссарий производит сильное впечатление. Её философия даёт законченное мировоззрение.

Анализируя её основное научное открытие "Нейрокосмо-генетическая взаимосвязь человека и космопланетарного мира", я вдохновлён интуитивным видением целостности всего.

Это - богословская православная истина, на которой зиждется всё Православие, несмотря на некоторую опасность понять эту целостность астрологически, хотя автор нигде, даже в глососсарии астрологию вообще не упоминает.

Термин "астрология" в наше время трудно понять. Из-за этого происходит взаимное непонимание и упреки в некоторых кругах. Посмотрим на этот термин с исторической точки зрения. В истории мы знаем, по меньшей мере,три различных "астрологии":
- Ассиро-вавилонская языческая астрология
- Христианская новозаветная астрология ("Вифлеемская звезда")
- Неоязыческая современная астрология - хаос идей и мнений с гороскопами и т. д.

Сама Ольга Васильевна не раз отвечает на упрёки в её адрес тонко, ясно, богословски, как бы не замечая упрёков.

Интересно отметить в работе определенное влияние на её мысль каппадокийского богословия (св. Василий Великий, его брат св. Григорий Нисский, св. Григорий Богослов, АвваЕвагрий и др.)

Кратко изложенное "От Автора" гласит:
"....каждый знает из религиозных Писаний, легенд древнего мира, что человек создан Богом по своему образу и подобию. Отсюда следует первостепенная задача сегодняшнего дня человечества - повысить свой духовный и интеллектуальный потенциал, одновременно возвращая земной природе мощь первозданной чистоты..."
22 апреля 1999г.


Ольга Павловская-Хохлова. Мироздание. Мир проявленный и непроявленный. Информационно-пространственное строение Вселенной и законы нейрокосмической взаимосвязи человека и космопланетарного мира. Книга 1. М., 2000, сс. 7-8.

Имя еп. Василия также среди рецензентов.

Вот взятый наугад отрывок:

"ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОРИДОР ВСЕЛЕННОЙ - центральный воронкообразный биоэнергоинформационный коридор, образующий при вращении всей триединой системы Мироздания вокруг Главной Оси, обеспечивающей беспрепятственное прохождение информационных потоков на любую структурную ступень Мироздания без ограничения пространства и времени".

Или - на другой странице:

"АПОКАЛИПСИС или ОБНОВЛЕНИЕ - кульминационный момент сброса накопленного Биоэнергоинформационного потенциала любой структурной ступенью Мироздания (от Микро- до Макро-), оборот на 180 градусов вокруг Главной Оси, опрокидывание. Главная Ось в данное время должна быть ориентирована строго прямолинейно к Главной Оси предшествующей структуры, обеспечивая беспрепятственное прохождение сброшенного потенциала к центру данной предшествующей структуры по центральному коридору, сохраняя КОДЫ (ДНК) для дальнейшего развития, эволюции, обновления".

Регент без королевства

http://m.colta.ru/articles/media/15708

Кто мог подумать, чем кончится это интервью?
ИСТОРИЯ О ДВУХ СТУДЕНТКАХ И ОДНОМ ПРЕСС-СЕКРЕТАРЕ МОСКОВСКОЙ ДУХОВНОЙ АКАДЕМИИ
текст: Елизавета Клементьева

Анонимный монолог ученицы Регентской школы при Московской духовной академии был записан Елизаветой Клементьевой в качестве учебного задания — Елизавета изучает журналистику в РАНХиГС. Работу зачли — рассказ о том, как живут и чему учатся в Регентской школе МДА, был опубликован изданием Wonderzine. На следующий день у Елизаветы Клементьевой зазвонил мобильный телефон.
— Тогда мы будем разбираться с вами юридически, — со мной разговаривал человек, который представился пресс-секретарем Московской духовной академии Олегом Анатольевичем Сухановым. — Вы же не хотите этого? Как показывает опыт предыдущих лет, это закончится не в вашу пользу. Я предлагаю вам решение: удаление вашей публикации.
Судиться с высшим учебным заведением РПЦ, конечно, не входило в мои планы. Я сказала, что сделаю все возможное, обещала перезванивать в случае чего.
— У вас есть мой телефон, позвоните мне только один раз — сообщите об устранении ошибки. До свидания.
В журнале звонков в телефоне на тот момент было около 20 неизвестных номеров, и я не имела понятия, на какой из них перезванивать. Каждые пять минут мне звонили или писали, я уже боялась смотреть на экран.
Публикация, сделанная накануне вечером, набрала к тому времени уже несколько тысяч просмотров и сотню комментариев, в которых обсуждали образ жизни моей героини. Почти всем комментаторам он не нравился.
Я учусь на втором курсе РАНХиГС на направлении «Журналистика. Liberal Arts». Этот текст должен был стать моей итоговой работой по дисциплине «Социальная журналистика», которую нам преподавала Вера Шенгелия. Вера поставила перед нами цель — написать работу, достойную публикации. Когда возник вопрос о выборе темы, я подумала, что жизнь студентов закрытой системы обучения сама по себе является готовым материалом. Это был способ и получить зачет, и написать действительно нескучный материал. Большинство моих одногруппников собиралось писать проблемные тексты о людях с наркотической зависимостью или психическими расстройствами.
В Духовной академии у меня учится друг, он помог мне найти контакты. Перед поездкой в Лавру (Московская духовная академия находится в Московской области, на территории известного монастыря — Свято-Троицкой Сергиевой лавры. — Ред.) я сказала ему, что хочу сделать интервью с одной или несколькими девушками, которые там учатся. Попросила мне помочь. Он согласился. Мы договорились о встрече.
Перед тем как задать свои вопросы, я, конечно, сообщила, что мне это нужно для интервью, и спросила, могу ли включить диктофон во время разговора. Получила согласие.
Кто мог подумать, чем кончится это интервью? Текст о жизни студентки Регентской школы Московской духовной академии стал моей первой крупной опубликованной работой. Эта девочка, назовем ее Сашей, простым языком рассказала о своей жизни «за стеной». Она сидела передо мной в холле семинарии и честно пыталась ответить на все мои вопросы, в том числе довольно глупые. На ней был светлый платок, она часто смеялась.
На следующий день после публикации она звонила мне и плакала, ее голос часто срывался на крик.
— Сделай что угодно, Лиз, уже вся Регентская на ушах стоит, не дай Бог, это дойдет до начальства. Будет стоять вопрос о моем отчислении! Что ты наделала?!
Я позвонила редактору Wonderzine, объяснила ситуацию.
— Я не могу удалить публикацию. Имя героини изменено, с ней ничего не может произойти. За себя не переживайте, это проблемы редакции.
Следом звонили друзья Саши, просили объяснения, требовали удаления публикации. Я пыталась все объяснить. Ничего не выходило.
Опять звонок от пресс-секретаря Московской духовной академии. На этот раз он нашел вескую причину для удаления текста.
— Елизавета, вы знаете, что на вынос любого материала из Лавры нужно согласие? Я должен был прочесть ваш материал перед тем, как вы выйдете из Лавры, и уже потом дать вам свое письменное согласие.
— В каком законе это прописано?
— Я не говорю вам про закон, я говорю вам про этические нормы журналиста!
Что-то я не встречала подобных правил. Обвинения в мой адрес мне были не очень понятны. Как это можно сформулировать для иска? Что может быть написано в заявлении? «Нарушила этические нормы журналиста»? «Выдала великую тайну воспитания в стенах Божьих»?
— Простите, у меня вторая линия… Алло!
— Лиз, привет, сказали, что на Саше греха нет. Все претензии только к тебе. (Друзья моей героини.)
— Спасибо, у меня вторая линия… Алло!
— Здравствуйте, мы будем писать жалобу в редакцию, которая опубликовала ваш текст. Только они не отвечают на звонки и почту. Завтра я намерен пойти разговаривать с ректором по поводу вашей ошибки, если вы не делаете ничего, чтобы ее исправить. (Снова пресс-секретарь МДА.)
— Я не считаю, что это ошибка.
— Елизавета, у вас есть свое мнение?
— При чем тут это? У меня есть свое мнение.
— Давайте поговорим о правильности вашего поступка.
Все разговоры сводились к тому, что мне саркастическим тоном желали удачи в моей карьере. Говорили, что я правильно выбрала профессию по жизни, именно этого я достойна. С этим я согласилась.
P.S. Я пыталась связаться со своей героиней еще раз, но ее телефон недоступен. Наш общий друг сообщил мне, что администрация Лавры не будет принимать никаких мер в отношении Саши, но она сейчас в подавленном состоянии.

***
http://www.wonderzine.com/wonderzine/life/experience/228638-regents-school


РАССКАЗЫВАЕТ Екатерина П. (имя изменено по просьбе героини)


Мне 20 лет. Я пою с детства, отучилась в колледже на отделении «оперное пение». Дальше логично было поступать в консерваторию, чтобы потом петь в театре. Но я решила идти в регентскую школу Московской духовной академии. Collapse ) Я втянулась. Ну, что поделать, неразделённая любовь — сложная штука.

***
Женская беседка с обсуждением текстов тут
https://m.facebook.com/story.php?story_fbid=10212423172727694&id=1632437237

Трудный ход первой теологической диссертации

полностью см.
http://www.doctorantura.ru/ru/materials-dissovet/applicants/2379-dissertatsiya-protoiereya-pavla-khondzinskogo

На сайте объединенного совета по теологии выложен отзыв на автореферат и диссертацию Хондзинского Павла Владимировича, представленную на соискание ученой степени по специальности 26.00.01 – «Теология».

ОТЗЫВ
на автореферат и диссертацию Хондзинского Павла Владимировича
«РАЗРЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМ РУССКОГО БОГОСЛОВИЯ XVIII ВЕКА В СИНТЕЗЕ СВЯТИТЕЛЯ ФИЛАРЕТА, МИТРОПОЛИТА МОСКОВСКОГО»,
представленную на соискание ученой степени кандидата философских наук.
Специальность 26.00.01 – «Теология»


Диссертация посвящена исследованию наследия Митрополита Московского и Коломенского архиепископа Василия Михайловича Дроздова (Филарета) в рамках того, что соискатель называет «наукой теологией». Это первая защита такого рода в России, и мы благодарны соискателю Павлу Хондзинскому за то, что он изложил не только заявленную тему, но и общие соображения, отличающие теологический подход. Увы, мы вынуждены написать отрицательный отзыв на эту диссертацию.

Соискатель заявляет, что используемый «научно-теологический метод конституируется: 1) специфическим (уникальным) предметом и источником теологического знания; 2) подразумеваемым ими же личностным опытом веры и жизни теолога; 3) свойственным всем гуманитарным наукам набором рациональных операций». Из текста автореферата и содержания диссертации следует, что пункты 1 и 2 предполагают особый подход к текстам, считающимся «сакральными», данными свыше, полученными в виде откровения, а также требуют от исследователя личного религиозного опыта.

Мы полагаем, что такой подход противоречит нормам научного исследования, принятым в том числе системой государственной аттестации научных работников ВАК. Главное, чему мы учим студентов и аспирантов в наших научных лабораториях, – это не принимать на веру никакие непроверенные, непроверяемые и необоснованные предположения. А еще мы учим тому, что в науке не существует абсолютных авторитетов и данных, полученных путем озарения и откровения.

Кроме того, использование предложенных критериев при проведении государственной аттестации явно нарушает пункты 1 и 2 статьи 14 ныне действующей Конституции РФ о светском характере государства и отделении от него религиозных объединений. Для нас важно, что использование «личностного опыта веры и жизни теолога» дискриминирует исследователей и специалистов, проводящих научную экспертизу в государственных институтах и комиссиях, которые не имеют требуемого опыта веры.

Например, такие положения ставят под сомнение правомочность даже этой экспертизы. Является ли мой «личностный опыт веры» в Деда Мороза в раннем детстве достаточным для соблюдения указанного требования? Не напоминает ли это «классовое чутье пролетариата»? Ни естественные, ни гуманитарные науки не предполагают такую дискриминацию, противоречащую принципу универсальности и независимости научных исследований. К сожалению, негативные последствия такого отклонения от принятых в науке объективных методов легко проиллюстрировать на примере представленного диссертационного исследования.

На титульном листе указано «Хондзинский Павел Владимирович (протоиерей)». Информация о сане, воинском звании, государственном чине или спортивном разряде несущественна при оценке научного труда и ее указание не соответствует известным нам правилам ВАК. Например, кандидат политических наук Михаил Иванович Лабунец не счел необходимым указывать на титуальном листе своей диссертации, что он генерал-полковник и Герой Российской Федерации, хотя эти титулы имеют отношение к теме его работы.

Наука не предполагает личностного отношения к предмету исследования, но в данном случае указанные принципы веры в сакральное приводят к существенному перекосу и тенденциозности даже в упоминании важнейших источников, имеющих прямое отношение к работе. В первом же абзаце автореферата написано: «Святитель Филарет Московский является, без сомнения, крупнейшим деятелем Русской Православной Церкви Синодального периода. <…> И в области церковной жизни, и в области богословия он был безусловным авторитетом для современников».

Не останавливаясь на известной переписке В. К. Кюхельбекера с В. Ф. Одоевским, укажем, что минимальных знаний русской истории достаточно, чтобы заметить полное отсутствие упоминаний и ссылок на признанного русского историка, ректора Московского университета, академика Императорской Санкт-Петербургской Академии наук Сергея Михайловича Соловьева, прямо писавшего о Митрополите Дроздове, современником которого он являлся.

Приведем несколько цитат историка:

«Испорченность Филарета можно было заметить из его разговоров: начнет о чем-нибудь и сведет на двор, на императора, на свои сношения с царской фамилией. Я сказал уже, что у этого человека была горячая голова и холодное сердце, что так резко выразилось в его проповедях: искусство необыкновенное, язык несравненный, но холодно, нет ничего, что бы обращалось к сердцу, говорило ему. Такой характер при дарованиях самых блестящих представил в Филарете печальное явление: он явился страшным деспотом, обскурантом и завистником <…> ни в одной русской епархии раболепство низшего духовенства пред архиереем не было доведено до такой отвратительной степени, как в московской во время управления Филарета. Этот человек (святой во мнении московских барынь) позабывал всякое приличие, не знал меры в выражениях своего гнева на бедного, трепещущего священника или дьякона при самом ничтожном проступке, при каком-нибудь неосторожном, неловком движении. Это не была только вспыльчивость, – тут была злость, постоянное желание обидеть, уколоть человека в самое чувствительное место» (С.М. Соловьев 1877).

Однобокое освещение личностей, по-видимому, было свойственно и самому Филарету. Продолжим цитировать Соловьева:

«Однажды Филарет выразил желание, чтоб кто-нибудь занялся опровержением Сведенборга, имеющего читателей и почитателей. Один ученый занялся делом и представил ректору изложение учения Сведенборга и опровержение. Первая часть, изложение учения, ужаснула ректора: "Как можно так писать! Сведенборг выходит у вас очень умен". И давай вычеркивать из сочинения все то, что могло выставить Сведенборга в сколько-нибудь выгодном свете; ревность отца-ректора дошла до того, что, встретив известие: в одной гостиннице Сведенборг имел видение, он зачеркнул: "гостинница" и написал: "кабак". В этом исправленном виде сочинение было представлено Филарету; но тот нашел, что и тут оно представляет Сведенборга в выгодном свете, и еще перемарал, так что когда ректор после этого опять начал читать статью, то с самодовольным смехом повторял: "Какой этот Сведенборг был дурак!"»

Не то что бы соискатель обходил в тексте любые негативные характеристики духовенства. Про Феофана Прокоповича написано так: «Известна его характеристика прот. Георгием Флоровским: «Феофан Прокопович был человек жуткий», – и действительно, именно таким предстает перед нами преосв. Феофан в последние годы своей жизни, за которою он боролся последовательно и целеустремленно, не брезгуя ничем: ни доносами, ни пытками собратьев-архиереев».

Возможно, личный опыт веры и статус святого Филарета не позволяют соискателю даже упомянуть некоторые источники. Хотя соискатель справедливо указывает на недостаток числа работ, посвященных Филарету, однобокий подход к цитированию наблюдается по всему автореферату и диссертации.
Приведем еще один пример. Доктор исторических наук Николай Троицкий писал: «Составлял Манифест московский митрополит Филарет Дроздов – «Филька», как звали его в народе. Отсюда и пошло выражение «филькина грамота» (т.е. документ бестолковый)». Возможно, Троицкий ошибался в происхождении выражения, но тогда такое мнение стоило бы привести и опровергнуть.

Мы боимся, что по сходным причинам очень поверхностно затронут вопрос о связи Филарета с масонством. Хотим отметить, что для рецензентов эта тема никак эмоционально или политически не окрашена, а просто заслуживает объективного исторического анализа. С. М. Соловьев писал: «Принадлежа, бесспорно, к числу даровитейших людей своего времени, Филарет шел необыкновенно быстро, поддерживаемый массонской партией, к которой принадлежал, особенно другом своим, князем Александром Николаевичем Голицыным». Российский философ и теолог, кандидат наук филологии и теологии Леонид Мацих прямо утверждает, что Филарет был масоном.

При этом соискатель все же описывает некоторые достижения масонов: «Орден вел широкую филантропическую и издательскую деятельность, характерную, прежде всего, своей всеядностью. Типография Лопухина печатала и греческих святых отцов <…>, и сочинения Фенелона, и первые переводы блаженного Августина, и работы тех западных авторов, где русскому читателю предлагался внеконфессиональный мистико-аскетический путь к Богу». Слово «масон» в диссертации упоминается в шесть раз чаще, чем слово «троица». Достаточно много места в диссертации уделено явным масонам И. В. Лопухину и А.Ф. Лабзину, связанным с Филаретом. Однако мы не нашли прямого обсуждения вопроса о принадлежности Филарета к масонам.

Некоторые противоречивые богословские взгляды Филарета, например, на самодержавие (как дарованное Богом), столоверчение (как реальный, но опасный феномен) и крепостное право (которое не стоит отменять), тоже оказываются совершенно незатронутыми в диссертации.

Согласно П.2 положения о ВАК, «В своей деятельности Комиссия руководствуется Конституцией Российской Федерации», а согласно П.3, «основными принципами деятельности Комиссии являются компетентность, независимость, объективность, открытость и соблюдение норм профессиональной этики». Однако мы видим, что использованный личный опыт веры противоречит как требованиям светскости, так и объективности.

Несмотря на то, что мы пишем отрицательный отзыв, мы рады возможности открытой дискуссии по поводу теологии и приложим все усилия, чтобы распространить ход полемики максимально широко и в случае дальнейших попыток подобных защит использовать их как популярную трибуну. Как верно отметил хоть и не имеющий ученой степени Владимир Михайлович Гундяев, люди должны иметь научное представление о религии. В связи с этим будет полезно донести до общества тот факт, что ученые не используют гипотезу о существовании Бога в своих научных исследованиях и не нуждаются в ней. Если российское духовенство поддерживает такой подход к обмену мнениями, мы можем это только приветствовать.

Заключение

Личность Василия Михайловича Дроздова (Филарета) безусловно, представляет исторический интерес. Автор проанализировал большой объем материала. Увы, диссертацию портит нескрываемое использование ненаучного метода «личного опыта веры и жизни теолога», поэтому она не может быть рекомендована к защите в текущем виде. Мы полагаем, что диссертация могла бы претендовать на научность, если бы автор писал ее не по специальности «теология», а в рамках таких светских наук, как история или религиоведение, при условии соблюдения принятых в этих областях принципов объективности научного исследования и беспристрастного отношения к материалу. Эти принципы включают независимость анализа и выводов от личного опыта веры и жизни соискателя и исключает трактовку каких-либо источников как откровений.

Автореферат не отвечает требованиям Положения о порядке присуждения ученых степеней, его автор – Хондзинский Павел Владимирович не заслуживает присуждения ученой степени кандидата наук.

Доктор биологических наук,
заведующий лабораторией №12
Института проблем передачи информации
им. А.А. Харкевича РАН,
Панчин Юрий Валентинович

***

Мое мнение об отзыве (диссертацию я не читал): он не в тему. Пара исторических анекдотов была бы уместна при обсуждении вопроса о канонизации Филарета. Но при чем тут диссертация? Рецензент не приметил ни одной "ПРОБЛЕМы РУССКОГО БОГОСЛОВИЯ XVIII ВЕКА".

Сегодня в МК. часть 1

(Только тут полный текст)

- Отец Андрей, ваши и до того непростые отношения с церковным руководством перешли на новый уровень: выражаясь светским языком, вас подвергли серьезному дисциплинарному наказанию. Кстати, это вообще обычное дело, обычная ситуация в РПЦ, когда епитимью на дьякона накладывает патриарх?

- Патриарх - это в первую очередь епископ города Москвы. То есть мой непосредственный начальник. Поэтому в его распоряжении ничего удивительного нет.
Дальше: поскольку церковь не полицейское ведомство, в ней существует только две формы наказания - понуждение к молитве и понуждение к немолитве.
В данном случае прибегли к более мягкому средству - не запрет в служении, а понуждение к нему.
Отсюда один частный вывод и два глобальных вопроса.
Частное определение: стратегия игнорирования, незамечания меня, судя по всему, прекратилась. В последние годы в Патриархии считали ниже своего уровня публично реагировать на какие-то мои реплики, суждения, оценки. Теперь же мы видим некую реакцию, означающую, что в каком-то качестве я в их мире все-таки присутствую.
Вопросы же не к патриарху, а ко всей нашей многовековой православной традиции:
Первый - почему молитва считается наказанием? Тем более самая радостная церковная молитва – литургия? Не странно ли - наказывать клирика пасхальной молитвой?
Второй - ежедневная служба и вправду утомляет и физически и психологически. Если же церковное начальство знает это (и потому прибегает к понуждению к службе как к наказанию) – как оно это знание совмещает с риторикой о том, что «в молитвах – источник силы»?

- Как долго продлятся эти ваши "исправительные работы"?
- Поскольку для священнослужителей не существует никакого трудового или исправительного кодекса, срок в принципе может быть любым. Но пока сказано: сорокоуст, сорок литургий.

- Поскольку я не большой знаток церковных обычаев, то перед нашей встречей заглянул во всезнающую, хотя порой и ошибающуюся, "Википедию". И там сказано, что "в настоящее время в православии епитимья налагается редко и в основном на тех, кто упорствует в каком-то грехе". Верная трактовка?
- Верная. Никто, правда, мне не объяснил, в чем я должен каяться. Никакой указивки я на руки не получил. Просто позвонил телефон и голос, похожий на голос епископа, сообщил, что я должен прибыть в Новоспасский монастырь.

- Но свое объяснение этому, своя версия, у вас наверняка имеется.
- Да, общие причины мне более-менее понятны. Очевидно, что это наказание за мою публицистическую деятельность. Когда в 2014 году меня увольняли из академии, формулировка была: "за эпатажные высказывания в Интернете и масс-медиа". Хотя можно вспомнить немало церковных деятелей, которые высказывались гораздо более эпатажно.

- Некоторых из этих деятелей тоже уволили. Например, вашего заклятого оппонента Всеволода Чаплина, лишившегося поста руководителя Синодальный отдел по взаимоотношениям Церкви и общества. Кстати, в связи с этим возникла версия, согласно которой церковное руководство избавляется от любых крайностей - что на либеральном, что на консервативном фланге. Правомерно такие видение ситуации?
- Не правомерно. Когда меня называют либералом, я всегда спрашиваю: по каким критериям вы меня к ним причисляете? По меркам, скажем, Западной Европы, я ужасный мракобес. В РПЦ есть священники, которые куда более либеральны, чем я. И есть более правые, чем Чаплин. И все они высказываются без негативных для себя последствий. Так что, нет, дело не в принадлежности к какому-то политическому лагерю. Дело в эмоциональной сиюминутной реакции патриарха. В моем случае, убежден, это была реакция на текст, размещенный в моем блоге в конце декабря 2013 года. Поясню, что, когда я начал писать о проблеме педофилии среди церковных иерархов, у многих церковных людей это вызвало настоящий взрыв мозга. Они не могли поверить, что такое может быть. Причем аргумент был замечательный: ведь это же запрещено церковными канонами! По этой логике, раз у нас что-то запрещено светскими законами, то не должно быть и преступников... И тут мне приходит письмо одного пожилого человека, не скрывающего, что он является гомосексуалистом.

Этот человек писал, что ему не понятно, почему патриарх Кирилл, умнейший человек, настроен против геев, ведь его учитель, митрополит Никодим Ротов, был из "наших". Все мы, мол, знаем, что Ротов входил в ленинградскую гей-тусовку. Вообще это было очень интересное письмо, неординарное, человеческое. И я как человек с историческим вкусом счел, что нельзя такой текст выбрасывать на помойку. И опубликовал его. Именно это, упоминание Никодима в таком контексте, вызвало тогда гнев патриарха. Люди из Патриархии мне говорили, что это сорвало его планы по канонизации Никодима. Всё уже было готово для причисления патриаршего наставника к лику святых, но эта публикация оживила старые церковные слухи. А репутация у митрополита в годы его служения (60-е - 70-е годы) и в самом деле была настолько определенной, что в церковной среде возник «мем» - "никодимов грех".


- Можно предположить, что ваше нынешнее наказание связано с последними вашими усилиями в том же направлении. А именно - со скандалом, разразившемся после того, как вы предали огласке информацию о случаях педофилии в Тобольской семинарии.
- Нет, думаю, что дело не в этом. Разговоры о том, что что-то такое для меня готовится, пошли еще зимой, до тобольского скандала.


- Ходили слухи, что вас собираются вовсе лишить сана.
- Не могу исключить наличие у Патриархии таких планов. Вполне вероятно сценарий был таков: отправим Кураева в монастырь, он откажется, и это будет каноническим поводом для того, чтобы лишить его сана. Но я решил не давать такого красивого повода. К огорчению некоторых священников, которые хотели увидеть бой кита со слоном.


- Тобольская митрополия квалифицирует обнародованные вами свидетельства как "ложный компромат", "анонимные вбросы", не имеющие "никакого юридического обоснования". Лица, которым вы дали трибуну, действительно безымянны. Известны ли их имена вам самому?
- Мне - да. Но предпочел бы не назвать их по крайней мере до начала судебных прений. Да, мне как публицисту очень хочется доказать свою правоту. Но к этому торжеству нельзя идти через человеческие судьбы. Для того, чтобы раскрыть имена этих людей, я должен быть уверен в том, что это не причинит им вреда. После того, как по ним проехался митрополит, мне негоже вторично давить их судьбы.


- А как далеко, кстати, продвинулось следствие?
- Не могу сказать. Знаю только, что процессуальные действия начались в середине апреля, после того, как в тюменское управление Следственного комитета пришло письмо, аналогичное тому, которое опубликовано у меня. Я тоже не так давно давал показания по этому делу - приглашали в московский офис СКР. Кое-чем я поделился со следователями, передал им некоторые материалы.


- Сверх того, что опубликовано в вашем блоге?
- Да.


- Вновь процитирую пресс-службу Тобольской митрополии: "За 26 лет через Тобольские духовные школы прошли более 1600 учащихся – юношей и девушек – и, конечно, могут найтись недоброжелатели из числа не вписавшихся в регламент учебных заведений, которые могли бы подобным образом попытаться как-то навредить и школе, и ее руководству". А вы сами уверены на сто процентов, что это не клевета, вызванная какими-то каким-то сугубо личными мотивами?
- В отношении по крайней мере одного свидетельства уверен на сто процентов. Потому что этот человек не находится в конфликте ни с Патриархией, ни с епархией. Более того, у него есть основания по жизни быть благодарным Димитрию Капалину (митрополит Тобольский и Тюменский, главный фигурант сексуального скандала. - "МК"). Кстати, процитированное вами заявление производит довольно странное впечатление. Епархиальные чиновники как бы заранее стелют себе соломку. Они не говорят, что свидетелей нет и быть не может. Они говорят, что бывают разные люди и некоторые могут мстить. Значит, предполагают, что свидетели и пострадавшие есть. Вторая интересная деталь: по словам пресс-секретаря митрополии, решение подавать или нет на Кураева в суд, зависит от результатов следственных действий. То есть они не верят тем картам, которые у них на руках. Боятся, что у Кураева все же есть прикуп.


- А у Кураева есть прикуп?
- Ну, как я уже сказал, я опубликовал не все, что мне известно.

- Патриархия проявила какой-либо интерес к тому, что происходит за дверями Тобольской семинарии?
- На официальном уровне нет. Про какие-то действия на неофициальном уровне мне пока тоже ничего не известно. И, как подсказывает мне мой опыт наблюдения за такими процессами, ждать этого не стоит.

- А в Тобольске произошли какие-то перемены. Митрополит Димитрий перестал ходить в баню с юными семинаристами и приглашать их к себе на ночевки?
- Если в тамошней бане и есть видеокамера, то я к ней не подключен. Интересно, что в свежем докладе Фонда "Петербургская политика" утверждается, что рейтинг социально-политической устойчивости Тюменской области потерял одну десятую и получил в апреле 7,8 балла. Причиной стал скандал из-за обвинений митрополита Тобольского и Тюменского Димитрия в педофилии. (https://tumix.ru/news/25584/obvineniya-v-pedofilii-tyumenskogo-mitropolita-povliyali-na-rejting-tyumenskoj-oblasti).


- Ваша борьба с сексуальными девиациями в церковных рядах и с тем, что вы впоследствии назвали "гомосексуальным лобби в РПЦ" длится уже, наверное, лет пять можно подвести какие-то итоги? Что удалось, в чем вы потерпели неудачу? Изменилось ли что-то за эти годы?
- Ну, что изменилось... Первое: судя по полушутливым жалобам, которые я слышу от епископов, жить им стало сложнее. "Народ, - говорят, - на нас косится и нас подозревает". И это хорошо. Если клирик ни к чему такому не причастен, подозрения ему нисколько не вредят и не ограничивают его жизнь и деятельность. Если же какая-то причастность есть - пусть даже на уровне снов и мечтаний, - оно сдерживает его активность в этом направлении. И тем самым судьбы каких-то молодых людей сберегаются в чистоте.

Второй плюс - то, что молодые люди и их семьи тоже предупреждены и поэтому не всем улыбкам и не всем подаркам верят. Что также означает меньшее количество сломанных судеб.

Третье - снято табу на разговор на эту тему. Пока проблема табуируется, пока о ней нельзя даже говорить, она и не может быть решена. Все это уже неплохой результат.

Никакого эпического финала эта история, понятно, не получила - всерьез никто не наказан, не изгнан. Но я и не ждал чисток. Я рассчитывал всего лишь на карьерный стоп-кран. Достаточно не продвигать по карьерной лестнице тех людей, в отношении которых имеются соответствующие подозрения. В конце концов, это ведь не относится к числу общечеловеческих прав - быть епископом. Вот, я, например, не епископ - и что? Я не считаю, что мои права этим ущемлены. Должны быть определенные запреты на профессию. Если вы хотите продвинуть какого-то человека, посмотрите форумы в том городе, где он живет и служит, опросите местных священников. Ведь наш "профсоюз" очень маленький - все у всех на виду. Соберите информацию и откажитесь от презумпции невиновности, даже к слухам отнеситесь всерьез. Ведь речь, повторяю, идет не о суде, а всего лишь о карьерном росте.

Особенно внимательно надо присматриваться к тем клирикам, которые проявляют интерес к молодежной и детской работе. Вот в Норильске три года назад был странный случай: два местных монаха стали ходить по школам и читать старшеклассникам лекции на темы сексуального просвещения. Ну, как это можно нематерно прокомментировать?! 25-летний монах рассказывает подросткам про секс! Замечательно! Когда, скажем, в Американской православной церкви стали выплывать наружу подобные скандалы, их синод тут же разработал строгий протокол: что можно, а чего нельзя священнику в общении с детьми. Вплоть до того, что, когда воскресная школа едет на экскурсию, священник не имеет права находиться в автобусе один со школьниками. Должен присутствовать еще кто-то из взрослых. И это нормальная здравая реакция.

А католики с недавних пор взяли за правило тестировать у психолога абитуриентов семинарий. Именно на эту самую тему. Ладно, для нас, может быть, это не так актуально, поскольку большинство священников женится. Но почему не подвергать такой проверке кандидатов в наместники монастырей, ректоров семинарий, епископов? Ничего этого, к сожалению, нет. Реакция патриархии скорее даже обратна ожидаемой: мощным потоком на повышение идут люди с репутацией не то сомнительной, не то несомненной.


- Насколько за эти годы изменились сами ваши представления о явлении, которое вы взялись выводить на чистую воду?
- Что это явление в церкви более распространено, чем хотелось бы, я знал и до того. Но сейчас пришел к выводу, что это не просто личные грехи отдельных людей. Это вопрос системы. До некоторой степени даже вопрос богословия. Ведь, по большинству рассказов, геирархи не заказывают свои утехи по интернету, а растлевают подчиненных.
Как им это удается? Вот представьте себе: некий мальчик с религиозным призванием, с сильной религиозной мотивацией поступает в семинарию или уходит в монастырь. Он знает, что Священное Писание содержит очень жесткие оценки гомосексуализма. Соблазнить такого мальчика на этот грех очень сложно. Прежде, чем получить доступ к его телу, нужно развратить его мозги. Должны быть своего рода кумулятивные снаряды, прожигающие богословскую защиту. Поэтому в этой среде существует своя школа гомобогословия, толкующая Священное Писание с извращенной точки зрения. Гомосексуальный подтекст, к примеру, усматривается в том, что Иисус называл Иоанна Своим любимым учеником, а тот во время Тайной вечери лежал у Него на груди.

- Подобное толкование можно встретить сегодня только в устной или даже в современной богословской литературе?
- В протестантизме это уже и в литературе.

- Эта школа существует в рамках Русской православной церкви?
- Не только. В других православных церквях я слышал аналогичные истории соблазнения. Один из знакомых священников выдвинул интересную гипотезу о существовании внутри православия секты, корни которой уходят ко временам древних гностиков. Эта секта официально была разгромлена еще в византийскую эпоху, но в истории культуры и религии никакое явление не умирает бесследно. Оно может мутировать, притворяться, мимикрировать, но как-то продолжать свою жизнь. У гностиков очень своеобразное понимание темы "плоть и спасение": душа и тело настолько чужды друг другу, что деяния плоти никак не затрагивают полета души.
Поэтому некоторые их ритуалы вызывали оторопь даже у единоверцев. Например, в известном гностическом тексте "Пистис София", написанном где-то в III веке, с осуждением говорится о том, что некоторые из "наших" пьют на собраниях смесь из спермы и менструальной крови. Это, между прочим, не просто хулиганство, а серьезный философский жест. Дело в том, что для гностиков самым страшным грехом было деторождение. Нельзя, мол, кусочек Бога (душу) заключать в тело обезьяны. Поэтому таким действием они давали весточку своим богам: смотрите, детородные жидкости мы используем не по назначению - никого не зачинаем, и, значит, мы святы...

- Нет у вас, кстати, планов написать книгу на эту тему?
- Были планы, отговорили. Отговорили по одной простой причине - эту книгу возьмет на вооружение эта самая секта. Если я соберу и опубликую все их уловки, моя книжка станет для них учебным пособием по соблазнению.

- По версии исследователя Николая Митрохина, гомосексуализм в церкви - это не отклонение от нормы, а, собственно, сама норма. Он выделяет три основных социальных типа духовенства, одним из которых как раз являются геи: "Если не обращать внимания на гомофобную риторику официальных лиц РПЦ, на практике для гомосексуалов РПЦ - это довольно открытый и дружелюбный мир". Молодой человек с нестандартной ориентацией, отвергаемый сверстниками, "находит теплый прием в храме" и быстро начинает делать здесь карьеру. Как вам такой взгляд на природу явления?
- Правда тут в том, что в Средние века и Новое время монастыри как католиков, так и православных, были настоящим убежищем для гомосексуалистов. Тогда были приняты ранние браки, и безбрачный человек в миру был слишком странен. Монастырь давал таким людям укрытие: сделай вид, что любишь Христа, уйди в монастырь, и там ты сможешь встретить себе подобных. Церковь предлагала гомосексуалистам отказаться от того, что для них не имело ценности - от гетеросексуального брака - а взамен предоставляла уважаемый образ жизни, доступ к деньгам и карьере и просто к гарантированной еде (да, в Византии начала второго тысячелетия рацион монаха был лучше, чем рацион среднего крестьянина). Что еще надо?

Результаты с точки зрения христианской этики были страшными. Есть, скажем, в православии такая полузапрещенная книга - "Посмертные вещания преподобного Нила Мироточивого Афонского". Сам Нил, как предполагается, жил в XVII веке, книжка впервые вышла в начале двадцатого.

Согласно сюжету, некоему афонскому монаху в начале 19 века является в видениях Нил Мироточивый и дает духовные наставления. Скорее всего, это просто такая литературная форма: чтобы автора услышали, автор начала 20 века решил заговорить чужим голосом и под видом обличения монахов столетней давности описал современные ему нравы, то есть дал картину жизни афонских монастырей начала XX века.
Картина жуткая. Из самого безобидного - то, что афонские монахи платили деньги крестьянам соседних деревень, чтобы те вместо них читали молитвы. А дальше идет целая глава о том, как старцы совращают юношей в своих кельях («Воззвание о хранении себя от сообращения с безбрадыми). Причем очень точно показаны психологические последствия: совращенные юноши начинают потом командовать своими старыми любовниками. Книга у нас обычно переиздается с купюрами, и эта глава опускается.

- Но тогда получается, что вы и впрямь боретесь с устоями.
- Одно дело - дать человеку убежище, и совсем другое - власть над собой. Это, согласитесь, не одно и то же. Хочу подчеркнуть, что с точки зрения современного права домогательство начальствующего лица к подчиненному - это преступление независимо от пола и возраста жертвы. Они могут быть ровесниками, подчиненный может быть даже старше своего начальника, но использование власти для удовлетворения своей похоти - преступление в любом случае.

- В фокусе вашего внимания находятся не только случаи, выходящие за рамки законопослушного поведения, но и содомский грех как таковой, с точки зрения светской морали и светского права нынче вполне допустимый. Как говорил классик, нельзя жить в обществе и быть свободным от общества. Может быть, вы все-таки чересчур строги к коллегам по корпорации?
- Что мешает этим людям создать свою РПЦ - русскую педерастическую церковь? Пусть создают. Пусть у них будет своя паства, будут встречи убежденных и по-своему честных людей. А я со своей стороны обещаю не рисовать никаких гадостей на стенах их собраний.
Снятся людям иногда
Голубые города:
Соберутся педерасты –
И уедут навсегда…
Я за свободу совести, но мне не нравится ложь. Конечно, никто не бывает ежеминутно правдив. Но не надо делать ложь системой и ключом к карьерному лифту.

- Вам не кажется что это дон-кихотство?
- Может быть. Только вот драконы настоящие.

- Есть ли у вас союзники в церковной среде?
- Знаете, когда "живешь" в Интернете, порой возникает ощущение, что ты превратился в мишень для плевков. Но потом выходишь на улицу, заходишь в храм и видишь: в "реале" отношение совершенно другое. Даже епитимья в монастыре в этом смысле порадовала меня: монахи встретили меня очень по-доброму.
Каждый раз, когда я еду по Москве не на своем скутере, а на метро, 3-4 человека обязательно подходят и говорят добрые слова. Причем это благодарность не моему сану и рясе, а они конкретно называют мое имя.
Что касается епископата, мои контакты, конечно, сильно сузились. Как-то я по-доброму упомянул в своем блоге одного архиерея. Рассказал, как он помогает бедным сельским священникам в своей епархии. А через два часа он мне звонит: "Отец Андрей, ты убить меня хочешь? Умоляю, убери".
Это и есть ответ на нередко адресуемый мне упрек: "Почему вы так мало пишите позитивного?". Именно поэтому: мы в таком зазеркалье живем, что даже добрый отзыв о человеке может ему навредить. В данном случае предосудителен и контакт епископа со мной, и признание наличия в епархии свободных финансовых средств, которые пересылаются не вверх, в патриархию, а вниз (что против нынешних законов церковно-финансовой физики). Тем не менее, общение продолжается. Вот и этой весной я встречался с несколькими епископами. Разговор начинался всякий раз похожим образом: "Отец Андрей, ну что ты такое пишешь?!" Но так же всякий он завершался фразой: "Ну, ты вообще-то прав, молодец, с этим надо, конечно, бороться. Ты только не обобщай, не все мы такие".

- Епископ Тихон Шевкунов, называя вас своим другом и признавая наличие той проблемы, по поводу который вы бьете в набат, тем не менее категорически не согласен с избранными вами методами. По его словам, вам следовало не писать в блогах, а обратиться к патриарху, попытаться встретиться с ним. Что вы могли бы возразить на это? Вы писали Кириллу, пытались с ним встретиться, объясниться?
- Начнем с того, что патриарх очень надежно изолировал себя от тех, с кем он не желает встречаться. Когда патриарх однажды в престольный праздник приехал служить в мой храм (Храм Архангела Михаила в Тропарево, Москва. - "МК"), было категорическое требование протокола: меня там быть не должно. Так что к патриарху не прорваться.
Второе: если Святейший захочет встретиться со мной, формально или неформально, проблем нет - один звонок, и я, естественно, явлюсь туда, куда скажут.
Третье: я более-менее представляю, что могу услышать от патриарха, а он представляет, что может услышать от меня. Если кто-то думает, что я скажу: "Ваше Святейшество, я знаю, как спасти Русскую церковь, дайте мне пять минут", - то он сильно ошибается. Я не настолько сумасшедший, у меня нет никакой идеи фикс. И нет никаких тайных планов: что думаю, то и пишу. Знаю, что патриарх и сам читает мой блог, и регулярно получает доклады о моих "эпатажных" заявлениях. Кроме того, убежден, что о жизни его епископов ему известно намного больше, чем мне. По моей информации, на стол ему кладут в том числе и видеозаписи некоторых развлечений.

- Людей, похожих...
- Людей, похожих на епископов. Поэтому повторяю: ничего неизвестного патриарху про жизнь его «гвардейцев» я сообщить ему не могу.

- Когда вы в последний раз общались с Кириллом?
- Кажется, в последний раз это было весной 2010 года, на Пасху. В то время как раз вышел мой учебник "Основы православной культуры" для 4-х классов государственной школы. И возникла большая проблема: российское Министерство образования жестко давило на регионы, а те – на школы, чтобы они выбирали "Основы светской этики". Я много говорил и писал тогда об этом. И вот вечером пасхального дня духовенство съезжается в Храм Христа Спасителя, чтобы поздравить патриарха. Обычный ритуал: патриарх дарит пасхальное яичко, а ему, как правило, преподносится букет цветов. Я в общей толпе духовенства подхожу к патриарху, говорю: "Христос воскресе!" Но вместо "воистину воскресе!" он шипит мне на ухо: "Не портите мои отношения с Фурсенко" (то есть с тогдашним министром образования). Пасхального яйца не дает, не христосуется... Такой, в общем, была патриаршая благодарность за мой учебник. Который, кстати, я писал по его же поручению.

- А ведь в момент избрания Кирилла вы считались членом его команды. Какая кошка пробежала между вами? Можно припомнить какую-то ситуацию, какой-то момент истины, после которого ваши пути стали расходиться?
- Они на самом деле никогда не сливались. Действительно, после смерти патриарха Алексия я опубликовал большую статью, где объяснял, почему считаю избрание Кирилла лучшим для нашей церкви исходом патриарших выборов. Вскоре после этого Кирилл, тогда еще митрополит, захотел встретиться со мной. Он начал беседу с фразы: "Отец Андрей, я благодарю вас за то, что вы меня защищаете". Я: "Владыка, я не Вас не защищаю. Защищая Вас, я просто защищаю себя. Потому что при иных раскладах та миссионерская работа, которой я живу, скорее всего, окажется прикрытой". После секундной паузы местоблюститель отреагировал: "Это единственно правильная позиция". На участие в дележе портфелей я тогда совсем не рассчитывал, и мои ожидания вполне оправдались. Более того, вскоре после избрания Кирилла меня отправили в длительную командировку в Абхазию. Знающие люди сказали мне, что это форма вежливой ссылки.

- А за что ссылка? Ваши слова обидели Кирилла?
- Нет, нет. Дело не в обиде. Просто патриарху нужны люди, которых он, образно говоря, вскормил своей грудью. А я слишком взрослый. Он понял, что меня поздно "усыновлять". Что же касается моего разочарования в Кирилле как патриархе, то могу даже назвать точную дату, когда это произошло: 23 мая 2009 года. На этот день к моей радости была анонсирована первая в истории встреча патриарха со светской молодежью. Первым шоком стало оцепление вокруг спорткомплекса "Измайлово", где проходила встреча. Пройти можно было только по пригласительному, которого у меня не было. В конце концов, проходившие потоком ребята меня чуть ли не силой протолкнули. Сказали охранникам: "Вы что не понимаете, это же Андрей Кураев!". Но большой группе людей, прихожан, которые тоже хотели увидеть своего нового пастыря вблизи, попасть внутрь так и не удалось.
Второй шок - состав участников встречи. Огромный зал был набит не православной молодежью, а согнанными по разнарядке студентами вузов, в первую очередь - расположенного поблизости Университета физкультуры и спорта. То есть тех, кому был интересен патриарх, не пустили, а тех, кому не интересен, - пригнали. Далее: выяснилось, что никакой "самодеятельности" не будет. Список вопросов составлен заранее, заранее распределены роли - кто когда к какому микрофону подходит и какую реплику озвучивает. Мне все это было непонятно. Я знал нового патриарха как умного человека, способного на импровизацию и живой диалог. И вдруг оказалось, что он боится разговора с паствой. И, значит, при его правлении диалога с обществом не будет. А это плохо: один человек, каким бы умным он ни был, такую ношу не потянет. В общем, я был тогда сильно разочарован. Надежды, которые я возлагал на патриаршество Кирилла, рухнули.

- Та публикация в вашем блоге, в которой говорилось о нетрадиционной сексуальной ориентации духовного учителя патриарха и которая, как вы говорите, стала причиной вашего увольнения из Духовной академии, была воспринята некоторыми как намек на то, что яблоко от яблони упало недалеко. Что патриарх тоже из "этих". Вы сами тогда решительно отвергли такую интерпретацию. Заявили, что "против создания голубой ауры вокруг нашего патриарха". Сегодня вы придерживаетесь той же точки зрения?
- Да, той же. Я не считаю, что он хоть кого-то совратил. Но голубое лобби - это не только гомосексуалисты. Это и те "нормальные" иерархи, которые знают правду и, несмотря на это, поддерживают статус-кво. Или даже усугубляют течение болезни. Они прячут под сукно жалобы, гасят расследования, дают хорошие рекомендации и просто забывают про церковные законы в «неудобных случаях». Ложно понятое «спокойствие» они понимают как высшее церковное благо. Поскольку юность патриарха прошла в никодимовском кружке, ему хорошо известны особенности поведения людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Оттого, видимо, такие люди не вызывают у него брезгливости.

- Во главе "голубого лобби" стоит патриарх?
- У нас в церкви только один человек решает, кто станет епископом, а кто нет. И при этом я вижу, что люди с отчетливым "голубым" шлейфом косяком взлетают ввысь. Даже те, кто был подстрелен при Алексии, вновь встают на крыло. Простите, но нужно быть совсем уж лицемерным идиотом, чтобы сказать: "Нет, нет, патриарх к этому не имеет отношения". Это его решения, его выбор.
Однажды мне сказали так: "Отец Андрей, пойми, ты поставил патриарха перед выбором: один заштатный протодиакон или сорок гомоепископов? Если он их выгонит, они организуют альтернативную церковь, а это раскол. История Кириллу этого не простит. Поэтому он выбрал их". Но не думаю, что это исчерпывающее объяснение. Главную роль, на мой взгляд, играет то обстоятельство, что такими людьми значительно проще управлять. Когда на человека имеется компромат, любую попытку сопротивления легко подавить. Достаточно сказать: "Ты что, забыл про свои приключения?"

- Тема "голубого лобби", надо заметить, - далеко не единственный повод для ваших разногласий с церковным руководством...
- "Голубая тема" - это не то, что меня вдохновляет и представляет для меня большой интерес. Эти свои публикации об этом я считаю своей, если хотите, общественной нагрузкой. И даже миссионерством: ведь мало придти в церковь, надо уметь выжить в ней, остаться. А розовые очки имеют привычку разбиваться стеклами внутрь, раня глаза. Я же говорю: можно оставаться в церкви даже после того, как ее лубочный имидж полинял. И никому нельзя сдавать свою совесть и голову на безответственное хранение. Люди, смотрите сами. У вас есть свои глаза, своя голова на плечах. Попробуйте не только умиляться. Не будете очарованы – избежите разочарования.

Меня же сегодня занимают более важные вопросы. Что такое, скажем, Нагорная проповедь Христа: красивые слова, годные лишь на то, чтобы заключить их в рамочку и повесить стенку, или указание, как должны жить христиане? Как поступать с обидевшими вас?

Патриарх, начиная с истории с Pussy Riot, дает на этот счет ясное указание: надо мстить и давить. Моя позиция тоже известна. Кстати, Берл Лазар, главный раввин России, недавно чуть ли буквально меня процитировал. Его спросили, что бы он сделал, если бы к нему синагогу заскочили Pussy Riot и начали танцевать. Он ответил, что сводил бы их в столовую, угостил гефилте-фиш и поговорил с ними. Я, если помните, говорил пять лет назад, что накормил бы этих девах блинами. Почему эту нормальную христианскую реакцию я слышу из уст главного раввина, а не из уст главного попа? Именно это оскорбляет меня, мои религиозные чувства.

Еще один важный вопрос, тоже богословского уровня: что такое церковь? Мы раз за разом видим, как это понятие отождествляется с узким кругом высших церковных чиновников. То есть церковь - это члены Синода? Но в семинарии меня учили иначе. Отождествлять мнение церкви и мнение патриарха – это, простите, больше, чем папизм.

Вы заметили, кстати, как мало стало священников на наших телевизионных ток-шоу? Их там сегодня практически нет, потому что весной 2012 года во время трапезы после службы в Храме Христа Спасителя патриарх заявил, что священникам не стоит появляться на ток-шоу. Это, мол, не наш формат.
Журналисты бросились ко мне: "Отец Андрей, вы не будете больше ходить на ток-шоу?". Я взял паузу и позвонил одному знакомому католическому священнику: «Поясните, если папа на каком-то обеде скажет, что священники, по его мнению, должны делать то-то и то-то или, напротив, чего-то не делать, это будет обязательным к исполнению для католического клира?" Его ответ был: "Конечно, нет! Это просто частное мнение частного лица".

- А как же догмат о непогрешимости папы?
- Догмат о непогрешимости на самом деле является ограничителем папского произвола. Папское мнение авторитетно лишь при двух условиях: если он говорит о проблемах веры и морали и если говорит ex cathedra, в официальной форме (за весь 20 век такое было лишь дважды). Заобеденные размышления папы о телевидении, политике, спорте и тому подобных вещах - не более чем его личная точка зрения. В общем, как говорит один мой знакомый католик: «опасайтесь несертифицированного папизма!». А у нас сегодня этот несертифицированный папизм цветет и пахнет. И я считаю, что это мое церковное послушание, послушание Церкви Христовой - пищать, что я с этим не согласен. На такую мутацию моей родной церкви я не подписывался, принимая в ней крещение 35 лет назад.

Именно пищите?
- Субкультура неподцензурного магнитофона перешла в субкультуру интернета. А формула Галича не устарела:

Прилетает по ночам ворон,
Он бессонницы моей кормчий,
Если даже я ору ором,
Не становится мой ор громче.

Он едва на пять шагов слышен,
Но и это, говорят, слишком.
Но и это, словно дар свыше, -
Быть на целых пять шагов слышным!

- Трудно найти сегодня тему, где ваши взгляды совпадали бы с позицией Патриархии. Дело Pussy Riot и дело "ловца покемонов" Соколовского, передача Исаакиевского собора и запрещение "Свидетелей Иеговы" - во всех этих и многих случаях вы резко критикуете политику патриарха и, соответственно, то, как она меняет лицо РПЦ. Как бы вы сами, кстати, определили характер этой трансформации? Что происходит с Русской православной церковью?
- Церковь - многомиллионный организм, и в ней одновременно много чего происходит. И доброго и печального. Но если говорить конкретно о церковном аппарате, то тут диагноз требует латыни: ohuentus banalis. Упоение властью, деньгами, безнаказанностью, подмена реальности риторикой и отчетами.

- Тренд задается патриархом либо его, как говорится, играет свита?
- Еще несколько лет назад я спрашивал людей, близких к патриарху: "Скажите, а остался еще в его окружении человек, который может сказать три страшных слова: "нет, Ваше Святейшество". Мне сказали: "Нет, таких людей уже не осталось". Но система без дискуссии и без обратной связи - это, мягко говоря, рискованный проект.

- Помнится, Всеволод Чаплин после своего увольнения предрек скорую смену власти в Патриархии: долго, мол, Кирилл "не продержится". У вас другие предчувствия?
- Конечно, усталость духовенства (в том числе и высшего) от патриарха Кирилла очень высока. Особенно - у тех, кто находится рядом с ним. Я смотрю со стороны, совсем со стороны, - и все равно порой, что называется, офигеваю. Но, на мой взгляд, у смены власти в Патриархии может быть лишь одна причина - желание Владимира Владимировича Путина. В самой церкви нет реальных механизмов, которые могли к этому привести. Точнее, механизмы есть, но они могут быть приведены в действие лишь извне, из Кремля. А это такие сферы, которые для меня непрозрачны. Впрочем, могу сказать, если это произойдет, то причина не будет тайной. Это может случиться в тот момент, когда и если приближенные к первому лицу государства социологи сообщат ему в секретной записке, что негативный имидж патриарха тянет вниз и личный рейтинг симфонирующего с ним президента. В этом случае, думаю, меры будут приняты незамедлительно.

- Неужели "вертикали" насколько срослись, что светская власть может вот так запросто перетасовать церковное руководство?
- Как говорит в таких случаях сам патриарх, «это дело одного ужина». Речь, упаси Бог, не идет об отравлении или чем-то подобном. Просто если Путин сделает ему соответствующее предложение, он не сможет от него отказаться и послушно скажет: "Я устал, я ухожу". Кстати, из разных уст и уже не первый год я слышу, что у президента нет особой любви к патриарху. Личные отношения прохладны. Но в делах сегодня это не проявляется. Кроме, может быть, случая с Исаакием. Некоторые мои компетентные собеседники говорят, что эта история (как и история с пуськами) специально раскручивается про-властными политтехнологами, чтобы канализовать протест, отвести его в сторону от главной "плотины". Ну и заодно показать, кто в доме хозяин: в стране должен быть лишь один национальный лидер, второй не нужен.

ПРОДОЛЖЕние http://diak-kuraev.livejournal.com/1595291.html

Беседа с аспирантом

Дмитрий Кравцов: Кафедра государственно-конфессиональных отношений в рамках проекта, посвященного Всемирному дню религии и в рамках Всемирной недели гармонизации межрелигиозных отношений, проводит серию интервью. Хотелось бы, уважаемый отец Андрей, услышать Ваше мнение о проблемах и сложностях понимания религии и её роли в современном мире.
отец Андрей Кураев: Это для книжки какой-то?
Д.К.: Эти интервью публикуются на сайте Института государственной службы и управления Президентской Академии. Итак, о. Андрей, если позволите – первый вопрос.
Определение предметного поля является необходимым условием достижения истинных результатов исследований. За многовековую историю изучения религии и религиозного опыта сформировались несколько подходов к определению «религии». Все они основаны на выделении сущностных характеристик религии как социального, политического, психологического, богословского, антропологического феноменов. Какое бы Вы дали определение «религия», какие сущностные характеристики, на Ваш взгляд, важны для её понимания?
о.А.К.: Религия – это действия человека, убеждённого в наличии над-человеческого духовного мира, и направленные на установление связи с. (В этом определении нет понятия «Бог», потому что есть и нетеистические религии.) Речь идёт не просто об убеждении в существовании этого мира, как это бывает в философии или художественной литературе и поэзии, а именно о действии, направленном на установление контакта, что и происходит в любом религиозном обряде. Один из чаемых итогов этого контакта – обеспечение определённого образа своего посмертия.
Если давать функциональное определение религии, то я согласен с Марксом, что одна из социально-психологических функций религии –«опиум народа». Но я об этом скажу иначе: задача религии – помочь человеку остаться человеком в бесчеловечной ситуации посредством наделения её смыслом.
Д.К.: В условиях мультикультурного мира и межконфессионального, межрелигиозного взаимодействия, формирование новой системы международных отношений, в том числе о чем вы с коллегами сегодня дискутировали и о чем шла речь недавно в РАНХиГС, при анализе политических и социальных системах всё больше внимания уделяется религиозному фактору. Как видим, тезис «смерти Бога и религии» не работает – религия не только не стала рудиментом, пережитком истории, но и, наоборот, всё больше расширяет границы своего влияния. Какой Вам видится роль религии в современном мире, какое место ей будет отведено или она займет / сохранит?
о.А.К.: Моё личное переживание религии – оно совершенно из другой вселенной.
Один из участников дискуссии – доц. В.Куренной – говорил, что он видит большой приток интеллигенции в ряды церковнослужителей, и его это радует. Это действительно феномен 80-х годов – начала 90-х: в нашей Церкви тогда встретилось два потока людей – богоискатели и патриоты (назовём их так условно).
Искатели – это те люди, которые искали смысл: смысл жизни, смысл смерти, а затем, обретя его во Христе, в Евангелии, в православии, эти люди понимали, что не с них началась история и они не первые, кто это осознал, не первые, кому Бог открылся. Так происходило их приобщение к истории, традиции. Себя я тоже отношу к этой группе – мы искали небо, а в итоге нашли землю…
Есть другая группа людей, которые искали землю – т.е. это люди, травмированные распадом СССР, для которых встал вопрос «кто мы? когда началась наша история и Родина»? – Ясно ведь, что не с 91 года и не с 17-го. И в поисках своей идентичности эти люди обретали православие: кто-то из них, в результате, находил в том числе и небо.
Там, где это происходило, там, я полагаю, сбывалась дивная формула Константина Кинчева из его хита «Трасса Е-95»: «Я иду по своей земле, к небу, которым живу». Вот это, мне кажется, очень точно и красиво…
Но, к сожалению, в реальности победила партия ультрапатриотов, которые просто спекулируют на религиозной символике. Эти люди очень активны в политике – это демагоги, которые обожают вещать высокие речи о православии, духовности и величии России, но при этом, если всерьёз с них шкурку содрать и позолоту, там не будет ни религиозной веры, ни каких бы то ни было ограничений, которые бы они на себя налагали во имя декларируемой ими веры. Критерий личной религиозности именно в этом – какие табу ты на себя наложил во имя твоей веры. Ещё Фрейд говорил, что культура – это система табу, а религия – тем паче.
Ключевой вопрос любой религии, нерв любой религии – это жертвоприношение. То есть отказ от чего-то хорошего, что бы я сам с удовольствием съел, использовал, «потребил» но от этого я отказываюсь ради Бога. Треба вместо потребления. Этот вопрос очень важен, например, для современных неоязычников. Я иногда у них спрашиваю: что вам запрещает ваша религия? От какой вкусняшки ты отказался ради Одина или Даждьбога, или ещё чего-то?! Т.е. они с легкостью могут «жида» принести в жертву, или кота и собаку. Но от чего, своего, по настоящему ценимого ты можешь отказаться с религиозным мотивом?.
Вот это же касается и наших газетных православных. Ведь на деле никакой жертвы/жертвенности у них не наблюдается. Это банальная утилизация Православия. Возможно, это печалаьная судьба социализации любой религии. Буддизм или христианство – это, скорее, религии одинокого странника, который уходит от своего родства и становится «париком». Вы знаете, на Украине есть такое слово «парафия» – приход (это от греч. – бездомный, бомж). Прихожане – это прЕхожане. Ведь «не имеем здесь пребывающего града, но грядущего взыскуем» (это из послания к евреям ап. Павла). Соответственно, христиане – некие странники.
Д.К.: Да – «пришлец аз есмь на земли», как говорит Царь Давид в псалмах.
о.А.К.: Именно: «Не штык – так клык, так сугроб, так шквал, – В Бессмертье что час – то поезд! Пришла и знала одно: вокзал. Раскладываться не стоит». Это очень религиозное переживание Цветаевой. Изначальное ощущение себя как путника, странника. Но потом в истории, не только сейчас, религия обретает массовидность, институциализируется и прирастает геморроем в виде борьбы за недвижимость, корпоративные и национальные интересы. Эта политизация – неизбежный путь любой религии при ее серьезном распространении. Но считать ли это нормой, восхищаться ли этим – для меня большой вопрос.Collapse )
Считаю, что если в Православии всё правда, то не надо врать – не надо каких-то хитроизобретений наподобие «Константинова дара», каких полно в истории каждой страны и Церкви. Это касается и политики России. Если Россия претендует на то, чтоб быть моральным авторитетом в мире, тогда ее действия аргументы должны быть безукоризненны и нарочито бескорыстны. Иначе она лишается права на моральный аргумент. Нельзя совмещать эту претензию на моральное лидерство с постоянными капризами в стиле : «Они первые начали… « «А у них тоже двойные стандарты…», «А мусульмане на нашем месте вообще бы…».

http://igsu.ranepa.ru/news/p39827/

Вчера на Эхо

Чиж― Дневной эфир начинается программой «Персонально ваш». Collapse ) надо сказать, что, к сожалению, политизируют религию все, в том числе, и сами религиозные деятели. И Россия, например, отказывает во въезде Далай-ламе по политическим соображениям, чтобы не ссориться с Китаем. То есть здесь надо признать, это, в общем, общечеловеческая печальная практика.
И.Воробьева― А вот интересно, почему. Казалось бы, действительно, это должно быть как-то вне политики — духовные лица, религиозные деятели.
А.Кураев― Во-первых, идея о том, что религия вне политики – это чисто христианская идея. Мусульмане так никогда не считали. Иудаизм мечтает именно о возрождении своего государства и даже царства. Мессия — это светский, а не только религиозный лидер израильского народа. Далай-лама был главой государства, а не только тихим медитирующим монахом. В Древней Греции и Риме религии, естественно, тоже совершенно официальная вещь. Римский император – это pontifex maximus, то есть верховный жрец. И только в христианстве «царство Мое не от мира сего». Но при этом опять же христиане об этом довольно рано успешно забыли когда элиты приняли христианство. И уже с конца 4-го века церковь считает, что она должна всем указывать, что можно, что нельзя. Церковь становится многомиллионной, народной, и, значит, входит в мир политики.
С большими социальными величинами это неизбежно. Вот какой-нибудь большой заводе, тоже так или иначе задействован в местной политике, в региональной – той области, где этот завод стоит. А зачастую его голос звучит и на федеральном уровне и на международном, потому что поставщики и покупатели у него зарубежные международные, а тут случилось импортозамещение или санкции. Всякое бывает. Скажем, лет десять назад я пробовал попасть во Всеволжске на завод компании «Форд». Так меня туда не пустили – потребовали снять рясу.
И.Воробьева― Да вы что!
А.Кураев― Причем они согласовывали это с руководством европейского филиала «Форда», то есть не на месте.
И.Воробьева― А зачем снимать рясу.
А.Кураев― Непонятно. Причем я узнавал – за два месяца до меня там ходили индусы вполне в своих сари. А здесь почему-то сама толерантность: а вдруг, понимаете, у кого-то из наших рабочих другие религиозные взгляды и вы, понимаете, оскорбите их религиозные чувства? Я говорю: «Ребята, это проблемы ваши. Если вы нанимаете на работу таких людей, которых вид священника может оскорбить – как-то вы не толерантно их воспитываете».
О.Чиж― А как, с вашей точки зрения, лучше: вот этот путь, когда какое-то восприятие толерантности доходит до запретов на одежду на каких-то предприятиях, или наш вариант, когда сложно сказать, где церковь и где государство?
А.Кураев― На самом деле, есть издержки и там и так. Поэтому моя мечта попробовать нащупать все-таки какой-то нормальный путь. Может быть, то, что Италии удалось последние полвека, Германии (до Ангелы Меркель с ее крайностями гостеприимства). В Швеции религия даже государственная есть – лютеранская, но государственная там не означает навязываемая.
И.Воробьева― А в Италии. А что там изменилось?
А.Кураев― В Италии еще со времен Муссолини есть конкордат между правительством Италии и Ватиканом, где описывается форма присутствия церкви в общественнойи государственной жизни, например, в муниципальной школе.
И.Воробьева― То есть они как-то договорились.
А.Кураев― Но дело в том, что эти договоренности… Что такое конкордат? Это публичная договоренность. Это не «банные» договоренности, закрытые для всех: кто-то, где-то наедине встретился и непонятно, про что решил. Конкордат хорош как любой публичный документ именно своей открытостью.
И.Воробьева― Да. Все в курсе, что и как должно происходить. Не могу не спросить. На прошлой неделе была замечательная новость. Про завод вы начали говорить – и тут я вспомнила. В населенном пункте Боголюбово все выступили против того, чтобы в этом населенном пункте был завод по производству презервативов, потому что на них будет написано «Боголюбово», а значит, слово «бог». Как вы к этому относитесь?
А.Кураев― Я тоже был бы обрадован, если бы такое изделие с такой надписью не появилось бы. Но, с другой стороны, что нам делать с тем, что выпускается в Петербурге.
И.Воробьева― А что с ним?..
А.Кураев― Город святого Петра.
И.Воробьева― А, в этом смысле?
О.Чиж― Убирать слово «Санкт».
А.Кураев― Да, и «Санкт» и «Питер» надо убирать. И сколько таких городов, понимаете… Архангельск. Что, там можно? То есть нам нужно составлять список запрещенных производств в таких-то местностях? Это, конечно, весьма хлопотно. Я был бы рад, если бы так стало, но не думаю, что это нереалистично. А раз нереалистично… Мы видим, кстати, и местная епархия от инициативы своих прихожан отмежевалась.
О.Чиж― Хотели еще одну тему затронуть с вами. Есть большое интервью Рамзана Кадырова агентству ТАСС сегодня. Он говорит, что лечит и себя и других чтением Корана. В ответ на замечание журналиста по поводу плачевного состояния медицины в республике Кадыров отметил, что власть старается улучшить ситуацию в этой сфере, но главный упор делают на усиление духовности населения: «если будет духовность – остальное приложится». Но он уточняет, что не нужно заменять одно другим. Но он знает личные примеры, когда чтение Корана помогло спасти жизнь. Вы верите в то, что словом можно лечить вполне себе физические заболевания?
А.Кураев― Насчет слова - не знаю. Но то, что вера может помогать людям, это несомненно. Все религии мира зародились, когда общества изобилия и потребления еще не было. Ресурсы были ограничены, люди жили впроголодь. И вот то, что веками, тысячелетиями люди кормили этих вроде бы бездельников по имени жрецы, муллы, попы и так далее, это значит, что люди все-таки видели какую-то пользу в этих своих жертвах, отказах и молитвах. То есть была какая-то психологическая и социальная эффективность в этом была и есть. Это чисто исторически, независимо от отношения к религии. Это элементарный социальный дарвинизм: если бы попы были и считались паразитами, то они бы не выжили в течение тысячелетий - вот и всё.
Из того, что связано с Кадыровым, гораздо интересней вчерашний КВН… Я вздрогнул от храбрости Михаила Галустяна не тогда, когда он стал пародировать Кадырова, а тогда, когда он сказал, что «у вас в Америке есть свой всадник без головы, а у нас он тоже есть, но он на мотоцикле и зовут его Хирург».
И.Воробьева― Ой!
А.Кураев― А Хирург сидел в зале. К сожалению, его реакцию не показали.Collapse )
И.Воробьева― Как быть несистемному священству в наше время?
А.Кураев― По-буддистски.
И.Воробьева― По-буддистски?
О.Чиж― Это как?
А.Кураев― Очень просто: у Пелевина есть образ, довольно точно передающий буддистское миропонимание: «Только надо представить себе, что Мюнхгаузен висит в полной пустоте, изо всех сил сжимая себя за яйца, и кричит от невыносимой боли. С одной стороны, его вроде бы жалко. С другой стороны, пикантность его положения в том, что стоит ему отпустить свои яйца, и он сразу же исчезнет, ибо по своей природе он есть просто сосуд боли с седой косичкой, и если исчезнет боль, исчезнет он сам».
Ну да в буддизме весь мир есть дуккха, страдание (что, впрочем не тождественно боли). Эту боль мы по дури причиняем сами себя. Исчезнет дурь – исчезнет боль – исчезнет мир, и мы вместе с ним. И настанет полный и окончательный стабилизец. Нирвана.
Ну ладно, это чисто буддистские вещи. А вот общерелигиозные: не верь, не бойся, не проси. Не верь, что станет лучше. Не бойся, что станет худше. И не проси бонусов и ништяков.
Размеры моей свободы обратно пропорциональны размерам моих аппетитов. То есть, человек для себя должен провести для себя круг, черту – вот на что я не пойду. Что для меня дорого во мне самом, для моей самооценки? Это не гордыня, это гигиена. На что я не подписывался, входя в церковь, принимая Евангелие? Что я не буду никому позволять делать с собой, даже если у этого хама панагия епископская на груди? Вот это главное. То есть вопрос выживания в церковной системе это все равно аскетический и психологический.
А насчет религии и политики, насчет смешения политической активности и «царство Мое не от мира сего», знаете, для этого есть хорошая формула: Кролики думали, что это любовь, а на самом деле оказалось, что их просто разводят.
О.Чиж― Кто кролики в этой аналогии?
А.Кураев― Религиозные люди, м я, в том числе. Люди которые просто верят и молятся. Но рядом с нами и над нами во все века были политические манипуляторы, в том числе в облачениях императоров, пап и патриархов, которые эту наши молитву пробовали в своих интересах направлять и использовать. Вот смотрите, сейчас эта история с моим невъездом в Ригу. До сей поры я ходил в национал-предателях путинской России, так как не вписалася в «крымский консенсус» …
И.Воробьева― А тут МИД вступился…
А.Кураев― А тут я чуть не лицом России оказался, за которое МИД вступился… Но, правда, церковные СМИ и церковные спикеры молчат, не заметили.
О.Чиж― Если включить телевизор, мы узнаем, что Фидель Кастро – это герой. Чем он так мил нашему сердцу, что мы как-то опускаем…
А.Кураев― Потому что любой политический лидер России желает дожить до лет Мафусаиловых, в том числе, и Фиделевых, и у власти.
И.Воробьева― Вот и всё, вот и весь секрет?
А.Кураев― Прежде всего да. Чтобы народ был так же послушен. А ведь по большому счету Фидель открыл секрет стабильности современной России. Секрет оказался прост: пограничники, спите! Не стреляйте во всех, кто отплывает в сторону Флориды.
И.Воробьева― Он просто выпускал.
А.Кураев― Совершенно верно. Система Путина: недоволен – покупай билет в Лондон, и никто тебе мешать не будет. Это очень важно, потому что внутреннее давление тем самым спускается, и остается только задобрить невыездной «Уралвагонзавод».
О.Чиж― Я думала, вы скажете ровно об обратной истории, про некий революционных дух, который благодаря массмедиа, красивым фотографиям или еще каким-то красивым историям возникает в голове, когда мы говорим про Кубу.
А.Кураев― Это было когда-то, в 60-х годах, когда партийная номенклатура начала обрастать жирком, и образ Че Гевары и барбудос с «калашниковыми» воспринимался как троллинг в адрес наших обрюзгших «профессиональных революционеров». Казалось, что те «комиссары в пыльных шлемах» вернулись, что наш официальный миф обновлен. Но это было полвека тому назад, это ушло. Тем не менее, история Советского Союза показывает очень интересную вещь: формально воспевая революцию, на самом деле готовили послушную массу. Вот удивительное противоречие наше официальной пропаганды и ее итога. Вроде бы все улицы носят имена революционеров, на каждом уроке нам говорят, что надо восстать, постоять за человека, вступиться… По Некрасову: Вчерашний день, часу в шестом, Зашёл я на Сенную; Там били женщину кнутом, Крестьянку молодую. И этим обязательно надо возмутиться, вступиться и так далее. И вдруг в реальности воспитана масса людей, которые на самом деле никуда ни за что не вписываются, не вступаются, даже за свои собственные интересы по большому счету. Вот это интересный вопрос для социальных психологов: как так удалось?
И.Воробьева― У нас буквально пару минут до конца программы. Скажите, а вы следите за историей Ильдара Дадина? Сегодня ФСИН сказал, что он имитировал все, правозащитники придумали все.Можем ли мы просто по умолчанию быть на стороне Ильдара Дадина, если он находится в тюрьме?
А.Кураев― Я плохой советчик, потому что я не очень слежу за теми вещами, за которыми есть кому следить, в том числе, и многим-многим гостям и ведущим вашей радиостанции.
И.Воробьева― Ну, хорошо, а если мы говорим просто с точки зрения милосердия. Люди, которые находятся в тюрьме, она заслуживают чуть больше нашего сочувствия или чуть меньше нашего сочувствия?
А.Кураев― Я думаю, что в случае с Дадиным – больше.
И.Воробьева― Почему?
А.Кураев― Ну, потому что речь идет не о том, кто расплачивается за сладкие минуты своей жизни, за, скажем, украденные миллионы или за приступ ненависти, убийство. Все-таки ему вменяется в вину мысле-преступление. Независимо от того, были пытки или нет, но сам его арест мне представляется чем-то крайне неприличным.
И.Воробьева― А «Пусси Райот» тоже за мысли сидели?
А.Кураев― Да.
И.Воробьева― И тоже они нужно было им сочувствовать чуть больше?
А.Кураев― Когда они были в тюрьме, несомненно.
И.Воробьева― Хорошо. Спасибо вам большое. Я напомню нашим слушателям. Я напомню, что это была программа «Персонально ваш». Дьякон Андрей Кураев. Спасибо вам еще раз! Приходите, всегда рады видеть вас в этой студии.

Что бывает с напыщенным официозом, когда чары спадают

Два аналитика говорят, что кто-то в ОВЦС обкурился:

***
1. Владыко Иларион гневается.

Гнев святый владыко изливает на безропотные и безмолвные (и спящие -инфа 100%) головы семинаристов МДАиС (потому что в интернете так не получится)

"К сожалению, фарисейский дух иногда проявляет себя и в Церкви, среди тех, кто называет себя учениками Христовыми. Ни чем иным как фарисейством нельзя назвать ту кампанию протестов, которая в последнее время была развязана против Предстоятеля Русской Православной Церкви Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла в связи с его встречей с Папой Римским Франциском 12 февраля в Гаване и подписанной ими Совместной декларации. Я имею в виду, прежде всего, заявления одного епископа, нескольких клириков и нескольких мирян, выступления участников двух непонятных сборищ, организованных в Санкт-Петербурге и в Москве, а также письма с протестами, поступающие в Московскую Патриархию, Отдел внешних церковных связей и некоторые другие синодальные учреждения. Письма эти, написанные «под копирку», содержат одни и те же обвинения, перетекающие от одного автора к другому."

Причем опять - католики - это наши братья (старшие и умные) , а вот те, кто посмел усомниться в святости гаванской декларации - неизвестные лица, которые называют себя учениками Христовыми, но таковыми не являются. Католические сборища - это Церковные Соборы, на которые надо равнятся, а собрания истинных и никем не отлученных архиереев, священников и мирян - это "непонятные сборища".

Самое смешное - это то, что владыка святый упрекает в "одних и тех же обвинениях".
Видимо, он полагает, что если бы одни упрекали патриарха в том, что тот целовался с папой, а другие - что недостаточно взасос целовался - вот тогда был бы повод разбирать эти обвинения. Нет, конечно, ни за что бы не сказал ОВЦС , что обвинения смехотворны, потому что противоречат сами себе.

Пропаганда.com. Если обвиняют в одном и том же, говори, что под копирку. Если в разном, говори, что противоречат сами себе.

"Однако, в отличие от древних фарисеев, действительно досконально знавших букву закона, наши так называемые «ревнители Православия» своими доводами доказывают плохое знание Священного Писания, учения святых отцов и даже постановлений, принятых на Соборах Русской Православной Церкви."

После такого златоустовского раската грома я надел дождевик и стал с тревогой ожидать разряда небесной молнии Священного Писания, поражающий фарисеев, и дождя из святоотеческих цитат и постановлений Соборов Русской Церкви, повелевающих взяться с католиками за руки и бежать по полосе прибоя навстречу рассвету.

Вместо этого владыко митрополит публично еще раз пережевал разъяснение ОВЦС (причем сразу стало ясно, кто это его кропотливо писал долгими апрельскими ночами) о том, как лично владыка митрополит не сомкнул глаз и не дал веждома своима дремания с самого начала гонения на христиан в Ираке с 1991 года.Collapse )

Особенно циничным выглядят уверения про то, что контакты с инославными совершаются ради «спасения жизни гонимых христиан Северной Африки». Напомню, что Россия официально отказалась предоставлять убежище коптам, бежавшим от преследований, начавшихся после «арабской весны». И наша Церковь, включая красноречивых авторов ОВЦС, нисколько против этого решения не возразила. Хотя предоставление убежища могло бы действительно спасти людей, в отличие от болтовни на экуменических встречах.

Может быть, хотя бы едкий стиль комментариев поможет авторам этих текстов осознать, что не стоит считать православных верующих полными идиотами и писать откровенную ложь от имени синодального отдела. Я отнюдь не единственный, кто заметил перечисленные выше перлы, из-за которых эти два текста уже стали в интернете посмешищем. Хочется верить, что в будущем мы более не увидим столь позорных текстов, выдающихся за официальное мнение одного из синодальных отделов Церкви.
http://yurij-maximov.livejournal.com/407157.html

Вчера на Эхо Москвы

А.Позняков ― Сегодня у нас в гостях дьякон Андрей Кураев, «Персонально ваш». Главная тема этой недели, как мне кажется, это уголовное дело, связанное с реставрацией, в том числе, монастырей. У нас не каждый день отправляют за решетку заместителей министра. Но тут возникает формулировка совсем неоднозначная: «крадут при реставрации монастырей» — вот такая диспозиция бросает тень на Церковь?
А.Кураев― Думаю, что да. Хотя уже было заявление руководителя Юридической службы Московской патриархии, игуменьи Ксении Чернего о том, что Церковь никакого отношения к этим возможным преступлениям не имеет. С точки зрения криминальной, правовой, думаю, что это может быть вполне так. Но есть все-таки какая-то человеческая, нравственная ответственность.
Ведь смотрите, что происходит: этот высокий чиновник или спонсор - люди денежные, властные, и поэтому в церковных структурах их принимают на вип-уровне – это епископы, митрополиты, высшие чиновники патриархии, настоятели монастырей. Скажем, у меня, как у простого, уличного миссионера, доступа к таким людям нет. Значит, это заповедник для миссионерской деятельности епископов, церковной элиты. У них с ними рабочие отношения, которые по традиции нашей страны быстро переходят в неформальные отношения. Епископы обычно к этому стремятся — что называется, перейти на уровень человеческого общения, дружеский, а еще лучше пастырский: давай я тебе буду грехи отпускать, о твоих больных родственниках помолюсь, и так далее. Само собой, губернатору, или еще кому-нибудь словечко за тебя замолвлю, и прочее. А ты на какие-то мои просьбы, пожалуйста, реагируй, в том числе, не только в этом проекте.
То есть у арестованных было постоянное многолетнее человеческое сотрудничество с нашей церковной элитой. Они получали и церковные награды зачастую.

Д.Пещикова― Да, когда вчера Пирумова арестовывали, говорили, что у него есть много наград, в том числе, от Церкви.
А.Кураев― Да. И как же в этом случае говорить, будто эти люди не имеют отношения к Церкви? Это очевидный провал нравственной миссии нашего элитарного епископата. То есть вы с ними годами в баньках парились, коньячок пили, бутылочки дорогого виски друг другу передаривали, — кстати, у меня дома до сих пор стоит 5-литровая бутыль виски, которую мне Мединский однажды принес, я так и не смог ее оприходовать.
Д.Пещикова― Теперь не притронетесь?
А.Кураев― Знаете, это у меня был такой страшный эпизод, который доказал мою непрозорливость. Когда-то мне Мединский позвонил и предложил дать рецензию на его рукопись, новый роман он написал.
Д.Пещикова― «Крепость»?
А.Кураев― Да, «Крепость». Я прочитал – тогда еще машинопись, и сказал, что я не смогу себя понудить дать позитивную рецензию на эту ненаучную фантастику. В общем, я проявил жуткий дар непрозорливости, потому что уже через месяц он стал министром культуры. А вот если бы я это предвидел? Может быть, совершил бы какой-нибудь нравственный подвиг над собой и наступил бы на горло своей совести. Но вот не смог я догадаться.
Так вот, а наши епископы люди очень догадливые, кто, куда в карьере пойдет, с кем надо дружить, кого сторониться. И их «системный» принцип такой: если к кому-то пришел некий успех, тогда они спешат отождествиться с ним: «Да это ж наш человек! Это парень м нашего двора в космос полетел, или в люди выбился, гол решающий забил! Смотрите, какие люди в нашей Церкви!». А если провал, — то, как известно, у поражения отцов нет: «А мы с ним даже не знакомы. Это не наши люди, они вообще не из нашей песочницы».
Поэтому здесь все-таки надо различать: с правовой точки зрения, к моей радости, пока нет оснований говорить о том, что наши игумены и епископы участвовали в распиле государственных средств. А с человеческой – эти игумены и епископы (которые обычно именно себя отождествляют с церковью) были единственные церковные люди, которые имели доступ к ушам, к совести и разуму этих бизнес-чисновников. Какое же вы на них производили впечатление, что в итоге эти ваши кореша нисколько не погнушались, прикрываясь вашими мантиями, красть государственные деньги?

А.Позняков― А что они должны были делать? Они же не знали, что воруют? Мы не можем знать достоверно, но вряд ли.
А.Кураев― Дело в том, что у епископа, пастыря, не может быть выходных и рабочих часов. Если он общается с человеком, чиновником ли, банкиром, то вряд ли он общается с ним только в качестве субъекта финансовых отношений. Вновь и вновь говорю, что наши епископы всегда хотят перевести любой разговор, любой контакт, на другой уровень, более личностный.
Значит, вы не смогли влюбить в свою веру и в свои принципы, те самые евангельские ценности, о которых так много говориться. Вы не смогли влюбить в них этих людей. Или, что еще худшее произошло — вы набор этих «традиционных ценностей» свели к одной: ненависти к геям. Вот это главная скрепа. А все остальное – честность, исполнение закона, элементарная человеческая порядочность, — это все то, что вы и сами, трудно сказать, что соблюдаете, и других не может убедить в том, что это надо соблюдать.
Collapse )
А.Кураев― В данном случае я вообще запретил бы употреблять слово «духовный».
Д.Пещикова― А какое тогда?
А.Кураев― Пусть они думают над другим словом. Дело в том, что это слово — заведомый обман, которым друг друга обманывают попы и чиновники из Министерства образования. На церковном языке слово «духовность» имеет совершенно определённый смысл. Духовность – это не убеждение, это не мысль, это не поступок. Духовность это божественная благодать, Божественная энергия, действующая в человек. Сила Святого Духа – вот это духовность. По апостолу Павлу «Душевный человек не понимает духовного человека». А советская власть почему-то, разрушая церкви и высылая попов, сперла у нас этот термин. Чего он им так понравился, я не понимаю. Они же не стали свои маевки называть пасхальными праздниками? Не стали свои демонстрации называть «крёстными ходами», а президиумы — алтарями. Не стали. И спасибо им за это. А «духовность» спёрли.
А.Позняков― Да, с таким определением духовности еще более странной становится формулировка «единое духовное пространство» страны.
Д.Пещикова― Об этом мы пойдем и подумаем уже вне эфира. Спасибо вам большое. Это был дьякон Андрей Кураев «Персонально ваш».
http://echo.msk.ru/programs/personalnovash/1730718-echo/